Татьяна Беспалова – Воин Русского мира (страница 49)

Где-то невдалеке послышался низкий гул — такие звуки характерны для движущейся быстрым маршем тяжелой колонны. Неужели решение всё же принято, и Пастухи нанесут удар?.. Из открытого окна вместе с весенним ветерком в комнату прилетел скрипучий лязг — это раскрылись осиротевшие откатные ворота. Теперь стала видна проезжая часть улицы и тополя на противоположной её стороне. Все трое внимательно следили, как мимо ворот проехали строем один за другим три тягача «Урал». Из ворот выскочила пятнистая «Нива». Подняв пыль с обочины, она обогнала «Уралы» и скрылась. Где-то Сашка уже видел такую машинку. Эх, жаль номера не рассмотрел!

— Мы выводим «грады» на позиции для стрельбы. Цели пристреляны. Ждем сигнала, — проговорил Сильвестр.

Сашка хмыкнул. Собеседники обернулись. Сильвестр двинулся к выходу из комнаты. Не утруждая себя прокладыванием сложных траекторий, он попросту перепрыгивал через предметы или отбрасывал их с пути.

— Зачем же ломать дорогую мебель? — усмехнулся Травень. — Вот он я. Здесь!

Лихота обратил к нему бледное лицо. В глазах незнакомый, лихорадочный блеск. Но хозяин Благоденствия трезв и не отравлен наркотиком. Что же с ним? Не болен ли?..

— Где мой сын? — спросил он.

Сильвестр водил по тесной гостиной черными очами с выражением балованного знатока древностей, случайно забредшего в лавку, торгующую фальшивым антиквариатом. Он споткнулся об улыбку Травня, заморгал, озлился. Смущен!

— Здесь. Неподалеку. Я привез его на своей машине. Только вот байк пришлось оставить в Пустополье. Боялся, что мальчишка снова ускользнет и… Ну, есть ещё одна причина.

— Нет никаких причин! — вмешался Сильвестр.

— Есть! — рявкнул Травень. — Мы с сынком отловили вашу Пчелку. Нашли в одной из воронок. Теперь мне всё понятно… Вы саданули по бээмпэ дальнобоем и не промахнулись! Круто!

— Я говорил вам и не раз: в Пустополье гибнут наши люди. Пчелка убивает их самым зверским образом… как это? — Сильвестр задумался лишь на мгновение. — Кромсает в лоскуты. Я видел труп Жонга. Ваш слуга замыкает длинный перечень лиц, буквально насаженных на вертел неизвестным садистом. Я готов представить вам список…

Сильвестр задыхался, окончательно утратив выдержку.

— Одна ракета попала в цель. Другие — вспахали поле. Меткий залп! — подначивал Травень.

— Зачем он здесь? Гоните его прочь! Прислуга не должна слышать наших разговоров! — прохрипел Сильвестр.

Травень улыбнулся:

— Экий ты, командир! Сколь боеприпаса истратил на поджог одного бээмпэ?

— Оперативное руководство осуществляет господин Водорез. Я лишь консультант…

— Сильвестра вызывает Киборг! — рявкнула рация.

Тот вздрогнул. Но ответил командиру Пастухов, лишь получив молчаливое одобрение Лихоты.

— Есть донесение от нашего человека. — Голос Киборга по-прежнему звучал устало. — Чулок и Клоун сейчас в штабе Землекопов. Пчелки там нет. Пчелки нет и на квартире Половинок. Ее нет нигде! Вывод: надо обшарить всё вокруг подбитого бээмпэ Землекопов. Возможно, её труп там.

— Действуйте! — скомандовал Сильвестр, но он не успел нажать на красную кнопку отбоя. Киборг заговорил снова:

— У нас в гараже труп Аксена, всё те же колотые раны. Такие же были на телах Удмурта и Незабудки…

— И что? — рявкнул Лихота.

Он тоже начал раздражаться. Хозяин Благоденствия шагнул вплотную к Сильвестру, склонился к микрофону.

— Пора заканчивать с убийствами! До сих пор я щедро оплачивал свой покой, но товара на руки не получал!

— Труп Аксена нам доставил его убийца собственной персоной, — невозмутимо продолжал Киборг. — Вернее, один из убийц. Надо собраться, Савва Олегович. Надо обсудить ситуацию!

Окончания разговора Сашка не слышал. Ноги вынесли его на двор, потом за ворота на пыльную улицу Благоденствия. Откуда-то и очень кстати подвернулись расхристанные «жигули» с полупьяным раззявой за рулем. Водителя пришлось высадить в колючие кусты. Потом принять сражение с разболтанной коробкой передач. Потом снести шлагбаум на блокпосту — и это хорошо, потому что «жигулям» не выдержать лобового удара о кованые ворота. На всё про всё ушло не более семи минут.

Задевая картером колдобины родной земли, Сашка выкатился в степь.

— Клоун и Чулок сбежали, — выдохнула Вика. — А все остальные мертвы.

— Я отвезу тебя в Пустополье в больничку. Там твои. Они помогут тебе. Только вот не знаю, на чем везти. Потерпи. Дядя Саша вернется. Он обещал!

— Не-а… — Как же приятно, что он так смотрит на неё! Теперь не настороженно, без опаски и холодности. Он напуган! Она ему не безразлична!

— Тебе очень больно? — Морщит нос так, будто это у него в боку дыра.

— Не-а. Просто кровь ещё сочится… Надо перевязать, перетянуть потуже, чтобы остановилась.

— И всё?

— Всё…

— Чем перевязать?

— Та сними хоть футболку. Порви на длинные лоскутья… Вот так, сгодится.

Запястья не жалко. Их можно нещадно кусать, хоть до кости. И Вика кусала себя за руки, пока Ярик перевязывал её рану. Потом он рылся в своем рюкзаке, зачем-то подсвечивая фонариком мобильника. Потом сосредоточенно сопел. Потом снова заговорил с нею.

— Я сделаю тебе укол.

— Да…

— Три укола…

— Да…

— Сначала обезболивающее, а потом…

— Коли же! Скорее!.. — Она едва сдерживала крик и совсем не почувствовала укола, ни первого, ни последующих.

Сколько времени она лежала неподвижно, чувствуя лишь его дыхание и легкие прикосновения? Похоже, он целовал её искусанные руки, шептал, уговаривал. Наконец она попросила воды.

— У меня есть! — обрадовался он.

Через мгновение пластиковое горлышко бутылки оказалось у её губ.

— Что делать дальше? — спросил он, когда она напилась.

— Отвези меня домой…

— Как? Такси тут не поймать… Вызвать неотложку?.. Не смейся! Кровотечение усилится! О чём это я…

— Тогда просто сообщи моим. Они придут за мной.

— Матадору?..

Голос Ярика пресекся или ей это только показалось? Он долго молчал, ворочался, позвякивал замочками своего рюкзака. Наконец совсем затих, и Вика наконец-то обрела покой. Боль и беспокойство убрались в темноту. Ей чудилось: ещё немного, и навалится сон. А потом, когда она проснется, пусть будет что угодно. Пусть свершится, как говорит Петруша, божий промысел. Только бы ей не умереть, ведь брат и сестра всё ещё живы. И ещё есть он, тот кто затаился в темноте неподалеку, оберегая её покой. Хорошее у него имя — Ярослав. И не так уж важно, чей он сын. Совсем не важно. Совсем…

Вику разбудил тревожный шепот Ярика.

— Они идут сюда!

— Пастухи?

— Да. Киборг и с ним ещё пять человек. Я убью всех.

— Как?

— Проткну заточкой.

И смех и грех с ним. Вика зажала рот обеими ладонями, чтобы не рассмеяться.

— Если хочешь, возьми мою мелкашку. Вон она. Там ще ести патроны. Целиться умеешь?

Она завороженно смотрела, как он умащивается на животе с оружием. Наверное, доводилось стрелять в тире, это видно по повадке. Что же он там так долго рассматривает? Оптика у Вики хорошая. Наверное, видно каждый прыщик на носу у Киборга.

— Он морду «балаклавой» прикрыл, — неожиданно проговорил Ярик. — Но это не важно. Крылатый неподалеку. И он движется к нам. Он нас видит!

— Кто — он? — Вика едва сдерживала смех.

Травень обрушился на них, как камень с горы. Угодил Вике в бок каменным плечом, она и вскрикнула от боли.