Татьяна Бердникова – Ожерелье дракона (страница 9)

Это не была рана, по крайней мере, не сегодняшняя, не сиюминутная рана. Это была только память о прошлом ранении, память удивительно сильная, словно кто-то сжал конечность холодными пальцами.

– Старые раны, – буркнул Арчи, надеясь, что иных вопросов не последует.

Надежды опять не оправдались. Молодой Барракуда, шагнув вперед, нахмурился, сам вглядываясь в ногу своего неприятеля.

– Старые раны так не болят… – медленно выговорил он, – Они ноют на погоду, напоминают о себе… но боль от старых ран не бывает резкой. Вас… как будто ударили.

– Ударили?..

В этом Молле отнюдь не был уверен. Удар он бы ощутил, тут сомневаться не приходилось, даже если бы нанесен тот был призрачной рукой, но ничего похожего не было. Была только боль, острая и холодная, исключительно неприятная.

– Надо… – он попытался мыслить разумно, – Надо все-таки пробить стену. Вдруг за ней нас ждет что-то… обнадеживающее?

Нэйда нервно огляделась. Они находились, вне всякого сомнения, в кладовке, где могли бы храниться подсобные инструменты, но ничего подходящего в пределах досягаемости свечного света не наблюдалось.

– Хотя бы швабру, – Джон, тоже озираясь, пожал плечами, – Или ведро – им есть шанс пробить стену.

Девушка без особой уверенности кивнула и на всякий случай отступила назад. Похоже было, что она опасается найти что-то из перечисленных предметов, боится найти шанс пробить стену.

По иронии судьбы, именно она и нашла подходящий инструмент. Она отступила назад на шаг, потом попыталась сделать еще один… и едва не упала, огласив маленькое помещение диким грохотом и звоном. Свеча в руках наемницы качнулась; подсвечник едва не выпал, угодив прямо ей на одежду и, если бы не подхвативший ее вовремя Джон, все могло закончиться трагически.

– Ведро? – бездушный Арчибальд, не пожелав заметить случившегося, слегка приподнял брови. Ему вообще было плевать на спутников, он бы не слишком переживал, даже сгори Нэйда заживо, поскольку особенно добрых чувств по отношению к ней не испытывал. Девчонка напала на него с ножом, девчонка пыталась его убить, а потом затащила в этот проклятый отель. Девчонка до сих пор не внушала ему особенного доверия, и мужчина полагал, что здесь она подготовила для него ловушку. Не исключено, что весь ее страх, вся ее неловкость – не более, чем часть игры. Игры, в которой, возможно, участвует и молодой Кэмпбел.

– Я чуть не упала! – Нэйда, выровнявшись в пространстве, негодующе сдвинула брови. В пляшущем свете свечи лицо ее обрело сходство с лицом гневной кельтской или ацтекской богини. На Джона это произвело заметное впечатление: в глазах молодого человека мелькнуло восхищение. Молле остался равнодушен.

– Чуть не подожгла себя! – продолжала негодовать девушка, – А тебя интересует только ведро?! Знаешь, Хищник, когда найдем ожерелье – не вздумай его касаться!

Смена темы оказалась достаточно внезапной, чтобы оба мужчины растерялись до такой степени, что даже переглянулись. При этом Хищник был совершенно убежден, что при другом раскладе искать поддержки у молодого капитана не стал бы ни за что на свете, как был уверен и что сам юный Кэмпбел не стал бы смотреть на него. В конечном итоге, в вопросах ненависти Арчибальд разбирался неплохо, и мог предположить, что вот так запросто она не проходит. Если Джон избрал его объектом своей ненависти – он не успокоится, пока не убьет его. Сам Молле поступил бы именно так.

– Причем тут ожерелье? – Барракуда, явно думающий о другом, нахмурился, переводя взгляд с девушки на Хищника, – Что вообще за ожерелье? Вы о нем упоминали, но я так и не понял…

– Ожерелье дракона, – Нэйда недовольно дернула плечом и поправила длинную челку, – Это дорогая штучка, артефакт. Мне его заказали добыть, Хищника я попросила помочь, потому что… потому что… ну, словом, он просто подвернулся под руку. Но по легенде тот, кто коснется ожерелья, потеряет душу!

– Так ты решила позаботиться обо мне? – Молле с интересом изогнул бровь и медленно выпрямился, убирая руку от ноги. Боль отступила, и мужчина получил возможность мыслить более конструктивно. Он даже шагнул вперед, намереваясь взять пресловутое ведро и попытаться все-таки пробить стену, когда спутница вновь подала голос. И на этот раз он казался исключительно мрачным.

– С твоими замашками… знаешь, Хищник, если души лишусь я, мир это как-нибудь переживет. Да и если красавец этот, думаю, ничего страшного не случится. Но если душу потеряешь ты… – девушка поежилась, – Ты и с ней-то способен черти на что, а без души, должно быть, вообще от мира камня на камне не оставишь!

Арчибальд задумался. В принципе, в словах Нэйды был резон, и даже он сам не мог с ними спорить, вот только… В наличии у себя души Молле сомневался уже с очень давних пор, почти убежденный, что мокой, создавая его, забрал ее.

Кэмпбел быстро глянул на мужчину и негромко вздохнул. Он, судя по всему, придерживался того же мнения.

– Было бы, чего лишаться… – пробормотал парень и, поморщившись, сам схватил ведро, – Так, хватит! Не хочу торчать тут с вами и дольше! Отойдите! Ох, черт…

– Что еще? – усталость в голосе Хищник даже не пытался скрыть. Вся эта ситуация безмерно опротивела свободолюбивому мужчине, вояж безумно хотелось завершить, а момент этот постоянно откладывался и оттягивался. Регулярные проволочки опротивели до зубного скрежета и, пожалуй, он бы не погнушался выхватить ведро из рук безмозглого мальчишки и проломить, для начала, ему череп. А потом можно и стенку.

– Ну… – Джон кашлянул и, шагнув вперед, вытянул вперед руку с ведром в ней. Арчибальд отметил, что ведро оттягивает руку молодого человека, заметил, как напрягаются его мускулы и мысленно одобрительно хмыкнул. Ничего парень, силой не обделен, да и не ноет особенно… разве что время постоянно тянет. Это раздражает.

– Оно не пустое, – негромко продолжил Кэмпбел и, заметив, что Нэйда подносит ближе свечу, нахмурился, – Не визжать!

Молле, прихрамывая, шагнул вперед, вглядываясь во что-то черное, плещущееся на дне ведра. В слабом свете подсвечника оно блеснуло красным, и мужчина помрачнел. Наемница, очевидно, тоже сообразив, чемнаполнено ведро, зажала себе рот свободной рукой. Сам Арчи ощутил некоторый холодок вдоль позвоночника. Уж на что он пролил крови на своем веку, но в ведра ее никогда не сливал, и сейчас видеть, что кто-то совершил подобное, удовольствия не доставляло.

Тем не менее, мужчина постарался держать марку.

– Интересно, кости там есть? – мрачновато пошутил он, – Или от портрета осталась лишь кровь и шаги над головой?

Наверху заскрипели половицы. Арчибальд, теряя терпение, в сердцах сплюнул на пол и, резко повернувшись к стене, без раздумий ударил по ней ногой. На успех он не слишком рассчитывал, хотел скорее выместить злость, но результат превзошел все ожидания.

Рядом с маленьким отверстием в стене появилось еще одно, более широкое, повторяющее форму ноги. Поток свежего воздуха, хлынувший в него, едва не затушил свечу, и наемнице пришлось повернуться спиной, чтобы не допустить этого.

Джон присвистнул и, поставив ведро с кровью, предпочел оказать посильную помощь. От его удара брешь еще расширилась, а от последующих пинков, наносимых мужчинами попеременно, и вовсе превратилась в широкий проход.

Нэйда, по-прежнему трепетно оберегающая единственный источник света, не поворачивающаяся и лишь изредка опасливо косящаяся на потолок, то и дело продолжающий поскрипывать над головой, ощутив усилившийся приток воздуха, глубоко вздохнула.

– Там свет какой-нибудь есть? – сварливо осведомилась она, – Или мне так и тащить этот подсвечник всю дорогу?

Мужчины переглянулись и предпочли не отвечать.

Света, как такового, за стеной, конечно, не имелось, но полумрак определенно казался более серым, проницаемым, что давало надежду разглядеть дорогу.

– Куда мы пойдем? – Джон, глянув еще раз на мистера Молле, пожал плечами. В нем парень явно видел более опытного человека, более способного, искушенного в жизненных неурядицах и, конечно, рассчитывал на его помощь в столь непростой ситуации.

Другое дело, что сам Арчибальд оказывать таковую не слишком-то и рвался, и вообще предпочел бы остаться в стороне от происходящего.

– Наверх, – тем не менее, ответил он, – Посмотрим, кто скрипит и откуда кровь. Кстати, ведро я бы на твоем месте тоже захватил, парень. Просто в качестве оружия.

– У меня пистолет есть… – Джонни неловко потрогал куртку с левой стороны. По всему выходило, что пистолет он носит в кобуре подмышкой. И, видимо, верит, что осечки тот не даст.

Молле хмыкнул и покачал головой. У него пистолет тоже наличествовал, и в нем мужчина чувствовал уверенность значительно большую, чем в оружии молодого Барракуды, но подозрения его получили дополнительное подтверждение. Значит, мальчишка вооружен… Значит, он в любую секунду может выхватить пистолет, и тогда от пули его, Арчибальда, спасет либо провидение, либо ловкость. В удачу он по-прежнему не слишком верил, и на нее особенно не уповал.

– Возьми ведро, – не терпящим возражений тоном повторил он, – Я пойду первым. Нэйда – за мной. Барракуда, ты в хвосте и смотри в оба! Не исключено, что на нас нападут сзади.

Повернуться спиной к девчонке, с точки зрения Хищника, представлялось более безопасным. Парень, идущий позади, мог и ведром огреть, и из пистолета выстрелить, тогда как наемница, он не сомневался, либо не пошла на такое, либо, что тоже вероятно, ее он бы услышал и успел среагировать. Однажды ведь уже успел!