Татьяна Бэк – Пышка-попаданка на (не)счастье дракону (страница 7)

Каэлан поднялся. Его лицо окаменело, в глазах вспыхнуло предупреждение — холодное и опасное. Только вот меня было уже не остановить.

— Успокойтесь, Эйлин. Вы теряете контроль. Эмоции…

— Мои эмоции — это всё, что у меня здесь есть! — закричала в ответ, делая шаг к мужчине через упавший стул. — И они в тысячу раз живее, чем ваше вечное высокомерное спокойствие! Вы не холодный, вы — пустой! И вам просто невыносимо, что какая-то «обезьяна» может думать быстрее вас!

Пусть я была ослеплена яростью, но в глубине души понимала, что лучше сейчас было уйти. Иначе…

Не видя ничего перед собой, резко шагнула в сторону выхода, намереваясь обойти стол. Но Каэлан встал передо мной, загораживая путь. В пылу, не думая, я отчаянно толкнула его в плечо, чтобы отодвинуть.

В тот миг, когда моя ладонь, горячая от гнева, упёрлась в прохладную ткань его рубашки, мир взорвался.

Не в переносном смысле…

Раздался резкий, сухой хлопок, будто лопнул огромный пузырь. Воздух между нами сгустился, задрожал и вспыхнул ослепительным шаром чистого пламени. Оно бушевало всего мгновение — полсекунды, не больше. Огненная сфера диаметром в метр шипела и рвалась, опалив края наших рукавов, заставив с треском свернуться пергамент на ближайшем столе и оставив в воздухе густой, едкий запах гари и озона. Волна жара ударила мне в лицо, отбросив чёлку.

Мы с драконом отпрыгнули друг от друга, как ошпаренные. Я, широко раскрыв глаза, смотрела на чёрный, тлеющий подол своего платья. Но не это было самым страшным. Гораздо более пугающим был взгляд дракона.

Каэлан смотрел на меня сквозь рассеивающийся дым. Я ожидала ярости или, наоборот, холодного раздражения. Но теперь этот самодовольный наглец взирал на меня жадно, словно я была последним пирожным, оставшимся на прилавке.

— Вы… — обычно чёткий голос сорвался, стал хриплым, непривычным. Лорд медленно поднял руку, разглядывая свои пальцы, будто впервые их видя. — Вы не просто восприимчивый канал. Вы… транслятор. Ваша эмоциональная энергия… через физический контакт и нашу связь… она материализуется, превращается в стихийную силу. В огонь.

Я стояла, парализованная ужасом и остатками ярости. Мои колени подкашивались.

— Я… я не хотела, — прошептала испуганно. — Я не знала…

— Неважно, — перебил лорд, и его голос снова приобрёл ту твёрдую, командную интонацию. — Хотели вы или нет — это произошло. Ваша ярость, Эйлин, не просто чувство. Это оружие, но сейчас оно неуправляемое и направлено на нас обоих.

А ведь дракон прав: только что чуть не спалила библиотеку, да и нас самих в придачу.

Стыд и страх сдавили горло. Я отступила, обнимая себя за плечи, внезапно остро ощущая запах гари от своей одежде.

— Что… что нам делать?

— Контролировать, — ответил мужчина без колебаний. — Учиться контролировать вдвойне. Вам — свои эмоции, особенно в моём присутствии. Или, как минимум, никогда не касаться меня, когда вы на грани. А нам обоим — учиться направлять эту силу. Если она есть, значит, ей можно управлять. Иначе… — он обвёл взглядом почерневший стол, — мы останемся без крыши над головой. И без шансов против тех, кто против нас.

— Хорошо, — выдохнула, заставляя голос не дрожать. — Учите. Как не… загореться. Но учтите, что ещё один комментарий по поводу умственных способностей «примитивных», и я, недавно слезшая с дерева, спалю всё к драконьей матери!

Каэлан хмыкнул, а затем кивнул. Некое подобие улыбки коснулось краешков его обычно твёрдо сжатых губ.

— Во-первых, — начал он, — контролируйте дыхание. В момент пика — дышите глубоко и медленно. Разрывайте цикл ярости. А во-вторых, мне, видимо, следует пересмотреть свою… терминологию. Чтобы не провоцировать вспышки у «аномалии с выдающимися когнитивными способностями». — дракон произнёс это сухо, но в самой формулировке сквозила уступка, почти извинение.

В устах «высшего существа», привыкшего к своей избранности, эти слова значили многое. Ничего, лорд-дракон, к концу нашего обучения вы научитесь выражать свои эмоции!

Глава 11

Неделя пролетела в бешеном ритме. Утром — готовка, днём — зубрёжка политики и магии, вечерами — изнурительные попытки контролировать свой «огненный дар» в виде способности поджигать драконов и всё вокруг одним прикосновением.

Я уже научилась не закипать от каждого комментария Каэлана. И даже пару раз успешно погасила вспышку гнева, представив, как он превращается в ледышку, а я натираю его лимоном и добавляю в коктейль. Помогало, знаете ли.

В тот день Каэлан с утра уехал в Совет — какая-то срочная встреча по поводу северных рубежей. Я осталась предоставлена сама себе с заданием: отработать ментальные щиты и прочитать главу о дипломатических протоколах между расами, — скукотища смертная.

Хельга принесла завтрак и строго велела не выходить из комнаты без крайней нужды. Я кивала, жуя ватрушку, и уже предвкушала тихий день с книгой, когда в дверь постучали, но не в той манере, как стучала моя помощница — уверенно, коротко. Это был мягкий, мелодичный стук, похожий на звон колокольчиков. Кажется, знаю, кого нелёгкая принесла.

— Леди Эйлин? — пропел голос за дверью. — Я пришла с миром и подарком.

Лерия…

Я медленно отложила еду, вытерла пальцы о салфетку и подошла к двери. Не открывая, спросила:

— Что вам нужно?

— О, я понимаю ваше недоверие, — в голосе эльфийки зазвучала обида, такая искренняя, что хоть в театр её отправляй. — После той ужасной ошибки с зельем… Я так виновата! Хельга неправильно истолковала мои указания, это было успокоительное для нервных драконов, а вам дали слишком большую дозу. Я пришла извиниться и загладить вину.

Не особо доверяя эльфийке, приоткрыла дверь, оставив цепочку. Лерия стояла в коридоре, сияя, как начищенный самовар. В руках она держала небольшую шкатулку из тёмного дерева, инкрустированную перламутром.

— Можно войти? — она захлопала ресницами. — Всего на минуту.

Мой внутренний голос орал: «НЕТ, НЕЛЬЗЯ!» Но другой голос, более вредный, прошептал: «Интересно же, что она задумала. Да и не съест же она тебя прямо сейчас, при свете дня, когда вокруг могут быть свидетели».

— Хорошо, — морально настроившись, сняла цепочку и распахнула дверь. — Но у меня мало времени.

Лерия вплыла в комнату, оглядываясь с любопытством. Её взгляд скользнул по занавескам, коврам, горшкам с травами на подоконнике. На мгновение в фиалковых глазах мелькнуло что-то острое, злое, но улыбка осталась приклеенной.

— Какая уютная комнатка. Для человечки. — пропела она. — Вы так быстро освоились.

Я промолчала, ожидая подвоха.

Эльфийка поставила шкатулку на стол и открыла крышку. Внутри, на бархатной подушечке, лежал кулон — изящная серебряная веточка с крошечным сапфиром.

— Это подарок, — сказала Лерия, глядя мне прямо в глаза. — Амулет-щит. Он защищает от ментальных вторжений и слабых проклятий. Лорд Каэлан, конечно, не одобрил бы, что я вмешиваюсь, но… так переживаю из-за той ошибки. Позвольте мне хоть как-то помочь.

Она говорила так искренне, так проникновенно, что у меня почти защипало в носу. Почти!

Немного помедлив, осторожно взяла кулон в руки, словно касалась ядовитой змеи.

— И что мне с ним делать? — спросила я, вертя украшение в пальцах.

— Просто носите, — пожала плечами Лерия. — Он сам впитает вашу ауру и начнёт работать. Через пару дней полностью настроится.

— А сейчас? — я поднесла кулон к свету. Сапфир блеснул глубокой синевой, и вдруг почувствовала лёгкое головокружение. — Сейчас он не работает?

— Ну… — Лерия сделала невинные глаза, — в данный это просто красивый камушек. Но вы носите его постоянно, и через пару дней…

— Он начинает светиться? — перебила я. — Или, может, испускать лёгкий пар? Или у него есть какая-то другая интересная особенность, о которой вы забыли упомянуть?

Фиалка моргнула. Впервые в её взгляде мелькнула тень неуверенности.

— Я не понимаю…

— Понимаете, Лерия, — я положила кулон обратно в шкатулку и закрыла крышку. — Я, может, и примитивное существо с дерева, но на своём дереве научилась кое-чему важному. Например, отличать, когда мне дарят конфету, а когда — бомбу замедленного действия.

Я придвинула шкатулку к сиреневоглазой красотке.

— Расскажите мне, что на самом деле делает этот кулон? Только честно. А я послушаю и подумаю, звать ли Хельгу, лорда Каэлана или сразу пожарных драконов.

Лерия смотрела на меня. Её сладкая улыбка медленно таяла, как сахарная вата в воде. Глаза становились холоднее, острее.

— Вы думаете, я пытаюсь вас убить? — спросила она тихо.

— Я думаю, вы пытаетесь меня «ослабить», — поправила я. — Убивать меня вам нельзя — слишком много свидетелей и проблем для вашего папочки. А вот сделать так, чтобы я выглядела неуравновешенной, неадекватной, опасной для лорда Каэлана — это было бы в вашем стиле. Что в кулоне? Сыворотка правды? Усилитель эмоций? Или, может, он просто блокирует мою связь с амулетом дракона, чтобы не могла предупредить Каэлана об опасности?

Эльфийка больше не улыбалась, она смотрела на меня с холодным, оценивающим интересом, как кошка на слишком шуструю мышь.

— Вы не так глупы, как кажетесь, — произнесла она без прежней сладости.

— А вы не так умны, — парировала я. — Потому что, если вы действительно хотели меня подставить, вы бы не пришли с этим лично, а подбросили кулон или передали через кого-то. А раз пришли сами, значит, либо отчаялись, либо недооценили противника. И то, и другое — ваша ошибка.