Татьяна Бэк – После развода. Вернуть истинную (страница 28)

— Я не могу…

— Можешь. Элви очнулась и уже командует. Ты нужна мне живой и в сознании. Извини, но сейчас ты похожа на живой труп, поднятый неопытным некромантом!

Мне хотелось пнуть дракона за такие слова, но увидела на его губах искреннюю улыбку.Сивер увлёк меня в угол, усадил на охапку свежей соломы, сам сел рядом, обнял, прижав к себе. Я хотела возразить, но тепло его тела, ровное дыхание, тяжёлая рука на плече сделали своё дело: глаза закрылись сами.

Солнечный луч проник в окно, и я тут же открыла глаза. Сивер уже был на ногах. На мгновение наши взгляды встретились. В его глазах не было страха. Только решимость и… обещание.

— Я вернусь, — сказал он просто.— Знаю, — ответила я.И он ушёл, а я осталась ждать. Как тысячи женщин до меня... Но я знала: за Сивером не только люди, но и драконы. За ним — правда. И за ним — будущее, которое мы выстроим вместе.

Бой гремел до самого вечера. Сперва так близко, что иногда казалось, — стены рухнут. Но каждый раз из гущи сражения вырывался рёв Ночного Когтя — и люди находили новые силы. Драконы Ирмин поливали врага ледяным дыханием с высоты, королевская пехота сэра Кевина держала строй, наши ополченцы бились с отчаянием обречённых, ставших бессмертными.А когда зашло солнце, последние Гракхи не отступили — побежали, бросая оружие, знамёна, раненых. Они уходили с этой земли, чтобы уже никогда не вернуться, чтобы рассказать о том, что увидели.

Сивер нашёл меня на пороге лечебницы, когда стемнело. Он шёл, шатаясь, опираясь на плечо Кассия, и улыбался, как сумасшедший.— Мы сделали это, — выдохнул он, вдруг падая на колени передо мной. — Они ушли...Я рухнула рядом, обнимая его, не чувствуя ни крови, ни грязи. Только его: живого, тёплого, моего.Над нами, в темнеющем небе, кружили серебристые стражи. Где-то рядом сэр Кевин отдавал приказы своим уцелевшим солдатам. Рыгар перевязывал раненых, матерясь сквозь зубы. Элви плакала от усталости и облегчения.А мы стояли на коленях посреди этого ада и рая одновременно, и не могли разжать объятий.— Я люблю тебя, — прошептал истинный в мои волосы. Теперь уже точно — не невзначай.— Я знаю, — ответила я, смеясь и плача. — И я тебя. Идиот ты драконий.

Глава 57

Сэр Кевин вошёл в штаб, когда мы только начинали приходить в себя после битвы. Его лицо было мрачнее тучи, а глаза метали молнии. В руках он сжимал смятый пергамент — гонец принёс его на рассвете, едва держась на ногах после бешеной скачки.

— Из столицы, — коротко бросил он, протягивая лист Сиверу.

Ох, что-то мне подсказывало, что ждать оттуда хороших вестей точно не стоит. Генерал внимательно прочёл документ. Я видела, как меняется его лицо: каменеет, застывает маской. Потом молча передал мне свиток.

Слова прыгали перед глазами, но смысл врезался в сознание как нож:

«…действия генерала Сивера признаны превышением полномочий и самоуправством. Самовольный сбор войск, подстрекательство к мятежу, сговор с враждебными кланами драконов… подлежит аресту и доставке в столицу для суда… Все, кто оказывал ему содействие, будут рассматриваться как сообщники…»

Я подняла глаза, пытаясь осознать прочитанное. В комнате повисла мёртвая тишина. Рыгар сжимал кулаки так, что костяшки побелели. Кассий застыл статуей. Элви всхлипнула, прикрыв рот ладонью.

— Они с ума сошли? — взорвался Рыгар. — Мы только что спасли их задницы! Без нас Гракхи уже пировали бы в королевском дворце!

— Это не имеет значения, — тихо сказал сэр Кевин. Его голос был полон горечи. — Я предупреждал, что Совет не простит, что мы действовали без приказа. Для них это опаснее, чем победа врага. Потому что побеждённого врага можно ненавидеть, а неподчинившегося героя — нельзя контролировать.

Сивер молчал. Он стоял у окна, вглядываясь в темноту, и я чувствовала, как по нашей связи пульсирует тяжёлая, давящая волна — боль, гнев, отчаяние. Но не сломленность.

— Сколько у нас времени? — спросил он наконец.— Неделя, — ответил Кевин. — Может, две. Пока соберут войско, пока дойдут. Но они придут. Это точно.— И что нам делать? — выдохнул Рыгар. — Отбиваться от своих? Воевать с теми, кого мы только что спасли?— Не воевать, — произнёс Сивер, медленно поворачиваясь. В его глазах горел огонь, который я видела перед решающей битвой. — Мы полетим к ним.Даже я не ожидала подобного решения и теперь внимательно всматривалась в лицо истинного, подозревая, что это была шутка.Сэр Кевин уставился на него как на помешанного.— Что?— Мы. Полетим. В столицу. — Сивер говорил отрывисто, коротко, будто рубил узлы. — Я, Ледяные Пики, Кассий, Рыгар. Мы покажем королю и Совету то, что они отказываются видеть. Пусть увидят драконов, которые сражались за них, и людей, которые умирали за эту землю, пока они считали барыши и танцевали на балах.— Это безумие, — выдохнул Кевин. — Тебя убьют, как только ты приземлишься!— Не убьют, — покачал головой Сивер. — Драконов много. А армия у стен столицы — не самая боеспособная. Вы сами сказали, что привели в нашу крепость лучших воинов короля. Так что королю и его свите придётся нас выслушать.

Я смотрела на Сивера, и моё сердце колотилось, словно пробежала марафон. Это был абсолютно безумный и рискованный план. Но, кажется, другого способа донести свою правду у нас просто не было.— Я лечу с тобой, — сказала уверенно.

Все обернулись ко мне. Сивер замер.— Лора, нет! Это опасно.— Поэтому я и лечу, — ответила, вставая. — Ты думаешь, позволю тебе одному идти под королевские арбалеты? Я — та, кого они считают ведьмой, укравшей тебя у законной жены. Я — живое доказательство того, что твоя связь со мной — правда, а не колдовство. И ещё — я целительница. Если что-то пойдёт не так, возможно, понадоблюсь вам там.

Истинный смотрел на меня долго, тяжело. Потом его рука легла на мою щеку, и в глазах мелькнуло что-то очень тёплое, нежное, настоящее.— Ты невозможная женщина, — прошептал он.— Знаю, — улыбнулась я. — Ты сам меня такой сделал.

Сэр Кевин кашлянул, возвращая нас в реальность.— Если вы летите, то нужно готовиться. Я отправлюсь с вами  как свидетель. Если меня тоже объявят мятежником, то терять уже нечего. — он усмехнулся горько. — Зато будет что рассказать внукам.

— Мы полетим завтра на рассвете, — решил Сивер. — Я поговорю с Ирмин. Её драконы прикроют нас с воздуха. А Скай останется здесь.Скай, дремавший у порога, поднял голову и обиженно фыркнул. Ему явно не нравилась идея оставаться.— Не спорь, — строго сказала я. — Ты — защитник этой деревни. Пока нас нет.

Дракончик вздохнул так тяжело, что Рыгар не выдержал и расхохотался — впервые за долгое время.

Ночь перед полётом была странной. Я не спала, собирала свою сумку, проверяла запасы, писала инструкции для Элви и других целительниц, не зная, вернусь ли.  Но внутри, под слоем страха, жило странное спокойствие. Мы делали правильное дело.

Перед самым рассветом Сивер нашёл меня на стене. Мы стояли, глядя на светлеющее небо, где уже собирались серебристые тени драконов.— Боишься? — спросил он тихо.— Уже нет, — ответила я честно. — А ты?— Боюсь за тебя!Я повернулась к нему, взяла его лицо в ладони. Впервые — сама. Без страха, без сомнений.— Тогда не бойся. Я рядом.

А потом мы взлетели. Навстречу солнцу, навстречу столице, навстречу судьбе. Я сидела на спине Ночного Когтя, вцепившись в его чешую, и чувствовала, как ветер поёт в ушах песню свободы. Внизу оставалась наша крепость, которую нужно защитить, но теперь уже не от Гракхов, а от монарха, опасавшегося за свою власть.

Глава 58

Столица встретила нас запахом дыма, выпечки и страха. Тысячи крыш простирались внизу, как серое море, прорезанное лентами рек и золотыми куполами соборов. Солнце только поднималось из-за горизонта, окрашивая шпили дворца в мирный, безмятежный, розовато-золотистый цвет — такой неуместный сейчас.— Боги, как красиво. Я забыла, что существуют оттенки, кроме алого...  — выдохнула, прижимаясь к тёплой чешуе Ночного Когтя. — И как страшно.Сивер — его сознание, его сущность — отозвался где-то глубоко внутри меня. «Я рядом. Не бойся».Я глубоко вздохнула, вбирая ветер, свободу, этот безумный миг. Внизу уже начали замечать нас. Сперва послышались отдельные крики, а потом произошла цепная реакция. Люди выбегали на улицы, задирали головы, тыкали пальцами в небо. Кто-то падал на колени, кто-то бежал прятаться, кто-то просто застывал, не в силах поверить своим глазам.— Пора, — прошелестел в моей голове ледяной, древний,  голос Ирмин.Сивер качнул крыльями, подавая сигнал остальным, и мы начали снижаться.Это было похоже на падение в бездну. Воздух ревел в ушах, выбивая слёзы, желудок проваливался куда-то в пятки, сердце колотилось в районе горла. Изо всех сил вцепилась в чешую Ночного Когтя так, что, наверное, оставила синяки на пальцах, но не могла отпустить. Ветер трепал волосы, рвал одежду, но я смотрела вниз, на приближающуюся площадь, и не могла отвести взгляд.Рядом, чуть правее, пикировали серебристые драконы Ирмин. На спинах я различала напряжённые фигуры Рыгара, сжимающего свой топор так, будто это могло помочь, и Кассия — бледного, но с каменным лицом. С другой стороны серый дракон нёс сэра Кевина, и даже на этом расстоянии было видно, как мужчина побелел.Площадь перед дворцом росла, приближалась, заполняла собой весь мир. Я видела застывших людей, брошенные телеги, разбегающихся торговок с корзинами; стражников у ворот, которые, задрав головы, замерли статуями.Ночной Коготь обрушился на каменные плиты с такой силой, что, казалось, земля содрогнулась до самого основания. Когти высекли сноп искр, прочертили глубокие борозды в древнем камне. Меня тряхнуло так, что я едва не слетела, но каким-то чудом удержалась, вцепившись мертвой хваткой.Следом, один за другим, с оглушительным грохотом приземлились остальные. Серебристые, серые, чёрные драконы застыли, как изваяния, окружив нас полукольцом. Драконы в сердце столицы... Зрелище, которое не снилось здесь даже в самых страшных кошмарах.На секунду воцарилась тишина, а потом площадь взорвалась.Крики ужаса смешались с плачем детей, с топотом десятков ног, с грохотом падающих лотков. Люди бежали, не разбирая дороги, давя друг друга, опрокидывая всё на своём пути.  Стража у дворца — человек двадцать в парадных, сверкающих на солнце доспехах — замерла живой стеной. Их копья дрожали в руках настолько сильно, что сталь звенела. Командир, пожилой седой воин с нашивками, побледнел, став одного цвета с собственными волосами, но не сдвинулся с места. Я уважительно подумала: этот не сбежит, такой умрёт, но выполнит долг.Дракон пошевелился подо мной, и я поняла его намерение: он желал вернуть человеческий облик. Я соскочила на землю, стараясь сделать это грациозно, но едва не упала, чувствуя, как затекли ноги.  Сивер словно вытек из зверя, становясь собой. Генерал застыл, широко расставив ноги, расправив плечи, глядя прямо на замерших стражников.— Я генерал Сивер, — произнёс он. Голос прозвучал негромко, но в гробовой тишине, наступившей после паники, его услышали все — от командира стражи до последнего нищего, забившегося в подворотню. — Я требую аудиенции у Его Величества короля. Немедленно!Рядом приземлились, вернее, сползли со своих драконов Рыгар и Кассий. Рыгар был зеленовато-бледен, но топор сжимал так, что костяшки побелели. Кассий, наоборот, казался спокойным, но я видела, как дрожит его рука на поясе, где не было оружия.Сэр Кевин спустился последним. В отличие от нас, он был при полном параде — его доспехи, хоть и помятые после битвы, всё ещё сверкали, плащ развевался на ветру. Он шагнул вперёд, предъявляя офицерский знак дрожащему командиру стражи.— Вы слышали генерала. Доложите во дворец. Скажите, что с нами… гости. — он обвёл рукой драконов, застывших за нашими спинами, и в его голосе проскользнула горькая ирония. — Думаю, Его Величество захочет их увидеть.Командир стражи сглотнул, кивнул и, не говоря ни слова, развернулся и почти побежал к воротам, на ходу срывая с пояса сигнальный рожок. Остальные стражники так и стояли, не решаясь приблизиться, но и не смея отступить.Я оглядела площадь. Люди, которые не успели убежать, жались к стенам, выглядывая из-за углов. На балконах и в окнах окрестных домов распахивались ставни, высовывались головы — любопытство пересиливало страх. Новость о драконах в столице разносилась быстрее, чем ветер гонит листву.— Долго они будут нас тут держать? — прошептал Рыгар, оглядываясь по сторонам с видом загнанного зверя. Его рука не выпускала топор. Этот суровый мужчина, привыкший к лесу, чувствовал себя здесь словно голым.— Столько, сколько потребуется, — ответил Сивер, не оборачиваясь. — Они не посмеют напасть. Драконы ближе, чем их армия. Ирмин приказала своим быть наготове. Одно моё слово — и от этого дворца останутся только ледяные руины.На дрожащих ногах подошла к своему мужчине и встала рядом. Моя рука сама нашла его ладонь и сжала. Через этот простой жест, через нашу связь я чувствовала его состояние. Под каменной маской, под ледяным спокойствием генерала бушевала буря: гнев на тех, кто посмел назвать его предателем; боль от того, что никто не пришёл на помощь, когда мы в ней нуждались. А ещё несгибаемый храбрый генерал испытывал страх — не за себя, а за меня и людей, которые поверили и пошли за ним.— Что бы ни случилось, — сказала я тихо, одними губами, — мы сделали это., мы здесь. И я горжусь тобой. Чем бы это ни кончилось.Сивер чуть повернул голову, и наши взгляды встретились. В его глазах, золотых, с вертикальным зрачком, проступившим от напряжения, мелькнуло что-то очень тёплое, очень человеческое.