Татьяна Бэк – После развода. Вернуть истинную (страница 27)

Я поднялась к нему в обзорную башню и едва удержала готовый сорваться крик.

Лес на востоке ожил. Из-за деревьев выходили стройные ряды Гракхов в чёрных доспехах, с развевающимися багровыми стягами. Тишину наполнил мерный, давящий топот тысяч ног.А над ними, в сером небе, парили тени. Пять огромных, хищных силуэтов. Драконы южных пустошей. Их чешуя отливала ржавчиной и кровью.

— На стены! — заорал Рыгар, так, что его было слышно даже в самом удалённом уголке деревни.

Казалось, что все только ждали приказа. Люди занимали места, заряжали баллисты, выкатывали бочки с горящей смолой. Я сбежала вниз, к лечебнице, где уже раскладывали бинты и отвары Элви и другие помощницы. Руки тряслись, но я заставила их успокоиться.

Первая атака была стремительной и страшной. Враги не стали церемониться, просто обрушили на стены всю мощь: огненные шары с крыльев драконов, тучи стрел, таран, врезавшийся в ворота с оглушительным грохотом.

Но мы отбивались. Баллисты били по драконам, не давая им приблизиться вплотную. Наши лучники, спрятавшись за бойницами, выкашивали первые ряды пехоты. Рыгар и Кассий командовали с двух концов стены, их голоса сливались в единый, отчаянный клич.

Но Гракхов было слишком много. Ворота дрогнули. Ещё удар — и они подались, затрещали, разлетаясь в щепки. В пролом хлынула чёрная волна.

— Держать строй! — заорал Рыгар, бросаясь туда со своими людьми.

Я увидела, как он рубится, как рядом с ним падают наши, как королевский сержант, тот самый, что ещё недавно косился на нас с презрением, прикрывает его щитом. Кровь, грязь, крики — всё смешалось в один сплошной, бесконечный кошмар.

Раненых понесли к нам сразу. Их было много. Слишком много. Мы с Элви работали, не разгибаясь, но их все прибывало. Лечебница превратилась в филиал ада.

— Лора! — крикнул Каэл, вбегая с окровавленным топором. — Они прорываются к лечебнице! Уходи в подвал!

— Нет, — ответила я, даже не поднимая головы от очередной раны. — Здесь мои пациенты. Я никуда не пойду.

Скай, до этого сидевший в углу, вдруг поднялся. Его серебристая шкура словно наэлектризовалась, глаза загорелись голубым. Он издал низкий, предупреждающий рык и вышел наружу.

Я рванула за ним. На площади перед лечебницей уже кипел бой. Наши отступали, их теснили к самым дверям. А в небе, прямо над нами, нависал один из ржавых драконов, готовясь обрушить огненный шар прямо в здание, где лежали раненые.

Скай встал между ним и лечебницей. Маленький, смешной, неуклюжий — и абсолютно, безрассудно храбрый. Он раскрыл крылья, пытаясь закрыть нас, и зарычал, вызывая на себя огонь.

— Скай, нет! — закричала я.

Дракон в небе замер, удивлённый такой наглостью. А потом из его пасти вырвался поток пламени, направленный прямо на нас.

Сделав глубокий вдох, словно пытаясь надышаться, закрыла глаза, прижимая к себе Ская, чувствуя, как его мелкая дрожь передаётся мне.

И в этот миг небо раскололось от мощного, всепоглощающего, леденящего кровь рёва, от которого, казалось, содрогнулась земля. Он наполнил весь мир, заставляя вздрогнуть каждого.

Я открыла глаза и чуть не расплакалась от облегчения. С неба, разрезая серую пелену, падали десятки серебристых, белых, голубых теней. Драконы, Ледяные Пики. А впереди, черной молнией, несущей смерть, летел Ночной Коготь. Сивер вернулся, как и обещал.

Его рёв был подобен грому. Он врезался в ржавого дракона, нависшего над лечебницей, с такой силой, что того отбросило на сотню локтей. Их когти сплелись, челюсти лязгнули, и они рухнули вниз, в самую гущу вражеской пехоты, сметая всё на своём пути.

А сверху, с небес, уже обрушивался ледяной шторм. Драконы Ирмин атаковали слаженно, холодно, безжалостно. Они не вступали в долгие схватки, просто расстреливали врага с высоты, вымораживая целые отряды, превращая стройные ряды в ледяные изваяния.

Гракхи дрогнули. Их драконы, застигнутые врасплох, пытались сопротивляться, но против объединённой мощи Ледяных Пиков у них не было шанса. Один за другим они падали, сражённые ледяными копьями и когтями.

Я же смотрела в небо, и слёзы текли по лицу. Но в них было облегчение, которое вытеснило страх и боль.

Сивер — уже снова в небе, оставив поверженного врага далеко внизу — сделал круг над деревней. Его рёв прозвучал как приказ, как сигнал, как обещание. И десятки голосов ответили ему.

Битва переломилась в одно мгновение. Те, кто ещё минуту назад был уверен в победе, теперь бежали, бросая оружие, давя друг друга. Наши, окрылённые чудом, гнали их, не давая опомниться.

А потом всё кончилось. Так же внезапно, как началось. Я стояла на пороге лечебницы, обнимая дрожащего Ская, и смотрела в небо. Чёрная точка отделилась от стаи, снижаясь, опускаясь прямо к нам.

Чёрный дракон приземлился на площади. Усталый, покрытый копотью и чужой кровью, но живой. Целый. Мой. Я сорвалась с места, не думая о том, что смотрят, что вокруг чужие, что не положено. Просто бежала к тому,кого так ждала.

Сивер, вернувшийся в человеческую ипостась, поймал меня в объятия, прижал к себе так крепко, что хрустнули ребра. Его сердце колотилось где-то рядом с моим.

— Я же сказал, что вернусь, — прошептал он мне в макушку.— Я не сомневалась, — выдохнула сквозь слёзы. — Я знала, верила. Но когда ты появился… это было… — слова кончились. Я просто прижималась к нему, вдыхая запах дыма, стали и дракона.

Над нами, в небе, медленно кружили серебристые стражи Ледяных Пиков, охраняя нашу победу. А на земле, среди обломков и пепла, наши люди, выходили из укрытий, смотрели на небо, на нас с Сивером, и в их глазах была надежда.

Глава 56

Бой ещё не стих, когда с юга донёсся новый звук — тяжёлый, ритмичный топот множества ног и конское ржание. Я, стоявшая на коленях среди раненых, подняла голову.Из-за поворота дороги, той самой, что вела к столице, показалось войско. Настоящее войско — не жалкие тридцать человек сэра Кевина, а колонна, растянувшаяся на полверсты. Пехота в полных доспехах, конница, осадные орудия, обозы. Знамёна с королевским гербом гордо реяли на ветру. А впереди, на взмыленном коне, скакал сэр Кевин. Его лицо, ещё недавно надменное, теперь было искажено решимостью и ужасом от увиденного.— Генерал! — закричал он, соскакивая с коня и пробираясь сквозь толпу к Сиверу. — Мы не успели? Боги, мы опоздали!Сивер, покрытый копотью и кровью, медленно повернулся к нему. В его глазах горел холодный огонь, который я научилась распознавать.

— Успели к финалу, — ответил он хрипло. — Ваши люди?Сэр Кевин сжал кулаки и пробормотал что-то под нос о чёртовой бюрократической волоките, из-за которой не успел нам на помощь.

— Пять сотен пехоты, две сотни конницы. Лучшее, что удалось собрать за три дня. Король… — он запнулся, — король не давал разрешения. Я взял их сам, под свою ответственность. Если проиграем — меня ждёт плаха. Если выиграем — либо награда, либо та же плаха за самоуправство. Но я уже не мог ждать этих бесконечных согласований и одобрений.Впервые увидела в этом человеке не придворного хлыща, а настоящего воина. Того, кто готов рискнуть всем ради правды.Сивер смотрел на него долгую, тяжёлую минуту. Потом  коротко, по-солдатски кивнул.

— Добро пожаловать в наш ад, сэр Кевин. Ваши люди нужны здесь. Помогите эвакуировать раненых и укрепить позиции. А завтра…Дракон не договорил. Но точно знала, что в его голове уже рождался план.Но сейчас я не могла принять участие в обсуждении плана, меня ждали мои помощники и пациенты. Мы работали, не разгибаясь, принимая всё новых и новых раненых. Лечебница превратилась в конвейер: резать, шить, бинтовать, молиться. Элви рухнула без сил через шесть часов, и я отправила её спать, пригрозив, что привяжу к койке. Сама же не могла остановиться — адреналин гнал кровь по жилам, не давая чувствовать усталость.Сивер не спал тоже. Вместе с сэром Кевином, Кассием и Рыгаром они склонились над картой при свете факелов, чертили стрелы, считали силы, спорили до хрипоты. А над ними, нависая тенью, стояла Ирмин — матриарх Ледяных Пиков, снизошедшая до человеческого совета. Ее древние глаза, полные льда и мудрости, следили за каждым движением Сивера, и в них читалось нечто вроде одобрения.Под утро истинный пришёл ко мне. Просто вошёл, сел  рядом и взял мои окровавленные руки в свои.— Устала?— Нет, — соврала я.— Врёшь, — усмехнулся он. — Но сейчас можно. Это значит, что ты ещё держишься. Люблю тебя за твою силу, Лора!Слово «люблю» повисло в воздухе. Сивер сказал это невзначай или сознательно? Я не успела спросить — он уже говорил дальше.— Завтра на рассвете мы ударим. Все вместе: мои люди, королевские, Ледяные Пики. Гракхи не знают, что Кевин привёл подмогу и что драконы Ирмин остались. У нас есть преимущество внезапности. И мы его используем.— Ты хочешь… уничтожить их? — спросила я.

— Хочу отбросить так далеко, чтобы они забыли дорогу сюда на десятилетия. Хочу, чтобы каждый враг знал, что эту землю не взять, ведь здесь есть люди, готовые умереть за свой дом... И драконы, готовые сражаться рядом с ними. — Сивер сжал мои руки крепче. — А потом… потом я хочу построить здесь не просто крепость. Это будет город, в котором не будет деления на благородных и простых, на людей и драконов. Где каждый получит то, что заслужил — не по праву рождения, а по делам.Я смотрела на него, и сердце готово было выпрыгнуть из груди. Этот человек, ещё недавно считавший меня лишь сосудом для магии, теперь говорил о городе, построенном на равноправии. О мире, где я — целительница, а он — дракон — будем строить что-то вместе.— Ты сошёл с ума, — выдохнула я. — Это невозможно.— Знаю, но если не пробовать — точно не получится. А теперь идём, у нас есть час до рассвета. Ты поспишь, а я буду беречь твой сон.