Татьяна Бэк – Бывшие. Найду и присвою (страница 3)

Когда наконец вышла из ванной комнаты, посвежевшая и обновлённая, то невольно вздрогнула, — часть спальни была заставлена пакетами и коробками из магазинов нижнего белья, люксовой одежды и парфюмерии. От такого обилия даже закружилась голова. Такое ощущение, что я попала на новогоднюю ёлку в сказке для взрослых девочек. Но как Русу удалось доставить это так быстро? Словно он готовился к моему появлению...

Дрожащими руками я взяла с кровати невесомое шёлковое платье в пол с глубоким декольте и провокационным разрезом. На нём лежала записка, написанная ровным почерком Руса с таким нажимом, что бумага была продавлена. «Наденешь на ужин. Без белья».

Орлов вернулся спустя несколько часов. Я сидела у окна, притянув колени к груди, и едва услышала его шаги. Он вошёл уверенно, не стучась, как будто я действительно была его собственностью.

Он окинул меня внимательным изучающим взглядом и довольно хмыкнул. Да, это время я потратила с пользой, нанеся макияж, сделав причёску и облачившись в это откровенное платье. Пора понять, что для него я лишь вещь, но вещь дорогая, а значит, должна быть красивой. Не стоит тешить себя глупыми фантазиями и мечтать о чём-то. Я ушла от Орлова, а такого он никогда не простит.

— Ты ещё не привыкла к новому дому? — усмехнулся бывший, присаживаясь напротив. Его глаза хищно блестели в полумраке комнаты.

— Где мой сын? — голос сорвался, и я прокляла свою слабость.

— С ним всё в порядке, — отозвался он спокойно. — Я позабочусь о нём, как и обещал.

— Зачем ты делаешь это? — воскликнула я, больше не сдерживаясь. — Ты хочешь наказать меня? Унижать?

Он нахмурился, его лицо стало жёстким, но в глазах мелькнуло что-то похожее на боль.

— Я хочу, чтобы ты поняла — от меня не уходят без последствий. Я слишком долго искал тебя, Камилла. Ты должна ответить за то, что бросила меня.

Я хотела возразить, но он наклонился ближе, заставляя замолчать своим тяжёлым взглядом.

— Я не собираюсь быть добрым. Ты сама это выбрала, когда ушла. Теперь я возьму всё, что мне принадлежит.

Его рука вновь легла на моё лицо, но на этот раз прикосновение было почти нежным. Я не понимала этой игры — он одновременно хотел наказать меня и... защитить? Я ощутила нарастающее напряжение, когда Рус провел пальцами по моей скуле, опустился к губам, очерчивая их контур.

— Я не могу забыть ту ночь, когда ты сбежала, — прошептал он. — Я думал, что найду тебя сразу. Но ты исчезла. Как тень.

Его голос был низким, почти ранимым, и я почувствовала, как сердце сжалось от тоски по тем временам, когда между нами была только любовь, а не эта разрушительная страсть. Но не успела ответить — он снова завладел моими губами, и на этот раз в поцелуе не было жестокости — только напор и желание доказать свое право на меня.

Глава

Руслан

Я чуть не подавился дымом сигареты и закашлялся, когда просматривал анкеты тех, кто обратился за помощью в мой фонд. Этого не могло быть! Даже потёр глаза, но ничего не изменилось. Ками!

Теперь стоял в своём кабинете, наблюдая за ней на камерах, глядя, как она решительно и вместе с тем испуганно идёт к моему кабинету, и не мог избавиться от ощущения, что этот момент был предопределён. Она вернулась. Камилла, моя единственная, пришла ко мне после всех бездарно просраных лет. Эта сука, выжегшая мне сердце своим уходом.

Дверь открылась, она вошла внутрь и побледнела так, словно вот-вот потеряет сознание. Конечно, не ожидала увидеть в качестве всемогущего и всесильного главы фонда человека, от которого сбежала под покровом ночи. Я мстительно упивался этим мгновением, но пальцы рук нервно подрагивали, словно с бодуна.

Ками сейчас была другой — хрупкой, уязвимой, уставшей, но в её глазах я снова увидел ту же борьбу, что и раньше. И это заводило меня. Я не знал, что со мной происходит, но чувствовал, как внутри всё бурлит, как огонь разгорается от одного её настороженно-испуганного взгляда.

— Давно не виделись, — произнёс я, холодно. Это было не просто заявление. Это был вопрос. И в нём звучала вся моя ярость и желание. «Зачем ты вернулась?» — мучительный вопрос, который я не мог задать вслух.

Ками молчала. Но я знал, что она чувствует, видел, как её тело сжимается, как она пытается уйти от меня, как старается уйти от воспоминаний. Я снова поймал её взгляд. И на этот раз в нём была не только тоска, но и что-то большее. Жажда. Страх. Отчаянная решимость. Как же её ломало от одного моего присутствия, значит, она здесь не просто так.

— Здравствуй, Руслан, я не знала, что ты руководишь фондом…— прошептала она, избегая даже смотреть на меня. — Мне нужна помощь.

Наверное, даже дышать перестала, постаралась со стеной слиться, словно её здесь и не было, но я-то чувствовал зашкаливающие эмоции, которые срывали крышу нам обоим. Я подошёл ближе, желая услышать её учащённый пульс. Синяя венка на шее билась часто-часто, вызывая желание провести по ней языком. Стоп, тормозим, я хочу всего лишь отомстить, сломать, заставить испытать эту девчонку то, что она сделала со мной.

— Говори! — произнёс резче, чем хотел.

Казалось, ещё секунда и бывшая выбежит из комнаты, но Ками лишь зажмурилась и крепко сжала кулачки.

— Саше, моему сыну нужна операция. Я... не могу позволить себе её оплатить!

Чёрт, какого хрена… Сын? Она замужем? Я ведь ничего не знал о её жизни! Когда девчонка сбежала, поставил на уши весь город и тряс его до тех пор, пока мать Камиллы не пришла ко мне в гости и не попросила оставить всех в покое, сказав, что её дочь счастлива и не хочет, чтобы её искали. Наверное, нашла себе богатого мужика с бизнесом, вот и свалила, хотя клялась в любви до гроба. Только вот сейчас мы живые друг напротив друга и не вместе. Так что все клятвы оказались лишь сладко-горькой ложью, наглой наёбкой.

— И ты решила прийти ко мне?

Меня трясло оттого, что она сейчас рядом, такая беспомощная и сильная одновременно. Я хотел её всю без остатка! Но теперь должен ей помочь, ведь ребёнок ни в чём не виноват, только у всего есть своя плата. Я задумал заранее, что заставлю бывшую стать моей, так к чему было менять план, который был прекрасен, достаточно внести коррективы. Пусть переезжает ко мне с сыном, по крайней мере, там он получит достойный уход, а у меня будет время разобраться с девчонкой, которая расхуярила мою жизнь.

И вот теперь Ками оказалась в моём доме, в моей власти, такая доступная, просто протяни руку, а лучше насади на член и перестань страдать хернёй. Пусть малышка этот месяц возмещает моральный ущерб всеми своими дырочками, отрабатывает по полной. Именно так я и хотел поступить сперва, но план пошёл по причинному месту. Вместо того чтобы трахнуть бывшую особо грубо и цинично, разговаривал разговоры и довёл себя до того, что яйца ломило от постоянного стояка, который возникал тут же, стоило взглянуть на Ками.

Но теперь у меня появился ещё один вопрос, касающийся её ребёнка. Малыш с удивительно серьёзными чёрными глазами на бледном волевом лице был слишком похож на меня. Сколько ему лет? Может ли он быть моим сыном?

Этот вопрос не давал мне покоя, поэтому, пока Ками отмокала в ванной, я проведал малыша, который вёл себя удивительно спокойно, даже не удивляясь происходящему, слишком много больниц успел посетить. И, конечно, я сдал биоматериал, чтобы сделать ДНК-тест. Но об этом Ками пока было рано знать. От результата будет зависеть всё...

Глава

Когда послушно спустилась вслед за Русом вниз, в гостиную, то чуть не разревелась. Ужин при свечах… Честно говоря, не помню, когда в последний раз вообще ела не лапшу быстрого приготовления или какой-нибудь фаст-фуд на бегу. Я готовила в те редкие короткие периоды, когда Саша был дома. Сама порой и вовсе забывала поесть, занятая более важными делами, либо приползая столь измотанной, что не сил даже залить кипятком очередную порцию роллтона.

— Рус… — прошептала, задыхаясь.

Наверное, со стороны картинка казалась просто идеальной: красивая пара, приглушённый свет, изысканные блюда, дорогое вино, горящие свечи. Но на деле мы оба не хотели этой показушной романтики. Орлов смотрел на стол так, словно на нём только что разделывали свиную тушу. А мне кусок в горло не полез бы при нём, как голодна я ни была.

Мы сели за длинный стол друг напротив друга в гробовом молчании. Слышалось лишь потрескивание пламени свечей и отдалённый гул за окном. Воздух стал липким и густым, словно кисель, а молчание невозможно уже было прервать. Звук вылетающей пробки шампанского прозвучал выстрелом, заставляя съёжиться и заледенеть.

Не произнося ни слова, Рус подошёл и наполнил мой бокал, а затем свой, продолжая нависать сверху. Его сильное, мускулистое тело загородило собой весь мир. Словно этот мир и был им…

— За что выпьем, Ками? — тихо и отстранённо произнёс он, но это обращение, такое родное и привычное моему слуху, будто вернуло меня в далёкие времена. Я лишь пожала плечами, глядя прямо перед собой.

— Ну тогда я предложу тост! — в голосе Орлова вдруг послышалось плохо скрываемая ярость. — За твоё возвращение, Камилла, я знал, что рано или поздно это произойдёт.

Рус чокнулся бокалами так, что они жалобно зазвенели, чуть не разбиваясь в наших руках. Я послушно сделала глоток шипучего брюта, понимая, что лучше не провоцировать Орлова, ведь он хозяин положения и дома, который стал для меня тюрьмой. Лишь от него зависело, насколько комфортным будет моё существование здесь.