Татьяна Барматти – Элениэль. Второй шанс на жизнь (страница 49)

— Предлагаю говорить без имен, — задумчиво предложил Морис. — А Элю называть, к примеру, кошечкой. После того, как она терлась об тебя, ей определённо подходит.

Фыркнув, оставив комментарий Мориса без ответа, я поднялся с пола, чувствуя, как напряжение немного отпускает. Разговор это лучшее в моей ситуации, возможно, хоть отвлекусь немного, займу голову.

— Ты тоже не спал, Феликс? — хмыкнул я, заметив, что говорун Эли выглядывает с кровати.

— Не спал.

— И что думаешь? Мы все еще извращенцы?

— Думаю, что вы не достойны моей Эли, — самодовольно отозвался вредный птах. — Но, мне будет интересно наблюдать за вашими усилиями…

— Ты что-то знаешь?

— Я многое знаю, но вам не расскажу, — категорично заявил он. Как же он… бесит. — Хотя, есть кое-что, что я бы хотел вам рассказать, — с нотками удовлетворения прошептал он. — Эля всегда видела пример своих «родителей» перед глазами, пару из одного мужчины и женщины, и мечтает об одном мужчине рядом с собой.

Чувствуя, что еще немного, и я сам придушу говоруна, я поспешил выйти из комнаты. Но до чего же он вредный. Как будто чувствует, на что нужно надавить, чтобы вывести человека из себя. И как вообще Эля с ним справляется? Вот только, если он говорит правду?

— Думаешь, он сказал правду? — вылетев след за мной, обеспокоенно поинтересовался Нирвел.

— Не знаю…

— Это все усложняет, — покачал головой Тарин, поглядывая на дверь.

— Если он говорит правду, то у нас есть неделя, чтобы переубедить кошечку, — уверенно выдохнул Морис. — Завтра я сплю с Элей.

— Это еще почему? — сжав кулаки, пытаясь взять себя в руки, глухо спросил я.

— Потому что ей нужно привыкнуть к каждому из нас. Или ты хочешь сказать, что мы просто так попали в эту комнату? — кивнув на дверь, криво ухмыльнулся Морис. — Скажу тебе честно, Сантис, я не против быть твоим собратом, но если ты все еще думаешь, скажи об этом сразу. Не хочу терять время зря и упускать кошечку. И еще… боюсь, если кошечка все-таки откажет быть с нами всеми в союзе, я тоже пас.

— Поддерживаю, — сдержанно отозвался Тарин, холодно посмотрев на меня.

— Я тоже хочу, чтобы вы стали моими собратьями, — кивнул я, понимая, что это вполне искренне. Как оказывается, одна женщина быстро сближает. Не прошло и двух дней, а мы уже сообща решаем, как будем защищать, и соблазнять Элю. — И ты прав, у нас есть неделя, чтобы она привыкла к каждому из нас. Нирвел?

— Я согласен, — кивнул Нирвел. — И лучше нам все-таки постараться, потому что я рядом с собой другую девушку тоже видеть не хочу.

— С этим решили, — спокойно кивнул я. Как бы мне не хотелось быть для Эли единственным мужчиной, но принц и будущий Император не может отказаться от собратьев. Впрочем, думаю, мы сможем найти точки соприкосновения.

— А что насчет пятого? — с нотками ревности уточнил Тарин, скрипнув зубами.

— У Императора всегда было четыре собрата, — заученно выдохнул я, едва сдерживаясь от накатывающей ревности. Подпускать к нашей девочке еще кого-то мне категорически не хочется, но и нарушать заведенные правила не выход.

— Кото ты думал поселить в комнату до того, как встретил Эля? — уже зная ответ, спросил меня Нирвел.

— Нерсина Донка.

— Того выскочку, который при всех назвал Эля младшей женой, — вскинул бровь Тарин.

— Именно, — кивнул я, хмыкнув.

— Он мне не нравится, — категорично заявил Тарин.

— Почему?

— Он обидел Эля.

— Скорее всего, Нерсин докапывается до Эля, из-за того, что он сейчас в этой комнате. Как и все вокруг, — покачал головой Морис. — Но, он мне тоже не нравится.

— Может, дадим право выбора кошечке, — неожиданно предложил Нирвел, заставив нас на несколько секунд замолчать. — Нам все вокруг будут не нравиться, а так, она будет знать, что ее выбор нас тоже интересует. К тому же, кошечка хочет быть независимой дейрой.

— Идея неплохая, — кивнул я. — Но вдруг она выберет какого-то парня, в котором вообще не будет магии.

— Значит, будет так, — спокойно выдохнул Тарин. — Мне нравится идея Нирвела, как и то, что пятый не появится у нас в комнате завтра.

Хмыкнув, но, все же кивнув, я тяжело вздохнул. С этим мы-то разобрались, но как быть со всем остальным. Сейчас, как бы банально это не звучало, безопасность Эли на первом месте. Ее нужно не только спрятать, но и устранить всякий источник угрозы. Вот только не так-то просто приструнить сразу шесть благородных родов.

— Как будем действовать с женихами кошечки и ее «родителем»? — тихо выдохнул я, прикрыв на несколько секунд глаза. Даже само слово «женихи» меня изрядно бесило.

— Сами справиться с шестью благородными родами мы все равно не сможем, — вздохнул Нирвел. — Здесь нужно действовать тонко и быстро, чтобы они не успели друг другу передать информацию, а мы заперты до конца отбора здесь.

— Я тоже так считаю и отошлю послание отцу, — кивнул Морис.

— Не стоит, послание могут перехватить, — покачал я головой. — Я попрошу распорядителя, чтобы передал отцу, что мне нужно с ним поговорить и уже с глазу на глаз объясню ему ситуацию. Думаю, дальше он сам подключит всех.

— Это разумно, — кивнул Нирвел. — На нас же лежит безопасность кошечки на отборе.

Кивнув друг другу, и переглянувшись, мы зашли обратно в комнату. Я лег на самый краешек кровати, повернувшись на бок и уставившись на Элю. А ведь я даже представить не мог, что встречу девушку, которая не только будет вызывать во мне похоть, но и затронет все струны моей души, мне будет интересно с ней поговорить. Да, определённо, признание Эли стало самым шокирующим и самым прекрасным, что случалось со мной.

Но теперь я могу признаться хотя бы себе, что она привлекала меня даже в образе парня. То облегчение, ту радость, которая затопила все мое нутро, когда она призналась, трудно с чем-то перепутать. А вот как я не понял того, что напротив меня девушка, самому не понятно! Впрочем, Эля умная и хитрая девушка, настоящая Императрица!

Улыбнувшись уголком губ, я с нежностью посмотрел на совершенное лицо и, наклонившись, легко коснулся ее губ своими, чувствуя, как замирает сердце внутри. Пресвятая Дева, я превращаюсь в романтика! Впрочем, рядом с ней я готов быть кем угодно. Одно не понятно, как она смогла так быстро пробраться в мои мысли и в мое сердце? Хотя, если не врать себе, я прекрасно знаю ответ на этот вопрос. Она непосредственная, напористая, целеустремленная, умная, красивая, мудрая не по годам и я просто покорен этой девушкой с первого нашего разговора, еще тогда, когда считал ее парнем.

И мне безумно нравится это чувство…

Глава 31

Проснувшись от громкого звона в колокол, я открыла глаза, чувствуя каждой клеточкой своего тела удовлетворение. Я выспалась, отдохнула и… кончила. Трусики были насквозь мокрые и ими, и тем, что спрятано под ними, я прижималась к ноге Сантиса, попросту закинув на него одну ногу и обняв. Стыдоба! Но мне совершенно не стыдно. Мне хорошо.

Едва не мурлыча от прекрасного настроения, я провела костяшками пальцев по щеке мужчины, чувствуя небольшую щетину. М-да, это реально одно из лучших моих пробуждений в этом мире. Хотя, не мудрено. Особенно, если рядом спит образчик мужской красоты и привлекательности, с весьма внушительным орудием между ногами. М-м-м…

Жаль мне нельзя! Чревато последствиями, которых я совершенно не хочу.

— Проснулась? — с нотками ревности, буквально прокричал у меня за спиной Феликс, заставляя дернуться.

— Феликс! — шикнула я на вредного друга.

— Что, Феликс? Знаешь, что он делал с тобой ночью?

— И что же? — заинтересованно отозвалась я, освободив Сантиса от своих конечностей и развернувшись к Феликсу.

— Он… — начал говорун и громко щелкнув клювом, вытаращив глаза.

— С тобой все нормально?

— Нормально, — буркнул говорун, отвернувшись.

— Ты же знаешь, что я тебя люблю? К чему эти сцены ревности? — с улыбкой выдохнула я, но заметив, что Феликс не спешит поворачиваться, вздохнула. — Феликс, я тебя люблю! Всегда буду любить, ты мой единственный, самый близкий друг.

— Вот так ты его и разбаловала… — сонно пробормотал Сантис.

— Хочу и балую, — буркнула я. — Лучше расскажи, что ты делал со мной ночью?

— Я могу показать… — улыбнулся принц, облизнувшись.

— Не надо, — фыркнула я. Феликс мне все расскажет. Хотя, есть у меня несколько предположений, от которых мне тоже должно быть стыдно, но мне слишком хорошо, чтобы стыдиться. — Феликс! Это уже не смешно.

— Ты будешь любить меня даже когда замуж выйдешь? — неожиданно выдал говорун, заставляя меня застыть в шоке.

— Конечно, — кивнула я заторможено. — А с чего вообще такие вопросы?

— Ничего, — довольно выдохнул говорун, поворачиваясь ко мне. — Приятно знать, что тебя любят, — пробормотал он, кинув взгляд на Сантиса.

Ясно, Феликс показывает кто тут главный. Впрочем, я не против, главное, чтобы ему нравилось. Да и не маленькие мальчики со мной живут, так что сами разберутся. С Феликсом вообще легко найти общий язык, все подчиненные в ресторане с ним хорошо ладят. А ведь ему не нужно ничего заоблачного, только хорошее отношение, как к разумному существу.

— Пора на завтрак, — вырвал меня из мыслей, спокойный голос Нирвела.

Взглянув на остальных мужчин, я все-таки немного смутилась. Одно дело просыпаться с мужчиной в одной кровати наедине, пусть и с Феликсом, а совершенно другое, когда на вас все смотрят. Причем, с нескрываемой завистью на Сантиса и едва заметным многообещающим взглядом на меня. Вот только я не помню, чтобы что-то кому-то обещала!