Татьяна Авлошенко – Нужные тебе люди (страница 8)
Кивком поблагодарив за запоздалое разрешение, скаегет продолжил:
– Тут, твое величие, к тебе вещь одна случайно попала. Вернуть бы надо.
Трэкул с легкостью подстраивался под хамовато-веселый стиль гоблинов. Я предпочел пока что помалкивать.
– Какая еще вещь? – брюзгливо спросил Ковыга.
– Да вот подушка, на которую ты свое царственное седалище пристроил.
– Подушка?!
Гоблин взвился с кресла, будто его подбросило мощной пружиной. Вцепившись в подушку двумя руками, уставился на нее алчным взглядом:
– Отдать ее тебе? Карту, на которой указан путь к сокровищу?
– Какую карту? – опешил Трэк.
– Вот, зырь! – Ковыга выставил подушку впереди себя, но тут же передумал, бросил ее обратно в кресло и уселся сверху.
Я, однако, успел заметить, что посреди геометрического узора, действительно похожего на лабиринт, вышит крупный красный крест.
Некоторые вещи не стоит делать ни в коем случае. А я не удержался. Переглянувшись с совсем уже впавшим в изумление скаегетом, слегка пожал плечами и покрутил пальцем у виска. Думал, в гоблинском обществе это допустимо. Оказалось – ошибся.
– Ты че, ты че тут кажешь?! – пронзительно завизжал король всех гоблинов. – Во-он!
И сразу же его зеленые подданные гурьбой набросились на нас, схватили, понесли как статуи небесных заступников в храмовый праздник. До самого выхода из пещеры. А там гоблины оправдали звание злых еретиков – раскачали нас и выкинули куда подальше. Со знанием дела.
Не столь больно было грохнуться на камни, как обидно. Но для Трэка после недавнего битья падение было явно лишним. Он даже встать сразу не смог.
У входа в пещеру клубилась хохочущая, кривляющаяся, тычущая в нас пальцами толпа. Прорваться сквозь нее, чтобы продолжить разговор с Ковыгой и вернуть подушку, и думать было нечего.
Я помог Трэку подняться, и под гогот и улюлюканье мы побрели прочь.
План был настолько простой, что я даже немного рассердился на себя – почему раньше не додумался? Если мне удалось выследить червя, то почему бы не отыскать по запаху вещь из дома госпожи Пандауры?
Гоблины трусливы. Хочется верить, что при виде разъяренного зверя они просто разбегутся. Противно было бы их кусать.
Оставалось дождаться ночи или хотя бы позднего вечера.
Но не зря умные люди говорят о никчемности составления планов. Задолго до сумерек, когда я сидел на крыльце, туда же вышел Трэк.
– Слушай, Солевейг, – сказал он, устраиваясь рядом на ступеньках. – Не надо тебе к этому Ханыге…
– Ковыге.
– Ага. Не надо тебе к гоблинам ходить.
– С чего ты взял, что я вообще еще раз сунусь в этот гадюшник?
– Ты смотрел… Запоминал, чтобы вернуться. Они у Пандауры украли, ты у них украдешь. Не надо так.
– Грех?
– Просто нехорошо. Гномы собираются послезавтра прогнать гоблинов. Можем пойти с ними.
– В бою честнее?
– Мы наемники.
И снова планам не суждено было сбыться. Мы не вошли в гоблинскую лежку на острие атаки, не взяли честную добычу.
Когда явились с утра в знакомую корчму, там было подозрительно тихо. При этом выглядело заведение так, будто в нем до рассвета что-то праздновали. Балин обнаружился в дальнем углу спящим в обнимку с бочонком из-под пива.
– А-а, вы… – Гном сладко зевнул, будто в лесной чаще открылся овраг. – А мы тут того… Гоблинов ночью погнали. Потом отметили это дело.
– Как – гоблинов ночью погнали? – возмутился Трэк. – Вы же собирались только завтра идти!
– А вы им об этом сказали? Нет? Ну и хорошо. А то б зеленомордые завтра разбежались, лови их потом, из разных щелей выковыривай. Но если б сказали, они бы нас сегодня ночью точно не ждали. Вот их и взяли тепленькими. Военная хитрость!
Мы молчали, силясь постичь загадочную тактику гномов.
– Да вы не переживайте! – Балин поднялся на ноги и с сожалением заглянул в пустой бочонок. – Гоблины так драпали, что все барахлишко побросали. Сейчас пойдем подберем вашу вещь.
На берегу подземного озера не осталось следов битвы. Только поспешного бегства. Но все равно очень неприятно было бродить среди брошенных вещей, смотреть на кострище, над которым все еще висел котел, на перевернутое кресло-трон Ковыги, прочие приметы налаженного походного быта.
Подушку госпожи Пандауры мы так и не нашли.
В тот же день мы отправились в вербовочный пункт. Трэк на удивление легко получил контракт для нас двоих. Дельце обещало быть выгодным, а капитан набираемого отряда считался удачливым. Что же до всего прочего… Госпожа Пандаура прекрасная и благородная женщина, наша спасительница, искренне хочется чем-нибудь ее порадовать. Но еще одна кастрюля щорба… Моя благодарность не простирается столь далеко.
Жаль, что мы не сумели вернуть госпоже Пандауре любимую подушку, но сейчас на это способны разве что высшие силы.
Перед отправкой надо было кой-чем закупиться. Мы отправились на рынок. Разговаривая о предстоящем контракте, вышли на узкую тихую улочку, ведущую к торжищу. Я окинул ее равнодушным взглядом и встал, как вкопанный.
Никогда не мог спокойно пройти мимо книжных, оружейных и антикварных лавок. Но если из первых выхожу с полными руками и пустым кошельком, то на хорошие клинки и предметы старины могу только полюбоваться. Раз в жизни удалось раздобыть монет на приличный меч-кацбальгер, но это была жизненная необходимость.
Однако в этот раз вещь, выставленная в витрине антикварной лавки, заинтересовала меня более чем.
– Трэк, смотри.
– Вижу, – кивнул скаегет и решительно потянул на себя дверь лавки.
Хозяин заведения взглянул на нас довольно кисло – не оборванцы, но сразу понятно, что ничего не купят. Тем не менее произнес с умеренной почтительностью:
– Что угодно господам?
Трэк вежливо поклонился в ответ:
– Скажите, почтенный, а откуда в вашей лавке берется товар?
На лице антиквара отразился явный интерес. Наемники. Кто знает, что может осесть в их рюкзаках.
– Есть достаточно людей, на законных основаниях обладающих вещами прошлых лет, которые им не нужны, с которыми они готовы расстаться за разумную плату.
– Понятно. А если вещь принесут вам гоблины? Что-нибудь вроде этого? – Обернувшись, скаегет указал на витрину, где была выставлена подушка, очень похожая на похищенную у госпожи Пандауры.
Хозяин лавки сам только что не позеленел от возмущения:
– Гоблины?! Откуда у мерзких грязных гоблинов может взяться подобная вещь?!
– Может, они сами мастерят, – с невинным видом ответил Трэкул. – Я слышал, у них есть что-то типа карт, где отмечены ведущие через лабиринт пути к кладам.
– Какой лабиринт? – горестно воздел руки антиквар. – Какой клад? Это гезерская вышивка! Ей четыре века! В Сиргарене такие вещи встречаются редко! В гареме эмира…
Знаток старины замолчал и уставился на нас с подозрением. Что толку распинаться перед тупыми наемниками о вещах и людях, о которых они знать не знают и знать не хотят? Продавать они ничего не собираются. Зачем тогда интересуются? Эта публика сама воровата не меньше гоблинов, не иначе внимание отвлекают.
– Эмира Хайретдинна Блистательного, – я счел нужным поддержать разговор. – Владыки древней Гезеры, вошедшего в историю не только как мудрый правитель, но и покровитель искусств и поэт, автор бессмертных касыд. Впрочем, сейчас не об этом. Значит, у гоблинов вы товар не принимаете? Вопросов больше нет.
На том мы покинули лавку антиквара. Подкарауливать здесь гоблинов с подушкой госпожи Пандауры смысла не было.
– Э, покупай!
Кто-то дернул меня за полу.
На рынке нужно держать ухо востро. Зазеваешься – не то что кошелек вытащат, сапоги снимут, и не заметишь. Потому обернулся я сразу.
Ковыга, король всех гоблинов, радостно скалясь, помахивал в воздухе знакомой подушкой.
– Распродажа королевского имущества? И карту отдашь? А как же сокровища?