Татьяна Авлошенко – Нужные тебе люди (страница 7)
Дурень Дэнил ничего не ответил, только, приоткрыв рот, пялился поверх плеча Перкина. Сермил хотел оглянуться и посмотреть, что там, но не успел: мимо прямо по рельсовой дороге для вагонеток пронесся поджарый серый волчина. Оглянулся на бегу, одарив гномов зубастой улыбкой, и скрылся в туннеле.
– Ах ты ж… – только и смог выдавить Перкин, не глядя протягивая растерянному камнерезу широкую мозолистую ладонь. – Приходи в дом, дармоед. Сента вроде как согласна.
Обратный путь был хороший. Кроме двоих спорящих о чем-то гномов, я никого не встретил. Добрался до своих вещичек, сбросил трансформу. Оделся, отряхнулся, пригладил волосы. Вышел к людям.
Трэк и Балин, сидя на дрезине, разговаривали о жизни.
– Нашел червягу? – благодушно спросил гном, когда я приблизился.
– Нашел. Сколько времени нужно, чтобы собрать народ?
– А чего его собирать-то?
Балин поднялся и несколько раз ударил по рельсу подобранным с земли железным ломиком. И сразу же отовсюду начали подходить гномы. Появлялись из боковых коридоров, неторопливо вытирая руки ветошью, приветственно кивали знакомым, отряхивали с бород каменную крошку.
– Что, Балин, пришло время?
– Пришло.
Из сумрака подземелья потянулись мелкоячеистые сети, на вид очень крепкие.
– Удержит? – Балин придирчиво пощупал одну из них.
– А то! – гордо ответил владелец сети. – Для себя делал!
– Сейчас проверим! – предводитель гномов азартно потер руки и повернулся ко мне. – Веди!
Нам не было нужды повторять извилистый и местами труднопроходимый путь червя. Я просто называл гномам замеченные ранее ориентиры, и горняки моментально понимали, куда нужно идти.
Меня удивило, что гномы шагают не таясь, с топотом, хохотом и победным гиканьем. Балин объяснил: червь абсолютно глухой, а шум распугивает прочих обитающих в подземелье тварей.
Наконец мы подошли к проходу, ведущему к логову гада.
– Вы здесь постойте, – распорядился Балин. – Мы сами справимся.
И верно: достаточно было увидеть, как четко и слаженно строятся гномы в колонну, как готовят сети, как входят под арку, и сомнений не оставалось – справятся.
Какое-то время было тихо. Потом раздалось шипение, будто на раскаленную плиту разом выплеснули кастрюлю воды, и крики:
– Ага!
– Живьем брать!
– Слева заходи!
– Хватай!
– Уйдет, заррраза!
Червь вылетел из коридора, будто копье, брошенное могучей рукой воителя древности, и на миг замер, свернув длинное мускулистое тело в спираль.
Этого времени мне хватило, чтобы вогнать меч в ножны и, отщелкнув застежку, сорвать их с пояса. Швырнув клинок поперек тела червя близко к голове, я схватился за рукоять меча и окончание ножен и прижал гада к земле. Живьем – значит живьем. Еще бы Трэк помог…
– Влево!
Я шарахнулся в сторону, одновременно оглянулся через плечо – что происходит?
Этого не должно было быть. Я прижимал к земле голову червя, и точно такая же башка неслась на меня оттуда, где должен был находиться хвост гада.
Не червь. Амфисбена.
Я еще успел заметить и даже подумать, что разинутая пасть твари напоминает рот с вывороченными губами, усеянными мелкими острыми зубами, и между ними мечется шершавый, как рашпиль, язык. Вот, значит, как «червячок» грызет камень и опоры.
Сильная рука схватила меня за шиворот и рванула в сторону. Амфисбена с размаху «поцеловала» пол, но тут же, разгневанно шипя, вскинула обе головы, завертела ими, отыскивая жертву. Трэк проворно поволок меня прочь, а из туннеля уже выбегали гномы с сетями. На этот раз им удалось накинуть тенета на беснующуюся тварь и скрутить ее.
– Попался, мироед! – довольно произнес Балин. – Послужишь теперь на благо общества!
– Гоблины, – вежливо напомнил Трэкул.
Балин согласно кивнул:
– Теперь можно и к гоблинам.
– Дальше не пойду, – сказал Балин, остановившись у развилки. – Одному соваться резона нет. Побьют.
Логично.
– Эй, наемники! – окликнул нас гном, когда мы отошли на несколько шагов. – Может, скажете заодно зеленорожим, чтоб проваливали? Все равно через два дня выходной, гнать их всем кланом придем.
– А нас, значит, за такие слова не побьют?
– А вы вежливо скажите!
В конце туннеля самозабвенно бранились две гоблинки. Язык наемников богат и своеобразен, но фантазии зеленокожих дам, их умению выстраивать сложные фразы, а также способности произносить их на одном дыхании позавидовал бы любой ветеран серых отрядов.
При этом спорщицы отличались отменной бдительностью.
– Крася, подожди, – махнула рукой сопернице обладательница высокой причудливой прически. – Молодые люди, че надо?
– Где ваш главный? – строго спросил Трэк.
– Опять из санитарной комиссии, что ли? Крася, Ковыга на месте?
– Делать люд
– Пон
Путь был один – вперед.
Мы едва успели отойти, как под сводами туннеля раздалось:
– Ах ты, глупая мадам!
Интересная беседа гоблинок продолжилась.
Лежка гоблинов напоминала пляж, на котором все почему-то одеты. Во всем мире нет больше такого места, где живые существа настолько заняты своими делами, а вернее, бездельем.
Вокруг подземного озера собралось несколько десятков гоблинов, но никакого кипения жизни не наблюдалось. Тонконогие сидели или лежали на подстилках, некоторые бесцельно бродили по берегу.
Неподалеку от нас теплая компания дулась в карты, но лениво, без азарта. И игроки и зрители откровенно позевывали.
Трэк дернул меня за рукав:
– Смотри!
На берегу озера стояло кресло. В нем восседал гоблин. Судя по тому, что одет он был лучше всех прочих, это и был Ковыга – предводитель тонконогих. Рожу он тоже имел подходящую – надутую и очень зеленую. Но главное: из-под гоблинской ляжки торчал уголок подушки со знакомым узором.
– Так. – Трэк решительно устремился вперед.
Нас заметили, но задерживать не стали. Гоблины просто образовали широкий круг, словно предвкушая какое-то зрелище или иную потеху.
Мы подошли к креслу.
– Здравствуй, уважаемый, – вежливо произнес Трэк.
Зеленоухий скроил презрительную мину:
– Ковыга, король всех гоблинов, дозволяет тебе говорить!