Татьяна Антоник – Эту ферму мне муж купил (страница 35)

Я подобралась, озарившись идеей.

— Понятия не имею, чем завершится суд, — поджав губы, старалась не смотреть на мистера Мендлера, — но раз вы обещаете услугу...

— Что от меня нужно? — моментально подхватил он.

— Если закончится плачевно, то выкупите моих зверей. Поклянитесь, что не перепродадите, и они доживут свой век на ваших землях.

— Только это? — изумился он. — Могли просить большее. Ежели дракон окажется моим...

— В это я не верю, — прервала его, — но в ваше слово очень даже.

— Конечно, я выкуплю, — пообещал Йен. — Станется, стану принцем в ваших глазах.

Не, принцев мне с лихвой. Был белый и красивый — Герман. Потом меня спас темный и загадочный — Блуди. А учитывая, сколько я работаю, если появится новый, то только ради того, чтобы меня оседлать.

В этот день мы разошлись, и я снова переночевала в гостевой спальне Мендлера. В той же. Местные боги надо мной смеются. Сталкивают с мужчиной, который некогда меня ненавидел. И как же я ему нужна.

Размышляя о нем и Счастливчике, благополучно вспомнила, что сохранила его скорлупу. Чуть с кровати не упала.

Иногда в женщинах просыпается материнский инстинкт. И это не всегда ознаменуется рождением детей. Часики у меня тикали, периодически и я впадала в прострацию.

Я же хранила в том мире первые ошейники Бурана, собирала переливающиеся чешуйки Файера, забрала перо Хмыча. И чуть скорлупы положила в свой тайник, где приберегла сокровища.

А там ведь и брошка с птичкой. На ней явственно звучит, что Герман дарит мне ферму взамен на мое имущество, как леди Хоммерфильд. Жук сутулый, неужели я тебя прижучу?

Не особенно думая, что я творю, но интеллект и Зои Сандерс — это абсолютно противоположные понятия, я побежала в комнату хозяина поместья. Еще в тот раз горничная поделилась, что я удостоилась высокой чести — ночую напротив Йена.

В общем, я ворвалась, не полагая, что мужчина может быть чем-то занят, не одет, не ждать меня. Так оно и было. Он сидел без рубашки, попивал что-то из бокала и задумчиво вглядывался вдаль через балкон.

Я остановилась, уперлась в собственные колени. Мы переглянулись...

Он весь расслабленный и... голый. Я, часто дышавшая, и в халате.

Ох уж этот нелегкий момент, когда вы только взглядом пересеклись, а ваши демоны познакомились и обо всем договорились. Ну, в смысле он понял, что я не ворвалась ради флирта или чего-то похлеще. Я барышня деловая.

— И как воспринимать ваш визит? — изогнул бровь мистер Мендлер, потянувшись к скинутой рубашке.

Не отниму, выглядел он хорошо и подтянуто. Будь я помладше, более падкая на красивые тела, пустила бы слюну.

— Скорлупа, — запыхавшись, произносила я, — скорлупа.

Всегда полагала, что всеобщая тупость — проблема образования. В Хайклере из-за этого нервничала. Какой век, какие нравы, какое упущение. Но вот, я в обществе умного человека, приличного человека. И что? Выходит, это я несу полную околесицу. Прям жду от него вопрос, дура ли я. А я дура.

Он оделся, сохранил в себе остатки приличия и переспросил:

— Какая скорлупа?

— Счастливчик же вылупился, — пояснила я, — а я сохранила скорлупу. Если вы правы, на ней должны быть знаки вашего герба.

— До утра это не терпело, — рассмеялся он.

Мне стало стыдно.

Глава 12.

Зои.

Человек — творец своего счастья, своего образа и своей репутации, но это, конечно, не мой стиль. Если я начала позориться, то до конца. Кое-как объяснив Йену свою задумку, густо покраснела, осознав, куда ворвалась. Ладно, я готова смириться со своим интеллектуальным уровнем.

Когда часы достигли приличного времени, мистер Мендлер привез меня к ферме. Он не преувеличивал, сообщая о количестве стражи у ворот. За забором стояли молодцы Блуди, перед забором городские, вызванные моим мужем.

— Зайдете? — покосилась на мужчину. — Поищем вместе.

— Сегодня нет, — печально отозвался собеседник. — У вас завтра утром суд, основательно к нему подготовьтесь. А я попробую обратиться в вышестоящие органы. Не хочу, чтобы над вами вершил правосудие человек Германа.

— А вы придете?

Самой от себя противно. Пару дней назад герцог вызывал во мне сплошные негативные эмоции, я ему не доверяла, но после признаний, спасения... Мне хотелось, чтобы тот меня поддержал.

— Обязательно буду, — кивнул Йен и зачем-то потянулся ко мне, дотронулся до подбородка. — Не унывайте, Зои, — произнес он. — Развод вам на пользу, а ферму, я верю, вы отстоите.

Не понимала, какие мысли роятся в его голове. Вчера он неистово хотел посетить Сандер-хаус, а сегодня отказался. Нет, причины были разумными и объективными, но я терялась. Сама страдаю: принадлежит ему Счастливчик или нет.

Видимо, о нашем приезде донесли и Аспиде. Подруга уже подходила к границе, когда я выскочила из кареты под вздохи и шепотки выставленных стражников. С собой, совершенно ничего не стесняясь, нагиня прихватила Бурана и Файера.

Мой хаски всегда привлекал внимание. Подобной породы в Хайклере не водилось. Пес был красив, ухожен, породистый, очень напоминал волка. Подбегая, он обнюхал каждого, кто преграждал путь.

— Пропустите, — раздражалась я. — Мне-то можно на свою территорию войти?

— Да, мэм, — разрешил начальник стражи, как раз возле него застрял Буран. — Скажите, а ваша собака подпускает к себе чужих людей?

— Глупый вопрос, — я усмехнулась, — конечно. — И этот увалень протянул ладонь, чтобы погладить моего питомца между ушей. — А иначе, как он вас укусит?

Сработало наравне с командой. Буран принял воинственную стойку и зарычал. Стражник отпрянул пальцы. И слава богу, мог бы их лишиться.

— Стерва! — раздалось мне в спину.

— Рэкетир, — не заржавело за мной.

Мне плевать, как захват, отъем моей территории объяснял бывший муж. Это захват, а наличие стражников подтверждает данный факт.

— Зои, ты вернулась, — обняла меня Аспида.

— От нее пахнет герцогом, — прыгал волнующийся Буран.

— Кем? — возмутился виверн. — Этим денди в пиджаке? Фу, Зои, я полагал, у тебя есть вкус на мужчин.

Игнорируя животных, я пожурила свою соседку.

— Сговорилась с Мендлером...

— А что мне оставалось делать? — потупилась Аспида. — Все было очень быстро. Прибежала Белла, за ней Энди, прости, я впала в истерику.

— Не бери в голову, — теперь я обняла ее, — ты мне очень помогла. Мы с ним... — кашлянула, — помирились.

Сложно дать оценку нашим отношениям. Я не идиотка, ощущала какую-то романтическую подоплеку, благородный порыв от Его Светлости. Но все эти мысли пропускала. Не время, не место, и, вообще, я попаданка, которых в этом мире презирают. Я где-то даже начинаю понимать, отчего.

— Хорошо, что вы помирились, — отстранилась девушка. — Зайди, пожалуйста, к Счастливчику. Ты сильно удивишься. А еще, я очень хочу услышать, что ты думаешь о завтрашнем суде. Мне надо паковать вещи? Мы съезжаем?

— Дай мне разобраться со всем по-очереди, — взмолилась я, озабоченно потирая лоб.

Первым делом я послушалась совета и навестила маленького дракончика. Маленьким его могла назвать я, потому что косвенно считалась его матерью. На деле этот ящер достиг размера разъевшегося быка. Сколько недель прошло с его вылупления? Того и гляди, он развалит крыльями амбар.

Счастливчик позволил себя погладить, утробно рычал, тыкаясь своей головой в мой живот. Скучал.

Он не говорил со мной, но я поняла, что он раздражен. Парни Блуди повесили на того цепь, чтобы алый крылатый звереныш не улетел. Цепь и ошейник страшно ему натирали. Я распорядилась снять с него все, а сама упрашивала:

— Потерпи неделю, через семь дней я сама отведу тебя на реку, и ты взлетишь. Ты дождешься меня?

Диву даюсь, что между нами состоялся какой-то диалог, построенный на догадках и ощущениях. Счастливчик, кажется, согласился, попросил больше еды. А я уверила дракона в том, что по истечению срока тот поднимется в воздух.

Затем я обошла всех своих зверей. Навестила курятник, конюшню, свинарник и коровник. Все волновались во время моего отсутствия. Оказалось, что снующие по городу кошки, чтобы им пусто было, разнесли слухи про моего мужа. Что тот намерен отобрать у меня ферму. Два часа вела пустые беседы о том, что даже если ферму и отберут, то их всех не пустят на мясо, их выкупит мой друг.

Только кажется, что животные туповаты. Допрос про друга продлился еще несколько часов. А какой он? А какие у него территории? А он торговец, или кто?

К вечеру я едва стояла на ногах. С первого этажа разносился приятный аромат жаркого и свежезаваренного чая. Таким способом Аспида намекала, что ждет меня. Но прежде чем беседовать с нагиней, я вернулась в комнату.

Где там мои сокровища? Где эта проклятая скорлупа, брошка и прочие безделушки?