Татьяна Антоник – Академия-шмакадемия (страница 44)

Буквально через пару минут из кабинета отца донеслось:

— Сия! Зайди!

Я сгорбилась, а мама очень проникновенно на меня посмотрела. Пришлось кивнуть, тем самым заверяя итоги родительского наезда. Кажется, со своим желанием учиться на боевом я переиграла саму себя.

— Ты звал, пап? — вошла осторожно, застыв на пороге.

— Да, дочка, — вздохнул Ричард Перл, вставая со своего места. — Будь милой девочкой, выслушай все то, что тебе предлагают. Это важно.

С другой стороны стола сидел господин Хаммерс, был предельно серьезен и, по-моему, несколько смущен.

Папа вышел, оставляя меня и мужчину наедине.

Я устроилась рядом, воззрилась на его лицо с вопросительным выражением.

— Алисия, — начал Тайлер, — я люблю ясность и краткость. Понимаю, что ты, наверное, ждешь от меня какого-то романтического поступка, какой-то особенной атмосферы...

— Нет, этого точно не жду, — спокойно ответила я, прерывая его речь.

Но то ли преподаватель не осознал, что мне грустно, то ли воспринял информацию в ином ключе...

— Да? Тогда отлично. Я заручился поддержкой твоей семьи. Объявил намерения о помолвке. Я был бы рад дать тебе больше времени, все-таки обещал. Но обстоятельства требуют ускорить события.

— Сумирцы...

— Да, они. — Господин Хаммерс принялся рыться в карманах. — Да и общение с тобой в пустыне добавило мне уверенности. Ты исключительная девушка, Алисия. В тебе удивительно сочетаются женственность, решительность, храбрость и кое-какое кокетство.

Да блин, это Бекманн виновата. О чем они разговаривали, что глаза наставника так сияют?

— Приятно слышать, — увидела в его ладони кольцо.

Красивое, очень нежное, девичье. Из белого золота с россыпью бриллиантов по дужке.

Потянулась к нему, почувствовала, как Тайлер сжал руку в кулак.

— Если ты не против, — тон его как-то изменился, — помолвку заключим через неделю. Твои родители обещали помочь с приготовлениями.

— Нет, не против, — торопливо закивала я. — Матушка, полагаю, обиделась бы, что все произошло в комнате. Так что вы мне очень удружили.

— Не вы, а ты, Алисия, — поправил ректор, — мы же договаривались.

Я терялась в договоренностях, тем более в тех, которые могла заключать и не я.

Тайлер Хаммерс попрощался с домашними, легонько поцеловал меня в висок, осчастливив Шилу Перл сердечным жестом, и скрылся где-то на вечерних улочках. А я никак не могла отделаться от мысли, что и он что-то заподозрил.

Не папа же ему сказал? Не, папа бы не стал.

После семейного ужина я поехала в ШМАК, условившись с Ингой, что спишемся по слайдеру. Настроение шатенки меня волновало. Узнав, что как такового предложения не было, она улыбнулась, но мрачность осталась.

А в академии почувствовала тоску. Вряд ли моя ситуация складывается лучше, чем у подруги. Да я в полной заднице.

Либо Хаммерс добьется этого проклятого замужества, ужаснется после, какая врушка-жена, либо я сознаюсь раньше, и плакало мое обучение.

Накаляло и то, что Виктор отправился на свидание с ненавистной мне Ивой. И что потом? Смотреть на них, встречаться на приемах, изображать, что мне плевать? Об Уэллинге я думала исключительно в плохом свете. В моих глазах он встал на один уровень с Дженксом.

Подлец, предатель, бабник...

В общем, когда я взяла в руки слайдер, переписка вышла ожесточенная. Если две девушки собираются вместе, обижены на весь мир и обладают неиссякаемым словарным запасом, то предмет их беседы может ощутить на себе все прелести магии вуду-шмуду, влияние ретроградных планет и, возможно, кто-то подсыпет слабительное в воду.

Это была идея, и от ее выполнения меня отвлекло новое сообщение Бекманн.

Словно почувствовав, что организму грозит опасность, в нашу общую спальню ворвался сосед. Очень странный, дерганый что ли. Прошелся мимо, в одежде развалился на постели, повернул голову, хищно прищурившись.

— Что, Алекс, как встреча с семьей? Как сестра?

За что надо мной издевается.

— Виктор, а тебе какое дело? — закатила глаза я. — Впрочем, отвали, не хочу разбираться. Ты мне мешаешь.

Вновь подхватила артефакт связи.

Юноша вернулся в вертикальное положение.

— Даже занятно, чему такому я мешаю, — не унимался он. — Не уборке же.

Бросил взгляд на стол, где я привычно насорила. Фыркнул.

— Я думал, у тебя свидание, — притворно зевнула, страдая от любопытства. — С Ивой. Зачем так рано ушел, обидел новую девушку?

— А ты не ответил, чем сам занимался, Алекс? — спросил подозрительно сосед, игнорируя предыдущие вопросы.

— С подругой переписывался.

— Значит, с подругой...

Голос заскрипел. Он шагнул к шкафу, бросил туда галстук.

Мне не нравилось, что блондин ходит по комнате с выражением хищной акулы. Складывалось впечатление, что он о чем-то догадался, но как?

Нет, бред, я все равно не верила, что адепт Уэллинг разгадал мой маскарад.

— Виктор, чего ты пристал?

Он застыл. Такой высокий, огромный, внушительный. Его ученическая форма это только подчеркивала. Голубой взгляд пробежался по мне и опустился ниже. Богами клянусь, несколько секунд парень разглядывал мою грудь, а после, поправившись, застыл в поисках кадыка.

— Причина в тебе, Алекс...Алисия, — поправился он, и я сглотнула. Все. Это финиш. — Знаешь, я много размышлял о тебе, о твоей семье. Как удобно, близнецы, безумно похожие друг на друга, неизведанный дар, малоизученный, огромное количество подруг.

Зрачки округлились.

Я скосила взгляд на приоткрытое окно. Учитывая, что этаж второй, побег из общежития не принесет мне много проблем.

Словно читая мои мысли, сосед по комнате с каким-то скрытым остервенением толкнул по створке.

— Даже не думай, — догадался парень.

Подошел вплотную, приблизился, чтобы я ощущала его гневное дыхание.

В мыслях сайгаком пронеслись воспоминания о моем заселении, о знакомстве с Уэллингом, о том, как он бесился и раздражался, обучая меня в образе брата.

— На что ты намекаешь?

Как ни ругала себя, но все-таки встала, а под его пронзительными глазами начала отступать. Между нами начался своеобразный танец, где явно я не вела. Споткнулась о какой-то учебник, чуть не упала носом вниз.

Виктор меня поймал, поставил прямо, дождавшись, чтобы и ноги догнали не слушавшееся от страха тело. Ладонью он уцепился за артефакт, помогавший держать иллюзию.

Картинка моргнула, спала, когда Виктор, ни слова ни говоря, сорвал цепочку с моей шеи.

— Так и знал, — он воззрился, горделиво подняв подбородок.

Рядом образовалась спасительная ширма.

Несмотря на то что я была одета, что брюки и рубашка скрывали от соседа все мои впечатляющие части, я все равно шагнула в закуток.

— Это было тайной, — воскликнула я, почувствовав себя будто в убежище.

Зашла, ощутила себя в тайном месте и осознала, что притворяться больше не имеет смысла.

— Обожаю их разгадывать, — не заржавело за магом. — И смею предположить, что твой дар слишком редкий, что тебя намеревались выдать замуж, но ты уперлась.