Татьяна Антоник – Академия-шмакадемия (страница 26)

Клайд грязно выругался. Посмотрел на часы и побежал уже в другом направлении. На ходу выкрикнул.

— Следи за Перлом, раз уж его надо охранять. А мне пора.

— Стой, нам же двоим сказали следить.

— Ты его куратор, — отозвался парень и скрылся на грунтовой дорожке, ведущей к выходу с территории академии.

Странное поведение сокурсника списал на его крепкую дружбу с семейством Перлов. Отчего-то был уверен, что Клайд не понесется докладывать обо мне Алисии, скорее его мысли были заняты чем-то другим.

Мне и самому пора. Близился час тренировки с новичком. С этого дня все меняется. Теперь он и его сестра превратились в цели для сумирцев. Надо бы поднатаскать хилого адепта, а то, кроме иллюзий, он ничего не сможет противопоставить некромантам. Можно начать с его огненной стихии. Мертвецы отлично горят.

Я шел медленно и размышлял про себя. Неужели в Атарии настолько мало иллюзорников? В ШМАКе училось парочка, но до уровня Перла им было далеко. И дар они почти не развивали. Там требуется усиленная концентрация и отличные мозги. Человек должен уметь на ходу разворачивать миражи, чтобы они способствовали победе. Да и иллюзорников до военных дел почти не допускали. Держали подальше, выбрасывая на поле боя тех, кого не жалко. Позже Перл вполне способен занять отличный пост в военном министерстве. Станет очередной канцелярской крысой.

Хотя... За короткое время знакомства брат Сии удивлял. Кажется, отсиживаться не было пределом его мечтаний. На боевых дисциплинах он вызывался первым, пусть и постоянно падал в грязь.

К полигону я подошел последним. Возле него уже проходился туда-сюда господин Эвандер, Алекс и братья Уолтеры.

Недоуменно взглянув на наставника, догадался, что соседи парня сами пришли и разрешения Рэйдена не спрашивали. Но и это были не все зрители.

Обычно в ШМАКе в вечерние часы на улице немноголюдно. Тренируются отстающие, стихийники, но по большей части кадеты сидят в комнате и зубрят теоретический материал. Или отрабатывают боевые чары в тренировочных залах.

По какой-то нелепой причине на площадке находились адепты, принадлежащие кураторству Дженкса.

— Этих уже я позвал, — пояснил преподаватель. — Пускай ноги разомнут, а то в схватке с некромантами, как курицы бегали. И ты присоединяйся.

В руках военный держал мяч продолговатой формы. Артур и Рой толкались между собой, явно понимая, чем мы в дальнейшем будем заниматься.

Не так я представлял наше занятие.

Спорить не стал. Годы, мастерство и мудрость господина Эвандера не обсуждались. Он не чурался необычных способов в воспитании будущих солдат. И болел, и переживал за каждого. Если он решил, что игра полезна, значит, он понимает, что делает.

Так полагал я, но имелись и отличные от меня мнения.

— Позвольте уточнить, господин, — раздался писклявый голосок Перла. — А в чем заключается именно эта тренировка?

Жутко раздражало его волнение и неуверенность в себе. Да, он мелкий по сравнению с остальными, но обладает невероятными магическими способностями. Пусть перестает жаться. Дэниэлу только того и надо.

Дженкс смеялся со своей сворой, копируя манеру речи Александра.

Я сжал кулаки, но не планировал вмешиваться. Как-то же юноша умудряется заводить друзей? Пусть и здесь характер проявит. Не даст Дженксу спуска.

— В том, что главное не сила, Алекс, — обозначил профессор и нисколько его не приободрил, — а вектор ее приложения. Слышал когда-нибудь про рэгби?

— Нет, — замотал головой паренек.

— О, а мы играли, — вклинился радостный Артур. — Только не с мячом, а с арбузами.

Иногда забываю, каким чудом в шмакадемию поступили Уолтеры. Выросли они в провинции, в деревенской глуши, но отлично показали себя на вступительных испытаниях. Боднуть быка, положить его на бок, закинуть пятьдесят килограммов корма на крышу, это не плюшки кушать. Примерно в этом ключе развиваются на свежем воздухе и с хорошей экологией.

— С арбузами? — хмурился Перл, которого нисколько не забавляли будущие перспективы. — Я понятия не имею про рэгби. Правил не знаю.

— Какие там правила, — ответил незамутненный Рой и взмахнул ладонью. — Хватаешь арбуз и несешься вперед, по бахче, отбиваясь от сторожей. — Услышав сухое покашливание Рэйдена, он моментально поправился, — то есть от противников.

— Так мы играем или нет, — наклонился Дэниэл. — Нас трое, этих малышей, — он провел оценивающим взглядом по фигурам Уолтеров, тоже трое. Виктор, а ты, видимо, лишний. Вали отсюда.

— Он будет судить, — наставник охотно передал мне бразды правления и вручил спортивный инвентарь. Потом вновь повернулся ко всем участникам намечающегося действия. — Ниже пояса не бить, грязно не оскорблять, мяч доносить до края поля. Правый фланг за Перлом и Уолтерами, левый за твоими, Дженкс. В остальном, развлекайтесь.

— Отлично, — заключил выпускник и обратился к третьекурсникам. — Даже подсуживание Уэллинга вам не поможет,атарийские молокососы.

— Вычурная свинья, — вырвалось из уст Алекса.

То, что вырвалось изо рта его друзей, я проигнорировал. К аристократам Артур и Рой принадлежали с натяжкой. Их говор и количество бранных слов простительны.

Поджав губы, ждал, когда закончится перебранка, а отошедший на пару шагов преподаватель забурчал себе под нос:

— Чую я, что драки не избежать, — довольно потирая ладоши.

Складывалось впечатление, что в этом и состояла цель предстоящего матча.

Мне уйти не позволялось. Следовало разыграть мяч. Назначенные главы команд приблизились к друг другу.

Невысокий по меркам боевой академии Перл с ненавистью смотрел в глаза Дэниэла. Нет, я знал, что Дженкс часто проходится по семье, упоминает сестру Алекса, и тот, это естественная реакция, будет его презирать.

Но во взгляде новичка застыло и что-то другое. Словно у них личные счеты. Будто он мечтает расплющить старшекурсника в лепешку.

Дженкс, напротив, забавлялся. Радостно трещал, как соловей на рассвете, полагая, что от младшеньких и мокрой лужи не останется.

Я свистнул, и понеслось...

Взлетел мяч, который более внушительный Дэниэл сбил в свою сторону. Сделал ровно десять поспешных шагов, как неожиданно затряслась земля.

Ничего не понимая, обернулся на Эвандера. Тот хмыкнул и не тронулся с места.

А арена тем временем ломалась. В ней образовалось множество трещин, из которых высунулись белые, облезлые руки. Умертвия...

Не один, не два, не три...

И кто-то завизжал.

И это были не Уолтеры. Вопли раздавались среди команды Дженкса.

Задумчивый господин Эвандер потер свою седеющую щетину.

— Виктор, мы его недооцениваем. Нет, ну талант. Кто бы мог догадаться? Мне бы в обучение его сестру заполучить, какая смертельная парочка иллюзорников будет.

Что?

Это иллюзия?

Глава 8. Карты, руны, два котла.

Сия

Смотря на ухмылку Дэниэла, боролась с собственными чувствами.

— Забудь его и просто играй, — шептали мои совесть и сострадание.

— Прости его, — шептала меланхолия.

Все-таки несколько свиданий были вполне успешными.

— Втащи ему, — прошептало злорадство.

Послушалась я последнего, потому что... потому что оно злорадство.

День был не из легких. Я снова и снова уступала всем парням в физической подготовке, Клайд продолжал меня доставать, чтобы я сбежала из шмакадемии, роняя тапки, Виктор красноречиво буравил взглядом, потому что мне не хватало выносливости и силы, Уолтеры неожиданно преисполнились в роли защитника. Вишенкой на торте стал Дженкс, которого господин Эвандер пригласил на мою тренировку.

Иногда у меня складывается впечатление, что Рэйден меня насквозь видит, он же специально позвал именно того адепта, кто раздражал до кровавых мозолей. Естественно, я сама себя превзошла.

Никогда не думала, что способна заклинать целую площадку, а после схватки с умертвиями моя фантазия разгулялась не на шутку. Правда, мучили и кошмары.

С командой Дэниэла мы расквитались моментально. Мучитель не смог унять тревоги и боязни перед ужасными мертвяками. А его прихвостни, по-моему, так и не догадались, что это не настоящие скелеты, а моя выдумка.

Выиграв, я подошла к наставнику и... судье. Уэллинг хмурился.

— Ты как, Алекс? — спросил он первым, пока господин Эвандер что-то очень красочно расписывал моему бывшему парню. — Резерв еще не пуст?

Я невольно потерла ладонью по сдавленной груди. Где-то там притаился артефакт. Пользоваться им не запрещалось, но волнение стало привычным спутником.