Татьяна Алферьева – Нежданный гость (страница 46)

«Счастье» в моём лице сконфуженно зарделось.

Ивар стрельнул в ответ недоверчивым взглядом.

– Ты бы мог стать королём.

Мы с Алом одновременно скептически фыркнули.

Бред. Сказочный.

– Ладно, не ты. Твой сын, – быстро поправился безопасник. – Но это была реальная возможность.

Я сообразила, что ругать по-настоящему нас, скорее всего, больше не будут, только по-отечески журить и подала голос:

– От остального мы не отказываемся. Всё остаётся по-прежнему: Ал едет в Иллирос, я – в Хаттан.

– Ещё бы вы отказались, – ворчливо хмыкнул Ивар, окончательно успокаиваясь. Он тяжело опустился в кресло и устало облокотился на стол. – Не люблю, когда что-то идёт не по плану.

Я выразительно закатила глаза: а кому это нравится?

– Тайрин, – внезапно обратился ко мне безопасник. – Желаешь расторгнуть брак? Я найду способ и законную причину. Необходимо лишь твоё согласие.

Пальцы Ала обхватили мои ещё крепче.

– Не желаю. Меня всё устраивает. Это был очень щедрый подарок – провести свадьбу за счёт королевской казны, – я притворно-нежно боднула мужа в плечо и попросила: – А теперь отпустите нас, пожалуйста. Всё-таки сегодня первая брачная ночь, сами понимаете.

– Вы можете остаться во дворце, – подозрительно-радушно предложил Ивар. – Его величество распорядился выделить покои.

– Ну уж нет! – мы снова проявили завидное единодушие.

– Проваливайте, – не скрывая досады, отмахнулся глава тайной канцелярии. И чего, спрашивается, нас вообще сюда тягали? – Жду завтра в восемь утра.

– Поче… – хотела было я возмутиться столь ранним временем подъёма, однако Ал зажал мне ладонью рот, обнял за талию и потащил к двери. В коридоре перехватив за руку, чуть ли не бегом направился к выходу из флигеля.

Очутившись снаружи, я вырвалась и, не обращая внимания на скучающую возле крыльца стражу, набросилась на рыжего ведуна с кулаками.

– Ты что натворил?! Почему не предупредил?! Почему решил за нас двоих?!

Поскольку Ал из чувства самосохранения пустился наутёк, попыталась достать его снежками. Однако лепились они плохо, и я была вынуждена использовать дар – стряхнуть на мужа снег с ближайших к нему деревьев, а потом ещё и подтопить, превратив благоверного в статую. Впрочем, через мгновение ледяная корка брызнула в стороны сверкающими осколками. Последующие магические нападки Ал попросту блокировал, зато позволил подойти ближе.

– Может, для начала уйдём отсюда? – предложил бывший друг и нынешний супруг, кивнув мне за спину.

Я обернулась. Оба охранника ошарашенно таращились на эффектные семейные разборки, держа наготове алебарды, а между ними, скрестив руки на груди, покачиваясь с пятки на носок и обратно, стоял Ивар. Едва сдержалась, чтобы не показать главе тайной канцелярии язык.

Ал догадался о моих намерениях, сгрёб в охапку и понёс в сторону ворот.

Свободный наёмный экипаж мы нашли на удивление быстро, и, пока возвращались на площадь, наконец-то спокойно и содержательно побеседовали. Как выяснилось, никакого предварительного сговора не было, ну разве что перед самым началом спектакля. Ала вполне устроило, когда я согласилась на предложение Марена вместо настоящего заключить с ташидом фальшивый брак, но продемонстрировать его публике, как подлинный. Тут внезапно выяснилось, что у Ивара иные тайные планы, связанные со стремлением надёжно оградить королевского бастарда от потенциальной невесты в моём лице. Пока Ал жил во дворце, безопасник являлся его наставником да и позднее не выпускал подопечного из виду, частенько вытягивая из рискованных передряг. Вот Ивар и договорился с настоящим священнослужителем в честь праздника взаправду соединить два любящих сердца, пообещав крупное пожертвование, в том числе и в личный карман. Я вспомнила размер последнего, и не удержалась от нервного смешка. Нервного ещё и по причине того, что в крытых экипажах я после похищения драконами стала чувствовать себя крайне неуютно. Со временем это пройдёт, когда воспоминания поблекнут, но пока они были слишком свежи.

– Так ты воспользовался ситуацией? – «Да, Алек Весень, ты взял в жёны язву. Теперь терпи да мучайся».

– И заодно обезопасил чрезмерно деятельную подругу от принятия опрометчивых решений, – и не подумал отрицать муж.

Слов любви он мне больше не говорил, и на том спасибо. Хотя…

– Значит, если бы обстоятельства не сложились подобным образом, ты бы до сих пор ходил вокруг да около? – не удержалась от очередной подколки.

– Не знаю, – честно ответил Ал. – Но я рад, что вышло именно так.

Мы замолчали. Я прислушалась к внутренним ощущениям: вроде бы, ничего значительного в наших отношениях не поменялось и не прибавилось. Даже признание Ала не было в тягость. Он не ждал от меня взаимности и вёл себя по-прежнему легко и непринуждённо. Может, лицедействовал, как я во время поцелуя на сцене, когда обхватила лицо мужа ладонями, накрыла его губы указательными пальцами и в угоду толпе страстно поцеловала собственные костяшки. Или друга-супруга действительно всё устраивало…

В наёмном экипаже мы вернулись на площадь, где вовсю продолжалось веселье в ожидании наступления полуночи: столичные жители и их гости катались с ледяных горок, кружились на качелях-каруселях, водили хороводы, танцевали и просто дурели от всей души.

– Надо найти Киара, маму и Марена, – наметила я план дальнейших действий.

– Не суетись, – возразил Алек. – Сами нас найдут. Идём, лучше что-нибудь поедим.

Я тут же почувствовала, что действительно голодна. Как догадался? Или у самого в животе заурчало?

Держась за руки, чтобы не потеряться в толпе, мы поспешили на голос ближайшего лотошника, торговавшего пирожками, уже отнюдь не горячими, но по-прежнему пользующимися повышенным спросом. Нам с Алом достался один на двоих, и тот пережаренный. Торговец даже не взял с нас платы, подал как милостыню.

– Ешь, – «великодушно» уступил мне погорельца супруг.

– Лучше ты, – широко улыбнулась в ответ и елейным голоском добавила: – Для милого ничего не жалко.

– А можно я?

– Киар! – Прежде чем сообразила, что творю, бросилась обнимать ташида. Впрочем, сегодняшней ночью объятиями и поцелуями никого не удивишь.

Киаритэй воспользовался моментом – стащил бракованный пирожок. Какая-то горожанка засмотрелась на статного красавчика и нечаянно ткнулась лбом в спину идущему впереди бородачу. Тот, не будь дурак, полез к разине с поздравительными лобзаниями. Ал обернулся на возмущённые вопли, слегка шевельнул пальцами, и бородач в ужасе шарахнулся прочь от внезапно подурневшей молодки. Иллюзия быстро растаяла. Однако вместо благодарности сострадательному ведуну достался разгневанный взгляд. Похоже, зря вмешался.

Я заметила недоумение Киаритэя и вспомнила:

– В доме Добрана и Званы ты видел иллюзии, а сейчас нет. Почему?

– Тогда меня наполняла твоя сила, – напомнил Киар. – Возможно в этом причина.

Пирожок он сжевал очень быстро, из чего я заключила, что ташид ещё голоднее, чем мы с Алом. Где бы раздобыть нормальной еды?

– Кнут! – послышался из толпы зычный голос, а следом показался плечистый здоровяк, в котором я не сразу, но всё-таки признала болтливого стража, охранявшего в день нашего приезда городские ворота. Сегодня Пряник был одет не по форме и выглядел гораздо моложе, чем в первую встречу. Детина уверенно держался на ногах, но судя по тому, как настойчиво полез обниматься с Алом, выпил он для храбрости немало. – Поздравляю с женитьбой! Славная дивчина! – Меня попытались ущипнуть за щеку, еле успела увернуться, а наглец с двух сторон получил по загребущей конечности и жалобно заскулил: – Вы чего дерётесь?

Взгляды ведуна и ташида скрестились, и поскольку в пересечение попала моя скромная персона, пришлось по-доброму предупредить:

– Меня при них лучше не трогать.

– У-у-у… – понимающе подмигнул Пряник и поднял руки в жесте капитуляции. – Больше не буду. – Затем он снова обратился к Алу: – А мы с друганами шашлыки жарим, прошлые деньки вспоминаем, за твоё здоровье чокаемся. Айда с нами!

Я сглотнула мигом набежавшую слюну. Муж заметил и согласно кивнул.

Чуть в стороне от основного веселья вокруг большой жаровни, в которой на углях готовилось нанизанное на шампуры мясо, сидело десять мужчин. Они о чём-то весело переговаривались, передавая по кругу пузатую бутыль в оплётке из ивовой лозы. В их компании я оказалась единственной женщиной, и ко мне отнеслись снисходительно: в беседу не втягивали, вопросов не задавали, словно я – пустое место, в которое один за другим чудесным образом телепортируются кусочки ароматного шашлыка.

Пока ела, действительно только слушала. Половина присутствующих хорошо знали Алека, так как являлись столичными жителями, а прочие были их родственниками или друзьями, приехавшими на праздник из разных мест Равии. Рассказ одного из последних особенно меня заинтересовал, ибо мужчина поведал о пропаже в их городе ведуньи, позднее найденной с признаками сильнейшего магического истощения.

Я подсела к Киару и тихо спросила:

– Как такое возможно, если ташида рядом нет?

– Значит, он умер, не успев вернуть ей силу.

– Эллар говорил, что из ваших в Хаттан вернулся только ты. Это правда?

– Да.

Я помрачнела. Получается, остальные десять, возможно, мертвы?

– А где тогда их тела?

– В момент смерти наше тело преобразуется обратно в энергию Разлома.