Татьяна Алферьева – Нежданный гость (страница 36)

Что ж, у друга вполне могли нарисоваться дела личного характера. Знакомцев в столице у Ала хватало.

Принесли заказанную еду, которая существенно поправила моё настроение. После сытной трапезы решила размяться – прогуляться до Школы пешком. Аните и Устине посоветовала не киснуть в четырёх стенах, использовать время с пользой. Развлечений в столице в любое время года с избытком, тем более в праздничные дни, на любой вкус и кошелёк. Можно в музей сходить, в театр, на ярмарку, да и во многих лавках сейчас заманчивые распродажи. Потеряться, чего провинциалки опасались больше всего, при любом желании не получится. Достаточно сказать извозчику название постоялого двора – домчит с ветерком.

Ветерок, кстати, сегодня действительно наличествовал, студёный, порывистый, так и норовящий забраться под полу верхней одёжки. Прикрыв шерстяным платком лицо, я быстрым шагом двинулась в сторону Школы. Примерно на полпути меня обогнали два санных экипажа, судя по вензелям, принадлежавшие придворной знати, в сопровождении десятка верховых. Я, конечно, догадывалась, что нам в одно и то же место, однако напрашиваться в попутчицы не стала, поскорее убралась с дороги, пока не затоптали. Ничего, подождут. И без меня найдут, чем заняться. Подозреваю, это Верховный ведун в Школу пожаловал, чтобы обговорить проблему с ташидами. Там и в учебники заглянуть можно, и в светлые головы преподавателей…

Угадала. Меня ждали, дабы ещё раз расспросить о том, что произошло между мной и Киаритэем. Сначала наедине, то есть без сородичей последнего, потом вместе с ташидами.

Общались мы в экзаменационном зале, само нахождение в котором даже спустя полтора года действовало на меня удручающе. К тому же я единственная стояла, мужчины сидели, облюбовав места для членов комиссии.

Под прицелами испытующих взглядов Верховного ведуна и его могучей кучки, то есть ближайших приспешников – придворных магов, якобы лучших из лучших, а на самом деле обыкновенных везунчиков с хорошим происхождением и связями, я чувствовала себя крайне неуютно. Когда же к ним присоединились хаттанцы, и вовсе загрустила. Верховному пришла в голову безумная идея провести эксперимент с моим участием в качестве подопытной мыши. Смотрел на меня при этом Серик так, словно я должна радоваться оказанной чести. Пренеприятный тип, вечно пытающийся выехать на чужой шее.

– Ничего не получится, – вместо меня возразил Эллар. Я шумно выдохнула, слишком велико было напряжение последних минут. – Тэйя Тайрин доходчиво объяснила: для того, чтобы оттянуть на себя силу дара, ташид должен быть смертельно ранен. Желаете это устроить? Не боитесь перестараться? Я не намерен рисковать чьей-либо жизнью ради удовлетворения вашего любопытства.

Захотелось рукоплескать, и, дабы случайно этого не сделать, я скрестила руки на груди. Благодарно посмотрела на Эллара. Старался он, конечно, ради себя, тем не менее вполне заслужил мой тёплый взгляд. Я даже готова была забыть наши прежние пререкания и изменить своё мнение о надменном чужеземце в лучшую сторону, однако Серик своим противным тонким, то и дело срывающимся на сип голосом сбил мой доброжелательный настрой:

– Вы не в том положении, чтобы так категорично нам отказывать. Сегодня утром мне доложили о трёх новых случаях исчезновения дара у ведунов в разных местах Равии.

– Они живы? – не удержалась я от вопроса.

– Да, – чуть поморщившись, ответил Верховный. Общаться со мной напрямую он явно считал ниже своего достоинства, а Марена, который обычно являлся взаимно примиряющей прослойкой между нами, на совещание не допустили. – И теперь они самые обычные люди, без капли прежних способностей. Поэтому либо вы что-то недоговариваете, либо, – мужчина сделал зловещую паузу, – лжёте.

Я вздрогнула от столь прямого оскорбительного заявления и снова перевела взгляд на потемневшего лицом Эллара.

– Что с ташидами?

– Исчезли. У одной из юных вед после общения с вашим сородичем случился нервный срыв и сейчас она находится под особым присмотром. Остальные тоже весьма удручены произошедшим.

– Может, ещё не всё потеряно? – с надеждой задала я риторический вопрос. – Просто требуется больше времени?

– Прошло несколько дней.

– Подождите, – вмешался в разговор директор Школы одарённых, до сих пор предпочитавший хранить вдумчивое молчание. – Веда Тайрин – одна из наших лучших выпускниц, а пострадавшие, насколько мне известно, имели способности ниже среднего уровня. Может, причина кроется в этом? Необходимо как следует разобраться, прежде чем выдвигать обвинения и, уж тем более, проводить опасные эксперименты.

Серик поджал тонкие бескровные губы и, внезапно сменив тон с обличительного на заискивающий, обратился к Эллару:

– Не поймите меня превратно. Я вовсе не хотел вас оскорбить своими подозрениями, просто обрисовал сложившуюся ситуацию. Требуется тщательное расследование, но, пока оно ведётся, и вы и мы нуждаемся в определённых гарантиях сохранения мирных отношений между нашими государствами. Поскольку веда Тайрин имеет прямое отношение к произошедшему, будет уместно отправить её в Хаттан, где она расспросит всех причастных к делу и соберёт полезные сведения для устранения последствий.

Я так и села… на скамейку, возле которой стояла, пока отвечала на вопросы Верховного. Он это только что придумал? Или так долго к этому подводил?

– К тому же на балу девушка открыто выразила вам, тэй Эллар, свою симпатию, – продолжил вдохновенно вещать Серик. – Ваши спутники любезно просветили меня насчёт брачных обычаев Хаттана. Его величество просил передать, что не против союза, который поможет укрепить дружественные отношения между нашими странами. Директор Стоум верно сказал: веда Тайрин обладает выдающимся по силе даром. Это куда лучше и полезнее высокородного происхождения. Жена, способная спасти жизнь – воистину бесценна.

Вот это его несёт! Как после селёдки с молоком, ей-богу.

– Но у юной тэйи уже есть жених, – заметил Эллар с завидной невозмутимостью выслушав чужой бред.

– Не может быть, – категорично воскликнул Верховный, будто я была послушницей женского монастыря, а он его настоятелем, лично взявшим с меня обет безбрачия.

– Вообще-то может, – я «скромно» потупила очи долу, дабы не выдать себя ехидным взглядом.

– Кто? – бестактно потребовал имя «непредвиденной помехи» своим матримониальным планам Серик.

– Алек Весень, – охотно ответила я, пожимая плечами. – Мы давно вместе.

И ведь не поспоришь. Кто угодно подтвердит. Директор Стоум, к примеру. На расправу в его кабинет нас с Алом почти всегда вызывали парой, поскольку шалости мы частенько делили на двоих. Да и горячее желание незаконного королевского отпрыска проходить практику непременно в Зирге, куда направили меня и Бишема, превосходно вписывалось в легенду. Верховный ведун не мог не знать об этом. Даже сторонние люди считали нас влюблённой парой, ведь на постоялом дворе мы жили в одной комнате. А наше феерическое представление на балу так и вовсе стало вишенкой на торте, который я пытаюсь сейчас скормить своим слушателям.

– Я согласна поехать в Хаттан, – выждав небольшую паузу, дабы дать возможность каждому определиться с отношением к подсунутому десерту, доверительно сообщила я. – Разумеется, вместе с женихом, чтобы впредь не возникало подобных недоразумений. Рассчитываю на ваше понимание, тэй Эллар.

Если Алек не сбежит за границу, а его отпустят туда по доброй монаршей воле, пускай даже для выполнения дипломатической миссии, то вернуть обратно, коли ведун сам того не захочет, будет весьма затруднительно. Результаты нашего расследования можно и почтой отправить, простой или телепатической.

Я подавила торжествующую улыбку и кристально чистым взглядом без следа скрытых намерений обвела собравшихся. Хвала Создателю или чужой чванливой недальновидности, что сюда нагнали такую прорву народу – чем больше ушей, тем труднее впоследствии будет отвертеться от собственных слов и подыскать веские доводы для отказа Алеку в выезде из страны.

– Хорошо, – оправдал мои ожидания Эллар. Он и сам, наверное, с облегчением выдохнул. – Будем рады сотрудничеству с вами и вашим будущим мужем.

Последние два слова ташид проговорил особенно чётко и громко, давая понять, что решение принято и обжалованию не подлежит. Хаттанские послы сумели сохранить бесстрастный вид, а вот лицо Серика покрылось красными пятнами. До него запоздало дошло, что он натворил. И без того маленькие глазки сузились в две неприметные на фоне лихорадочного румянца щёлочки. Если прежде Верховный ведун просто меня недолюбливал, то с этого момента искренне возненавидел. А что я? Я ни при чём. Всё само собой получилось.

Стоум о чём-то спросил Серика, отвлекая на себя его внимание, и незаметно сделал мне изгоняющий жест рукой, которым я с удовольствием воспользовалась.

ГЛАВА 26

Покидать Школу я не торопилась, решив совместить интересы короны, из-за которых здесь оказалась, с личными потребностями, и, выйдя из экзаменационного зала, отправилась в библиотеку, где было тихо, пусто и холодно. Немного поболтав со смотрителем, я попросила пустить меня в закуток с редкими рукописями. Использовать силу дара в библиотеке запрещалось, чтобы случайно не нарушить особую среду, созданную для хранения книг. Неудивительно, что вскоре здешнюю благоговейную тишину нарушил отчётливый перестук моих зубов. Отобрав самые перспективные в моём понимании источники знаний, я уговорила смотрителя отпустить продрогшую читательницу на несколько часов за пределы книжного склепа и даже связала себя клятвой, что верну рукописи до закрытия. Зачем библиотека вообще сегодня работает – так и осталось для меня загадкой. Да, адепты-старшекурсники обычно учатся вплотную до праздника Долгой Ночи, однако сомневаюсь, что после лекций и уж тем более практикума они озаботятся посещением этого места.