Татьяна Александрова – Замуж за иностранца? Легко! (страница 21)
– Что «вдруг»?
– Да это я просто так, на всякий случай.
– Слушай, мы так и не поговорили… где ты сейчас живешь? А мама там же, где раньше?
– Да, там же. Вот приеду и все расскажу про себя. Слушай, я оставлю тебе свой зонт. А то дождь так и не перестает.
– А ты как же?
– А у меня в машине есть еще один.
– На чем ездишь?
– БМВ-шка, бомбочка по-нашему.
– И по-нашему так же!
Они посмеялись, вспомнив, как когда-то сравнивали московские и ленинградские словечки – подъезд-парадное, поребрик, батон-булка…
Он обнял ее, и снова они любили друг друга совсем как тогда, в далекой молодости…
Наутро Сергей позвонил в Москву на работу, сказал, что задержится еще на день, поменял билет, решил все свои деловые вопросы. Потом купил вкусной еды и зашел в цветочный магазин. Долго выбирал цветы. Все должно быть торжественно и красиво. Ведь он собирался Марине сделать предложение – уехать с ним в Москву, навсегда. Да, бросить здесь все. Не могут они себе позволить больше терять ни дня из оставшейся жизни.
Он выбрал темно-красные розы и белые лилии…
В квартире нашел одну вазу для роз, лилии поставил в простую банку. Все равно получилось красиво!
Может быть, надо было еще свечи купить, чтобы было, как в кино? Нет, это уже слишком…
Сел и стал ждать…
Было пять вечера, на улице стали зажигаться первые фонари.
Дождь по-прежнему монотонно барабанил по оконным рамам, навевая тоску.
Марины не было.
Интересно, когда она приедет? Вроде, уже должна была. Сказала, что днем…
Вот дурак! Он и телефона ее не знает. Не успели вчера телефонами обменяться. Сергей вспомнил, как все было вчера, и улыбнулся. Тут не до телефонов было!
От нечего делать включил телевизор. Телевизор был старенький, с несколькими программами, явно без спутниковой антенны. Но как фон годился.
Да уже семь вечера! Хорошо, что он додумался билет поменять! Так завтра хоть успеют по городу погулять. А то бы пришлось сегодня уезжать…
Время тянулось медленно. Марины не было.
А вдруг с ней случилось что-нибудь? Дорога все-таки. Он гнал от себя плохие мысли.
Надо поесть. Он без всякого аппетита пожевал колбасы с хлебом, выпил чаю.
Двенадцать ночи! Ее нет! Может, с машиной что-нибудь? Но ведь она могла и позвонить на этот телефон. Кстати, а он работает?
Сергей снял трубку и услышал гудок. Работает!
Лег на диван, не раздеваясь. В голову лезли всякие мысли.
За окном нудно шумел дождь. Не очень уютно сейчас на дороге.
Заснул под утро. Проснулся и с горечью понял – Марина не приехала!
Так, что он знает? Только старый адрес. Сергей оделся, поехал на Пушкинскую. На звонок в квартиру никто не отозвался. Правильно, ведь Марина маму на дачу увезла! Надо ехать обратно, может быть, она уже приехала, а он здесь болтается!
Но квартира, которая накануне приютила их и подарила счастье, встретила Сергея унылой пустотой.
В ожидании прошел день.
Он перебирал в памяти их вчерашние разговоры и во всем искал скрытый смысл.
Вот она сказала – если что, бросишь ключи в почтовый ящик. А что – «если что»? Непонятно.
И вдруг его осенило – она захотела его наказать! Наказать за то далекое седьмое ноября. Она ведь тоже тогда стояла на этом «Соколе» часами и ждала, когда он придет. А он так по-свински поступил!
Но ведь если вчера так все было чудесно, замечательно, значит, простила?
Или не простила?
Было половина одиннадцатого вечера. Пора ехать на вокзал. Через час поезд.
Он помыл чашку, поменял воду в цветах.
Вырвал из блокнота листок и написал на нем номер своего мобильного. Подумал и приписал: «на всякий случай». Прочитает – поймет. Бросил ключи в почтовый ящик.
…Не позвонила…
В небольшой больнице псковской области, не приходя в сознание, скончалась молодая женщина. При ней нашли документы на имя Марины Олеговны Сумароковой из Петербурга.
Лобовое столкновение с КАМазом.
Плохая видимость, мокрая дорога, слепящие фары.
Дождь…
Одинокая Роза
Роза вошла в знакомый отель. За стойкой-ресепшн стояла высокая блондинка Мари. Ее Роза тоже знала. Поздоровавшись, Роза назвала себя, Мари что-то проверила по компьютеру и, приветливо улыбаясь, протянула ключи.
Номер в этот раз оказался лучше того, что в прошлом году, потому что с балкончиком. Балкончик был крошечный, но если немного высунуться, можно было увидеть кусочек моря. Оно сейчас было такое синее и с виду замечательно прохладное, что Розе захотелось немедленно в него окунуться…
Волн практически не было. Вода ласкала тело Розы бирюзовым шелком. Она обожала здесь все. Нравилась набережная, беспечная публика, гуляющая и довольная жизнью. И, конечно, море…
Уже вечером, проходя по площади, Роза услышала знакомую мелодию. Эта была песня Beatles. Четверка молодых итальянцев исполняла песни незабываемой четверки из Ливерпуля. И так у них здорово получалось, что люди, полукругом стоящие около артистов, подпевали и подтанцовывали, дружно кидали деньги в лежащую на асфальте шляпу. Песни следовали одна за другой. Роза, как и все окружающие, была в восторге. Ей тоже хотелось подпевать музыкантам, но она не знала слов. Эх, так английский и не выучила. А начинала несколько раз, но всякий раз бросала.
«Классно, правда?» – неожиданно раздался мужской голос позади Розы. И она, обернувшись назад и не успев удивиться, ответила: «Да, здорово!»
Позади нее стоял, улыбаясь, молодой мужчина. «Что-то около тридцати пяти», – решила она.
– Разрешите, я пройду, денежку положу.
Он прошел ближе к музыкантам, кинул какую-то монету в шляпу и вернулся на место. Протискиваясь сквозь людей и проходя мимо Розы, внимательно посмотрел ей в лицо.
Итальянские «Beatles» тем временем закончили свое выступление, и народ начал расходиться. Роза тоже направилась к своему отелю.
– Можно вас проводить? – давешний незнакомец стоял рядом.
– Даже не знаю…
– Меня Аслан зовут.
– Роза.
– Какое редкое и красивое имя. А то все Лены да Наташи.
Розе, всегда стеснявшейся своего, как ей казалось, дурацкого имени, было приятно.
– Отец так решил назвать.
– А вы откуда?