Татьяна Альдури – Острый угол. Проза жизни (страница 1)
Острый угол
Проза жизни
Татьяна Альдури
© Татьяна Альдури, 2024
ISBN 978-5-0059-4821-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Не целься в счастье,
Целься в опыт,
Одежды истины нетленны!
А правда лишь на миг приходит,
Её пути всегда согбенны.
Не ищи выгод, то пустое,
Богатство прахом обернётся.
Лишь ценно сердце, что живое,
Вот им и стоит восхищаться!
ОСТРЫЙ УГОЛ
Вступление
Как важно, в единении с самим собой, вдруг понять цикличность происходящего. Ощутить напряжение, закручивающее по спирали не только тебя, как единицу, а всё-всё сущее…
Ощутить, внутри себя, этот органный звон Мироздания, понять, что Закон Творения незыблем… И есть в каждом Атоме, каждой Частице, его скрипт…
МОЛЧАНИЕ ЗАВОРАЖИВАЕТ: оно то окно, через которое ты соединяешься нитью Высокой Мысли с Мирозданием …Проецируешь входящий ритм внутри себя… и чудо!.. Понимаешь, что всё тебе знакомо до слёз и понятно… Миг рождения творческой мысли или чувства Любви – он всегда оттуда… И всегда запрошен Вами, посредством своих устремлений. Квантовый информационный канал сопровождает вас во всех перерождениях, в его архиве Вы и начальная, и конечная версия. Крипта генома всегда на связи с источником.
И только, когда вы пройдете 40 кругов ада, Вы поймёте, что рай внутри вас. Там, где самые потаённые любимые грёзы и воспоминания. Что это и есть та сила, которая даёт Вам возможность сопротивления во внешнем мире.
Весь смысл Мироздания в сохранении Энергии Творца, в бережном наполнении сосуда Миром и Любовью, в безусловной любви к этому Хранилищу в себе. Да, не бывает коллективного Постижения, именно индивидуальное «КЛИ» основа подъёма внешнего мира к Творцу. Наполни себя до краёв, чтобы плескало Светом на всё вокруг тебя.
ВСЕЛЕННАЯ БИНАРНЫЙ ФРАКТАЛ. Она саморегулирующаяся и самосовершенствующаяся, развивающаяся по единому непреложному закону система. Каждый – подобие центра. Каждый – сам творит себя.
О чём я? – «ОСТРЫЙ УГОЛ» – так принято называть исключительную ситуацию, где можно жить, руководствуясь только этой КВАНТОВОЙ ПУПОВИНОЙ.
Родная земля – это то, что даёт тебе силы. Она магнитит тебя своими ароматами полей и лесов, усиливая магнетизм через росы на твоих стопах. Она шепчет сказку тебе на ночь в детстве и молит тебя стать Ч е л о в е к о м.
Истинный патриотизм в любви к родине, в любом её состоянии. Государства приходят и уходят, меняются формы правления, уклад жизни, но родная земля накрепко владеет твоим сердцем, иногда даже больше, чем родные люди.… Мы дожили до времён, когда море информации доступно, на любой вкус. Чувствуешь себя «бегущим по волнам», предваряя Ноев «информационный потоп», выбираясь на сушу по ступенькам мудрости. И будто крыло Ангела собирает «каждой твари по паре», на одной Земной Меркабе, для полёта над бездной.
У меня одна мечта, жить вечно. И теперь я уверена, что смерти нет. Есть переходы, есть трансформации и главное – есть вечная жизнь души, её особая, совершенствующаяся бесконечно, форма единения с Творцом. БОГ – есть Любовь, нет Бога кроме Бога, Един и Безграничен. Подобие в каждом атоме, кванте, Тора Трансцендентной Фрактальности уже с нами.
Шаббат
На столе стояло две свечи, шаббатний мрак скрывал всё второстепенное и раскачиваясь как маятник, старец читал вслух тексты на иврите. Данное помещение было под запретом для детей, вся семья ходила на цыпочках, чтобы не мешать единению каббалиста с Творцом.
Рыже-красная девчушка тихо прошмыгнула в комнату и спряталась за бархатной портьерой. Любопытство было сильнее запретов. Комната потом будет закрыта на ключ, это был единственный шанс. Она задержала дыхание и сосредоточилась на звуковых волнах, идущих из комнаты деда. Шира умела не дышать, ещё она умела хранить тайны, но была очень любопытным ребёнком.
Стул качнулся и руки деда повисли вдоль кресла, она ждала, когда он наконец встанет. Прошло не мало времени, но дед не шевелился, девочка тихо подошла к столу. Она поняла по умиротворённому лицу, что дед будет спать долго, может даже не проснётся никогда. Она смотрела на него и пыталась увидеть себя на этом месте, в окружении книг и свитков.
«Пск».. упал ей под ноги свёрнутый, пожелтевший свиток. Широчка подняла его, машинально сняла со стола листки, исписанные дедом, чтобы прочесть их ночью, а утром обязательно тихо вернуть. Вернуть она не успела, комнату закрыли на ключ, деда она больше не видела. Смышлёный ребёнок конечно всё понял, но одно мучило Ширу, она не могла вернуть листки деду, а признаться матери было ещё страшнее.
В этом году её обязательно отдадут в пансион благородных девиц, девочка спрятала свиток и листки среди подготовленного к пансиону белья. Свиток был на иврите, она не могла его прочесть, а вот листки были на русском, и мир «БРИЯ» казался девочке сказкой, конечно дед писал это для неё. Время неумолимо шло вперёд, стирая память об ушедшем дедушке. Подошёл срок обучения в пансионе. Накрахмаленные сорочки и кружевные воротнички, позолоченные чернильницы, великолепная бумага для каллиграфического письма, подружки со своими тайнами и мечтами, мир преобразился. А главное, это размеренный режим жизни, строго выверенный за годы педагогами и докторами, взрослеть было интересно.
Побег
Ночью за ней прислали. Быстро накинув плед девочке на плечи, слуга просил поспешить домой.
– А мой саквояж? Мои вещи брать?
– Да, но только самое ценное, мы не вернёмся сюда, слышишь, не вернёмся, революция!
– Революция? Шарман, красивое слово, потрудитесь пояснить.
Он заткнул рот девчонке ладонью и тихо выскользнул через чёрный ход. Парадная была под обстрелом.
Дома царила гробовая тишина, мама, с небольшим саквояжем в руке, была обута не по сезону.
– Девочка моя, слушай меня внимательно, ты поедешь с кормилицей к ней домой, ты будешь временно её дочерью, помогай во всём и не отвечай никому ни на вопросы, ни на расспросы. Мы с папой вернёмся, скоро, когда сможем забрать тебя в Европу.
Рукою, в кружевной перчатке, Кафа передала кормилице мешочек с деньгами и украшениями.
– Корми её, ты знаешь, сейчас много чахотки в Петербурге, молоко с мёдом и гоголь-моголь ежедневно.
Антонина присела в реверансе и повела девочку к чёрному ходу. Кафа погасила свечи, вдохнула сырой Невский бриз у распахнутого окна и гордо подняв голову, вышла тем же ходом, что и слуги.
«Кряк», подол платья зацепился за острый угол торчащего стекла битой рамы, валяющейся на углу арки. Ничто не могло остановить бегущую на уходящий пароход женщину, её муж уже ждал её у причала.
*Из википедии:
Няня
Широчка окинула избу взглядом – люлька, печка, свечка, «дыра», одним словом. Куча детей, бабка на завалинке. Но больше всего поразил курятник, вонь и пение петуха, коза за перегородкой, теперь это её дом. Саквояжик стоял за сундуком, накрытый грудой подушек. Она следила боковым зрением за ним.
Однажды Антонина собралась в город. Широчка просилась домой, хоть разок, Тося взяла её с собой. Они вошли в бывшую свою квартиру, двери были распахнуты, имущество и мебель вынесены, какой-то мужчина расселял людей в замызганных портках по комнатам. Сердце девочки сжалось, она ворвалась в комнату деда и стала хватать разные мелочи по карманам, но больше всего ей хотелось забрать сказки, которые ей писал дед. Антонина взяла девочку за руку, заглянула в раскосые зелёные глаза и просила: