Тацуми Ацукава – Дом-убийца в кольце огня (страница 25)
– Это ты ни черта не понимаешь! – сказала Коидэ, возможно, желая, чтобы Юдзан, мирно спящий в своей кровати, ее слышал.
Девушка вспомнила реакцию Такаюки, когда она упомянула взятку при их первой встрече.
Коидэ положила дневник обратно в ящик стола. Еще раз оглядела стол, провела по столешнице большим пальцем и, обернувшись, посмотрела на Юдзана. Тот по-прежнему спал.
Она поискала какие-нибудь документы, связанные со строительством особняка, которые могли бы помочь в поисках тайного прохода, но стол был завален только распечатками критических статей или издательских договоров. Никакой информации о доме.
Коидэ еще раз напоследок обвела взглядом комнату, дабы убедиться, что все осталось в том же виде, что и до ее прихода.
Следом она направилась в комнату Цубасы. На двери висела табличка с ее именем в окружении музыкальных ног и ангельских крыльев[42].
Причудливый интерьер. Кровать с кружевным балдахином. Белое пушистое покрывало. Коидэ вспомнила лицо Цубасы и заключила, что комната очень подходила девушке.
Неприметный письменный стол, на краю которого стоит ароматическая свеча. Ящики стола забиты разными учебниками и задачниками, должно быть, нужными для выполнения задания на лето. Учебники для третьего класса старшей школы. Страницы рабочей тетради полностью исписаны – все упражнения уже сделаны. Коидэ улыбнулась, засунула учебники обратно в ящик стола и достала пластиковую канцелярскую папку, торчавшую из нижнего ящика. Беззвучно вздохнула. В папке было несколько листков бумаги. Коидэ извлекла их и разложила на столе.
Грубые наброски, в которых читался план этажей этого дома! Судя по всему, их сделала сама Цубаса – на листах было много пометок, круглый аккуратный почерк был очень похож на девичий.
Рисунки были любительскими, линии – дрожащими, но общие очертания комнат легко угадывались. На одном из них даже было тайное помещение с лебедкой, удерживавшей подвесной потолок. На рисунках было и несколько пока неизвестных Коидэ механизмов. Так, например, коридор второго этажа был намеренно наклонен, а некоторые картины на стенах обозначены как скрытые двери. Столовая и залы соединялись общим проемом. Некоторые пометки, казалось, были лишены всякого смысла…
Коидэ рассмеялась. Все решили, что Цубаса – милая дурочка, но у нее, похоже, были свои секреты.
Зачем юной девушке могли понадобиться эти рисунки? Это дом ее деда, в котором она проводила летние каникулы. Кроме того, здесь в избытке потайных ходов и различных ловушек. В то же время, если вспомнить, как она обрадовалась приходу Кацураги и Тадокоро, девушка была крайне подвержена скуке. Она, должно быть, успела как следует изучить дом… Но кто-то точно доставал рисунки совсем недавно. Конечно, это была сама Цубаса. Коидэ присмотрелась к наброскам и заметила слово «сокровища!», выведенное аккуратным почерком у одной из стен комнаты с подвесным потолком. Однако она прекрасно помнила, что комната была абсолютно пустой – любой предмет мебели не позволил бы свободно опустить потолок.
Асукай и Кацураги долго спорили, что случилось с погибшей девушкой. Было ли это убийством или несчастным случаем? Похоже, Коидэ удалось обнаружить то, что объяснило бы, почему Цубаса оказалась в комнате одна.
Эта деталь показалась ей крайне интересной, и Коидэ не смогла сдержать улыбку.
Она вышла из комнаты Цубасы и встала у входа в спальню Фумио. На деревянной балке у двери было несколько отметин, а над одной из них – надпись: «Фумио. Второй класс средней школы. Лето». Коидэ тихонько рассмеялась.
– Коидэ-сан, нашли что-нибудь?
Девушка резко обернулась и увидела Асукай, беззвучно поднявшуюся по лестнице. Коидэ лукаво улыбнулась в ответ.
– Нет, – с улыбкой ответила она. – Ничего. – Девушка решила соврать, раздумывая, какую деталь можно было бы сообщить, чтобы сделать свое дальнейшее пребывание в доме еще интереснее.
Глава 12. Открытие
Закончив работу на отведенном нам участке, мы вернулись к главному входу в особняк. Фумио и Кугасима, побросав лопаты, тихонько переговаривались между собой. Они не успели закончить свой участок к нашему приходу, поэтому мы вынуждены были им помочь. Двое мужчин были явно смущены, но вчетвером мы справились довольно быстро – на все ушло не больше часа.
– Завтра все тело будет болеть, – сказал я.
Кацураги согласно кивнул.
– Надо было больше тренироваться.
– Спину не разогнуть… Кацураги, ты случайно не взял какие-нибудь лечебные пластыри?
– Я взял только самое необходимое… Да, сейчас не помешал бы охлаждающий спрей.
– Если назавтра после тяжелой работы болят мышцы, значит, ты еще молод! – улыбаясь, добавил Фумио и развязал защищавшее рот полотенце. – Спасибо за вашу помощь.
– Вот бы принять душ, – простонал Кугасима.
– Душ принять не получится, но стоило бы переодеться – мы сильно вспотели, можно и заболеть. Я могу принести вам футболки из моих запасов, чтобы вы могли сменить одежду, – предложил Фумио.
Мы с радостью согласились с его предложением, ведь запах пота после тяжелой работы был невыносимым. Господин Фумио быстро вернулся из своей комнаты на третьем этаже и принес нам чистые футболки. Наконец сняв пропитавшуюся потом школьную форму и переодевшись, я ощутил себя заново родившимся. Однако меня мучила сильная жажда.
Выйдя в общий зал первого этажа, мы с Кацураги встретили там Асукай.
– Хорошо поработали, – произнесла та.
Возможно, догадавшись, насколько сильно мы могли устать, она принесла нам две пластиковые бутылки с водой. Я был несколько раздражен, увидев ее спокойное выражение лица – ей не пришлось надрываться, выполняя тяжелую физическую работу на улице.
– Несмотря ни на что, нам удалось принять эффективные меры защиты от огня, – холодно доложил Кацураги.
– Большое спасибо. – Асукай вежливо поклонилась в ответ.
– Как ваши успехи? – спросил я. Она мгновенно помрачнела и покачала головой.
К нам присоединились Фумио и Кугасима. Лицо Фумио было грустным.
– Плохо… – простонал мужчина. – Я только что разговаривал с отцом, он сейчас секатором обрезает ветки деревьев. По его словам, огонь подобрался совсем близко. Он уже перекинулся через реку…
– Через реку? – удивленно переспросил Кацураги. – Но ведь там нет горючих материалов, огонь должен был остановиться…
– Это значит… До реки не больше получаса пешком, верно? – уточнил я. От охватившего меня отчаяния я был готов упасть на колени.
– Должно быть, огонь очень сильный, – ответила Асукай. Она выглядела ужасно, словно вся кровь покинула ее тело.
– Дела плохи. Огонь перешел через реку… значит, сегодня вечером пожар дойдет сюда. Вполне вероятно…
– Не может быть! – крикнул Кугасима.
– Черт, кажется, пора всерьез заняться поисками потайного хода, – сказал Фумио и добавил: – Мне нужна хоть небольшая передышка… тело уже не слушается. – И он поднялся в свою комнату.
Мне стало не по себе. Выйдя из зала, я поднялся в нашу с Кацураги спальню, чтобы немного остыть. Включил свет в ванной. Водоснабжение было давно отключено, и мы использовали переносной походный туалет – на каждую из спален выдали по одному. Закрыв за собой дверь в ванную, я…
Я заметил кое-что странное.
Что это было? Я не мог до конца понять, что именно произошло.
Я вспомнил все свои действия одно за другим. Открыл дверь, нажал на выключатель, закрыл за собой дверь. Положил руку на ремень… так. Выключатель. Свет горит. Это может показаться смешным, но мне было не до смеха. Я тут же напрочь забыл о малой нужде. Выйдя из ванной, я ошарашил сидевшего на кровати друга:
– Вспомнил! Я вспомнил, Кацураги!
– Может, хотя бы ремень застегнешь? К чему так спешить?
– Вчера поздно ночью… Я встал, чтобы сходить в туалет. Не мог уснуть.
– И что?
– Я попытался включить свет в ванной. Но тот не включался.
Кацураги резко замер.
– Я решил, что лампочка перегорела. Но стояла глубокая ночь, так что если б понадобилась новая лампочка на замену, то мне пришлось бы разбудить крепко спавшего Такаюки. С утра я снова подумал, что надо бы поменять лампочку…
– Однако свет неожиданно заработал, – сказал вскочивший с кровати Кацураги, уставившись на лампочку в ванной. – Если все так, то можно предположить, что ночью электричество отключали.