Татша Робертсон – Формула. Стратегия воспитания успешных людей, основанная на исследовании выпускников Гарварда и других ведущих университетов (страница 52)
Так, например, методы воспитания, применяемые Бобом-старшим, стали руководством для Роба, который часто к ним обращается, вместе с женой воспитывая двух детей.
Сын Роба уже растет подающим надежды инженером, как и Роб в детстве. «Он умел складывать еще до четырех лет, а умножать научился до пяти. Еще он обожает лего,
Робу нравится показывать своему сыну новые инструменты и смотреть, как он что-нибудь придумывает. «Я показал ему, как сделать из лего и веревочки подъемный механизм, а он построил трехэтажное здание с лифтом».
Помимо тех способов, которые использовал его отец, отличный партнер в раннем обучении, Роб включил в свой список видеоуроки на
Роб в детстве активно увлекался постройкой все бо′льших мостов и все более высоких зданий из лего, а его сын все глубже интересуется проектированием ракет из разных материалов, изучая разницу в том, как они будут работать.
Роб вместе со своей женой Анной делали акцент на том, чтобы развивать воображение своих детей, ведь Роб на своем опыте знал, что это влияет на мыслительные способности.
Его шестилетний сын любит математику и представляет, что он может построить из кубиков, а его трехлетняя дочь придумывает своих персонажей и истории.
«Моя дочка очень творческая, и у нее богатое воображение. Она постоянно притворяется, что она кто-то или что-то другое, придумывает запутанные истории про фей, гигантских бабочек, принцесс и сотни других героев. Обычно она переодевается два-три раза в день, чтобы воплотить свои фантазии. Устраивает шоу марионеток и постоянно рисует или раскрашивает. Это все как раз по части моей жены, так что они вечно что-то вместе выдумывают», – говорит Роб.
«Мы не хотим быть назойливыми родителями, которые вечно навязывают что-то своим детям. Скорее мы пытаемся утолить те интересы, которые у них есть, хотя это может быть утомительно».
К счастью, его мудрый и заботливый отец еще с ними, и не в виде редкого гостя. Он с ними каждый день в форме вечного голоса-навигатора. Когда мы спросили у Роба, какая у него цель в жизни, он ответил, что его цель в том, чтобы проводить много времени, воспитывая сына и дочку счастливыми, умными, добрыми, начитанными и готовыми к трудностям. «Воспитывать так детей кажется мне естественным, потому что меня растили именно так», – говорит Роб.
Нгай Кроаль вспоминает, что, когда он был маленьким, его отец говорил: «Учеба не только в школе». Он брал Нгая и близняшек Айду и Ннеку на улицу, чтобы рассказать им про разные виды облаков и многое другое.
Переняв у отца-математика уважение к науке и технологиям, Нгай, уже сам будучи отцом, вместе со своей женой Кайлой обращает особое внимание на изучение техник воспитания и аккуратное применение этой информации. Например, Нгай как-то прочитал о фонемах, мельчайших звуковых частицах, из которых складываются слова, и что детям сложнее учить слова на языке, фонемы которого они не слышали. А еще он узнал, что дети обладают слухом еще в утробе. Так что еще до рождения дочери Нгай и Кайла читали ей на английском и французском, а также играли классическую музыку. Помимо этого, они наняли няню, которая говорит по-испански. Теперь их дочка отличает все три языка, говорит в основном на испанском с няней и на английском с родителями.
Но в чем же их главная цель? Кайла говорит, что главное – это «научить ее любить учиться». Та же цель, которую поставил отец Нгая при его воспитании и воспитании его сестер.
Для Дэвида Мартинеса тоже важно познакомить своих детей с испанским языком. У него есть испанские корни со стороны матери, помимо этого, его родители обращали особое внимание на важность мультикультурного воспитания, когда он был ребенком. Поэтому сам Дэвид отправил своего старшего сына в испаноязычные ясли, когда они с семьей жили в Колумбии, в Южной Америке, где Дэвид был дипломатом.
«Когда мы читали с ним дома, мы показывали на слово и называли его на английском и испанском. Даже если он не запомнит или забудет потом эти слова, это все равно ему поможет в будущем. Я читал исследования, которые доказывают, что изучение различных языков в ранние годы развивает разум. Вы даете своим детям не просто новые слова, а новый способ смотреть на мир, через призму другой культуры».
Помимо этого, Дэвид выстраивает свою стратегию воспитания, вспоминая, как активно родители поддерживали его проекты мечты. Они отправлялись с ним на поиски ящериц в пустыню, поощряли увлечения его брата, Дэниэла, возя его в парки аттракционов, чтобы опробовать новые американские горки. Как и его родители, Дэвид с женой ищут «то, чем увлекаются дети, чтобы вдохновить их. Любимая игрушка нашего старшего сына – ярко-розовый кальмар, которого моя жена выиграла на Кони-Айленде. Он везде таскает его с собой. И когда мы жили в Колумбии, некоторые люди отпускали комментарии в духе: “Ему не стоит ходить с розовой игрушкой, это девчачий цвет”. И хотели, чтобы мы забрали у него розового кальмара».
У Дэвида и жены был однозначный ответ: «Ни за что. Пусть играет с ним. Если ему нравится – нам тоже».
Чем бы ни увлекся их сын, «мы будем его поддерживать. Если он захочет играть с Барби, мы найдем ему куклу Барби. Мы не хотим мешать его творческому потенциалу».
Голос-навигатор, идущий через поколения
Сюзетт Мальво так же относится к своей дочери. Найла Харпер-Мальво – старшая из детей успешных людей, с которыми мы говорили, и она отличный пример того, кем станут эти дети. Выпускница Йельского университета 2016 года, Найла росла в таких же условиях, в каких Флойд и Мирна воспитывали Сюзетт и Сюзанну.
Как и Мирна, Сюзетт помогала своей дочери воплощать в жизнь сложные проекты. «Мама помогала мне делать невероятно масштабные проекты, например стенды и все в таком духе. Когда я писала эссе, она подсаживалась ко мне, и иногда мы редактировали их вместе, а она указывала на некоторые мелочи, которые можно поменять. Благодаря этому я научилась обращать внимание на детали. Думаю, что такая практическая помощь мне помогала. Но помимо этого я всегда чувствовала, что должна сама справляться хорошо, и, наверное, это у меня от нее».
Этот боевой дух Сюзетт унаследовала от своего отца, Флойда, который, в свою очередь, получил его от своей матери. И хотя она не всегда это понимала, воспитание Найлы во многом было похоже на воспитание, которое ее бабушка дала ее отцу.
Чтобы помочь дочери научиться справляться с трудностями, Сюзетт использовала любимую фразу Мирны, ту самую, которая помогала всей семье, когда Мирна заболела: «Бойся, но действуй».
«Эта фраза во многом мне помогла в жизни, – говорит Найла, не зная, что это фраза ее бабушки. – Много раз бывало, что я говорила маме: “Я не могу” или “Мне не хватает опыта, я недостаточно хороша”, а она отвечала: “Бойся, но действуй”».
Найла работает руководителем театра, и часто ей приходится командовать актерами намного старше себя, что иногда становится причиной неуверенности. Однако Найла со временем поняла, что страх – это компас, который «показывает, идешь ли ты в нужном направлении». «Я часто замечаю, что действия, которые вызывают наибольший страх, – самые важные. Страх словно подсказывает: “Это следующий шаг”. Что-то новое и непривычное, что расширяет твои горизонты, и это очень важно».
Сюзетт следовала инструкциям своей матери Мирны по мастерскому воспитанию, когда воспитывала Найлу, но применяла их по-своему. Например, вместо того чтобы рассказывать истории с помощью бумажных кукол, как Мирна делала с ней и Сюзанной, Сюзетт учила дочку во время коротких поездок, когда та была еще в младшей школе. «Мама всегда много работала, так что мы много разговаривали в машине. Придумывали истории, которые продолжались снова и снова, когда мы куда-то ехали. Она рассказывала кусочек истории, кусочек рассказывала я, а потом мы ждали следующую поездку. Мне это очень нравилось», – вспоминает Найла.
Как и ее мама с тетей, Найла выбрала карьеру, связанную с историями, хотя любовь Найлы к театру не до конца понятна ее маме и другим родственникам. «Есть разные признаки успеха, и театр не так очевидно ведет к ним, как журналистика или юриспруденция, – говорит Найла. – Так что многие не до конца понимают, что я делаю и как мне можно помочь».
Но Найла не первая из Мальво отказывается от заранее заготовленного для нее сценария. Ее прабабушка, мама Флойда, отказалась работать на ферме, ухаживая за братьями, и решила стать учительницей. Флойд пошел по ее стопам, отказываясь от ограничений, которые в 1940-х годах неизменно сопровождали такого, как он, на Юге, и исполнил свою мечту, став доктором и ученым. Сюзанна и Сюзетт отказались от стандартных представлений о том, чем должны заниматься девочки, и от идей своего отца, который надеялся, что они тоже пойдут в медицину, когда занялись журналистикой и юриспруденцией.