Татша Робертсон – Формула. Стратегия воспитания успешных людей, основанная на исследовании выпускников Гарварда и других ведущих университетов (страница 34)
Упорство – важная часть той философии, которой отец стремился научить Лизу. «Он всегда говорил: “Продолжай, и все получится”. Он говорил мне, что люди были рождены всезнающими и, “когда ты учишься, ты всего лишь вспоминаешь то, что уже знала”. А еще добавлял: “Все способны на это, но у всех это занимает разное время, потому что все мы разные, но все способные. Просто продолжай”. Помню, что я думала: “Хорошо, я уже все знаю, просто нужно как-то достать эти знания”. Поэтому я никогда не сдавалась».
Вторую мысль, которую родители-мастера прививают своим детям, можно сформулировать всего в трех словах:
Это касается не только детей из бедных семей. Согласно исследованию социолога Аннет Ларо, в котором она изучала и семьи с низким уровнем дохода, и семьи среднего класса, родители из среднего класса учили своих детей множеству вещей, которые способствовали сохранению их социального статуса в дальнейшем. Например, управлению своим банковским счетом или выбору внешкольных занятий, которые впоследствии будут выгодно смотреться при поступлении в колледж.
Так как эти навыки уже включены в воспитание детей из среднего класса, их родителям не нужно отдельно внушать им идею «не будь бедным». В то же время бедные родители, как, например, мама Джарелла, напрямую говорили своим детям: «Ты не хочешь прожить всю жизнь так». «Так», как они жили в настоящем, было примером будущего, которого они не желали своим детям.
Философия, основанная на принижении условий жизни ребенка, может многим показаться оскорбительной, но она нацелена не на то, чтобы пристыдить ребенка или унизить других людей в той же ситуации. Это стратегическая позиция. Нищета серьезно ограничивает возможности человека. Чтобы ребенок осознал свое положение, как хотят родители-мастера, он должен поверить в то, что он не только должен, но и может выйти за ограничения финансового положения семьи.
Такие дети, как Пэм, Джарелл и Габи, легко могли поверить в то, что от бедности никуда не деться, если бы их родители (или, в случае Пэм, бабушка) не старались убедить их в обратном. Для родителей-мастеров возможная бедность их детей – настоящая угроза, которую надо избежать любой ценой. Они и так ежедневно борются с финансовыми трудностями и постоянными унижениями, которые сопутствуют жизни в нищете. Учеба просто ради учебы для них роскошь, а главная цель обучения – совершенствование, благодаря которому можно улучшить качество жизни и избежать бедности.
Элизабет Ли, мама Джарелла, играя роль Философа, учила своего сына, что он обязан заниматься в школе как можно прилежнее, чтобы не быть бедным в будущем. Она часто говорила ему об этом напрямую. При этом ее упорство в выборе школ и приютов, поддержание контакта с учителями и организация учебного процесса дома показали ее сыну, насколько важно старательно учиться, чтобы попасть в мир среднего класса, который она представляла в своем голографическом идеале.
Мама Лизы Сон тоже хотела, чтобы ее дети избежали финансовых трудностей, с которыми столкнулась она сама. Хотя отец Лизы ценил знание и образование само по себе, ее мама акцентировала внимание на том, что образование может стать путевкой в лучшую жизнь. Возможно, это было связано с тем, что именно она распоряжалась семейным бюджетом.
Мама Лизы всегда находила деньги, чтобы дети могли принять участие в различных развивающих занятиях, куда они просились. Однажды, во время учебы в старшей школе, Лиза захотела вступить в школьную команду по лакроссу, так что мама с дочкой отправились покупать нужный инвентарь в магазин спортивных товаров. Но когда они подошли к кассе, одну кредитную карту за другой отклоняли. «Мама заплакала – и я тоже». После этого случая Лиза решила, что никогда не окажется в такой ситуации снова.
Со временем Лиза поняла, что для нее хорошая успеваемость – самый надежный путь к финансовому благополучию. Ее мама, напротив, рассчитывала, что ее образование и воспитание могут помочь Лизе найти богатого мужа. По словам Лизы, ее «мама была жуткой перфекционисткой и требовала совершенства от нас, в особенности от меня, так как я была старшей дочерью… Я думаю, что она оценивала то, насколько хорошей невесткой я стану».
Несмотря на то что путь Лизы к платежеспособности в итоге пролег не так, как рассчитывала ее мать, в его основе лежала та же философия:
Бабушка Памелы Розарио тоже высоко ценила стремление к финансовой обеспеченности, но Пэм она предлагала способ, отличный от варианта мамы Лизы. Памела выросла в такой семье (и в такой культурной среде), в которой женщины финансово зависели от мужчин, и в связи с этим она часто чувствовала себя в ловушке. Независимость, которую так воспевала ее бабушка, была самой большой мечтой Пэм.
«Я мечтала только об одном: о собственной квартире», – рассказывает она. Именно эта скромная цель мотивировала ее в дальнейшем.
Абуэлита, бабушка Пэм, убедила внучку в том, что проблем в жизни будет не так уж много, если она станет финансово независимой. «Она говорила: “Пусть брак будет твоим выбором. Я не хочу, чтобы тебе когда-нибудь пришлось выходить замуж, чтобы обеспечить детей или по какой-то подобной причине. Я желаю тебе зарабатывать достаточно денег, чтобы ты могла сама выбирать, с кем ты хочешь быть”. Наверное, во многих культурах это прозвучит очевидно, но для нашей культурной среды это звучало невероятно вдохновляюще».
Третья тема, которую часто затрагивали родители наших успешных людей, – это мысль, что смысл жизни заключается в улучшении условий для всех вокруг. Многие из родителей, проповедующих такой подход к жизни, преуспели, несмотря на то что сами были из не вполне благополучных семей. Так как сейчас, будучи взрослыми, они уже финансово стабильны и знают, что у их детей будут возможности добиться той же стабильности. Такие родители в большей степени озабочены тем, что в будущем их дети должны осознать, что подобные возможности есть не у всех – и это необходимо изменить, или хотя бы попытаться, чтобы мир стал лучше.
Родители дипломата Дэвида Мартинаса – Лу и Ли – преуспели в карьере юристов. Но детство обоих прошло не в лучших условиях. Лу росла в бедном районе Нью-Мексико, а Ли – в богатой, но агрессивно настроенной английской семье в Одессе, штат Техас, откуда он потом сбежал. Для них было важно, чтобы их сыновья понимали, какими бывают трудности.
«Мы всегда говорили им, что вместе с обеспеченностью приходит и большая ответственность. Нашей задачей было сделать так, чтобы они поняли, что благополучие всего общества зависит от их действий. Думаю, они оба пришли к этой мысли, каждый по-своему», – говорит Ли.
Ли и Лу, вместе с Дэвидом и его братом Дэниэлом, были волонтерами в местной бесплатной столовой, а также активно принимали участие в деятельности церкви.
«Я был прислужником в церкви, помогал во время причастия, а еще выступал с речами. После этого, уже будучи в старших классах, я был учителем в воскресной школе, рассказывая про Библию детишкам помладше. Был тренером по футболу, потому что всегда его любил, так что это было естественно», – говорит Дэвид.
Желание помогать другим, которое Дэвиду привили родители, привело к тому, что он часто работал волонтером во время обучения в колледже и даже впервые провел в Аризонском университете акцию «День перемен», на которой сейчас ежегодно собирается более 1400 волонтеров. Его целью было «напомнить окружающим об их ответственности и возродить в них стремление внести свой вклад, точно так же, как мои родители и вера помогли осознать это мне», – говорит Дэвид.
Он помнит, как во время учебы в колледже прошел стажировку в одной из самых престижных компаний страны, но, несмотря на то что это был интересный и полезный опыт, его не покидало чувство, что ему чего-то не хватает. «Ночами, лежа в кровати, я пытался понять: неужели это все, что я могу сделать в жизни?» Спустя полгода он вступил в Корпус мира, а потом поступил на магистратуру в Гарвардском университете, чтобы «разобраться в международной политике».
Один из его гарвардских преподавателей, известный посол, «сказал, что больше всего я смогу сделать не в кабинете, а служа американскому народу в роли дипломата. Вот там, по его словам, я буду в гуще событий».
Именно так Дэвид и поступил. В тридцать лет он отправился в Багдад, где в 2013–2014 годах он был сотрудником дипломатической службы США, отвечающим за проверку и выдачу виз гражданам Ирака, которые содействовали Америке во времена войны. Его задачей было решать, кто может иммигрировать в США, а кто – нет. Во время этого тяжелого задания та философия, которую привили ему родители, не выходила из его головы.
Дэвид вспоминает: «Люди приносили фотографии избитых или раненых членов семьи, показывали надписи на их домах с лозунгами, призывающими к смерти американских предателей, задирали рубашки, демонстрируя ножевые раны или следы от пуль, и рассказывали, что на них напали исламисты, противники США. Я до сих пор вспоминаю этих людей».
«Все циклично, – объясняет Дэвид. – Именно этому меня учили родители: “С великой силой приходит великая ответственность”. В детстве это звучало банально, но вот ты сидишь и смотришь на людей, которые говорят: “Они меня вот-вот убьют и заберут моих малышей”. Рядом плачут их дети, и вот тогда ты чувствуешь эту ответственность на самом деле. Она здесь, тяжелым грузом лежит на твоих плечах, и ты должен сделать выбор».