Тата Шу – Анестезия (страница 6)

- На что? — не поняла она.

- На скандал, — он повернул голову, посмотрел на неё. — Вы были правы. Пётр Фёдорович нуждался в помощи. А мы... мы иногда слишком зацикливаемся на деньгах.

- Администратор, — уточнила Вика.

- И я, — добавил он. — Не слежу за тем, что происходит на пороге. Спасибо, что напомнили.

Она не знала, что ответить. Просто кивнула.

Машина остановилась у её дома с мусорными баками во дворе и вечно сломанным домофоном.

- Приехали, — сказал Эльдар.

- Спасибо, — Вика потянулась к ручке двери.

- Вика, — позвал он.

Она обернулась.

- Что?

- Спасибо вам, что вы сегодня меня встряхнули. Я как-будто ожил. Я бы хотел... — он помолчал, подбирая слова. — Я бы хотел вас пригласить на ужин. Не сегодня, конечно. Вы устали. И я тоже. Но... когда-нибудь. Если вы не против.

Она смотрела на него. На этого странного врача, который сначала выглядел как ледяная глыба, а потом вдруг оказался живым — с иронией, с усталостью, с этой заминкой в голосе.

- Ладно, — сказала она. — Когда-нибудь.

Он кивнул, чуть улыбнулся.

- Я позвоню. Как узнаю телефон.

Она усмехнулась, достала из кармана куртки визитку — из тех, что давала клиентам на работе — и протянула ему.

- Держите. Чтобы искать не пришлось.

Он взял, прочитал, хмыкнул, убрал в карман.

- До свидания, Вика.

- До свидания, Эльдар Викторович.

Она вышла из машины, захлопнула дверь. Машина не уезжала — он ждал, пока она зайдёт в подъезд.

Вика открыла дверь, вошла. Уже в тамбуре обернулась — внедорожник всё ещё стоял.

Она махнула рукой. Он мигнул фарами и тронулся.

Дорога была пустой — поздний вечер, снегопад. Он достал визитку. Прочитал снова.

Виктория Сергеевна Королёва. Ветклиника «Айболитик».

- Королёва, значит, — сказал он вслух. — Ну что ж, посмотрим, кто кого.

Снег за окном всё падал. Город засыпало. И в этом снеге было что-то новое, чистое, обещающее.

Он нажал на газ и поехал домой. Думать о ней.

Глава 7

Вика поднималась по лестнице медленно. Ноги не слушались — не от усталости, от того, что в голове шумело. Неожиданно выпавший первый снег, клиника, дед, этот странный доктор с усталыми глазами и его внезапное «я хотел бы вас пригласить на ужин».

«Опять вляпалась», — подумала она, перешагивая через ступеньку. — «Вечно ты, Королёва, куда-нибудь вляпаешься».

Стычка с администратором. Скандал. Крик. А закончилось тем, что какой-то незнакомый мужик подвёз её до дома и позвал на ужин.

Она остановилась на площадке между этажами, прислонилась к перилам. Вспомнила Колю.

Тоже вляпалась. По полной.

Вика открыла дверь ключом. В квартире было темно и тихо. Пахло едой.

Мама ушла на ночную смену.

Она скинула куртку, прошла на кухню, налила себе чай. Села у окна, глядя на заснеженный двор.

«Ужин, — подумала она. — Вот так просто. Пригласил на ужин. После того, как я устроила скандал... в общем, всё высказала».

Она отпила чай, поставила чашку.

И вдруг улыбнулась. Сама себе. В пустую квартиру.

«А почему нет?»

И опять память услужливо подкинула воспоминания.

Два года назад. Вика ехала из суда, где развелась с мужем. Автобус. Бабулька с перепуганным лицом шарила в сумке, а кондукторша стояла над душой и бубнила: «Не взяли пенсионное — не ездите. Или оплачивайте проезд полностью». Бабулька уже готова была заплакать, когда Вика не выдержала.

- Я за неё заплачу, — сказала она, протягивая деньги. — Она же пенсионерка. Неужели не видно?

Кондукторша буркнула что-то недовольное и пошла дальше. А бабулька рассыпалась в благодарностях, называла её «ангелом» и «золотой девушкой». Вика отмахнулась улыбаясь и вышла из автобуса.

И тут из задней двери автобуса выскочил парень. Молодой, симпатичный, с копной русых волос и обаятельной улыбкой. Подошёл, сказал: «Вы такая смелая и добрая. Можно с вами познакомиться?»

Коля. Ей тогда было двадцать три. Ему — двадцать два. Студент, как он говорил. Весёлый, лёгкий, комплименты сыпал как из рога изобилия. Вика подумала: «А почему нет? У мамы давление, она меня всё время допекает: найди нормального парня, роди внуков. Может, это тот самый?»

Четыре месяца. Четыре месяца, которые чуть не покатили её жизнь под откос.

Сначала всё было хорошо. Коля приходил с цветами, водил в кино, строил планы. Потом начались просьбы. «Викуль, ты не могла бы занять мне пару тысяч до зарплаты?». Она занимала. Возвращал. Потом ещё. И ещё. Суммы росли. И вдруг Коля пропал — не звонил, не писал, не отвечал.

А потом объявились родственники. Двоюродный дядя её матери, троюродная тётя. Оказывается, Коля взял у них в долг, назвавшись её женихом. И не отдал.

Вика тогда впервые в жизни по-настоящему разозлилась. Не на Колю — на себя. На свою дурацкую привычку лезть в чужие дела, верить первому встречному, думать, что раз ты кому-то помогла, то теперь ещё должна и спонсировать.

Долги пришлось отдавать ей. Растянула на полгода, затянула пояс, отказалась от нового пальто. А Коля так больше и не появлялся.

Мама тогда сказала: «Что за девка у меня уродилась? Вроде красавица, голова на плечах, а твоя доверчивость и доброта — они ж тебя когда-нибудь доконают, как отца твоего. И меня заодно. Потому что я за тебя переживаю».

Вика тогда отшутилась. А внутри засело. Она дала себе слово: больше никаких «спасательных операций». Иди мимо. Не вмешивайся. У каждого свои проблемы.

Но слово, видимо, было не железное.

Потому что сегодня она опять вляпалась.

Посмотрела на стол. Под салфеткой — тарелка со слойками. С малиной. Её любимые. Рядом записка: «Викусь, я на смену. Картошка в духовке, не забудь нормально поесть. И звони, если что. Целую. Мама».

Вика улыбнулась, заглянула в духовку. Решила, что с неё хватить и чая со слойками. Взяла слойку, с хрустящей корочкой. Откусила, зажмурилась от удовольствия.

Села за стол. Тараканы в голове активизировались.

Мама с энтузиазмом взялась искать ей мужа. «Вика, у нас на работе новый начальник». «Вика, соседка предложила своего племянника, у него квартира в центре, бизнес». «Вика, ну сколько можно? Тебе уже двадцать пять, а ты всё одна и одна. Я внуков хочу понянчить».

Вика отбивалась. Говорила, что сама разберётся. Что не надо её сватать. Что она ещё молодая. Но мама не унималась.

«А может, сходить с этим доктором на ужин?» — подумала Вика, жуя слойку.

Один раз. Просто чтобы мама отстала. Сказать: «Вот, мам, я познакомилась с мужчиной, мы встречаемся, не надо меня сватать». А потом сделать вид, что не сложилось.

«Или не делать вид», — шепнул внутренний голос. — «А вдруг он и правда...»