Тася Герц – Искушение. Орхидеи для Киры (страница 11)

– Твой запах сводит с ума, – шепчет он.

Когда Эдуард касается узелка на поясе и пытается развязать, Кира отталкивает его и быстрым шагом пересекает комнату. Встает за спинку дивана.

– Мне это не нравится. Я хочу уйти.

– Хорошо, ты уйдешь, – соглашается мужчина, а затем открывает дверь в спальню. – Завтра. Сейчас уже поздно. Переночуешь здесь, а утром можешь уйти.

– Я не останусь с вами в одной комнате.

– Ты будешь спать в спальне, а я здесь, в гостиной. И постарайся выспаться. С завтрашнего утра начнется твой первый рабочий день.

– Что?

– В «Mystery». А как ты, думала, будешь отдавать мне долг? Тебе придется работать в моей компании под моим четким руководством, несмотря на свое большое нежелание и ненависть ко мне. Я должен быть уверен, что ты не слиняешь после того, как сестру выпишут. Или так, или мы можем придумать другой вариант…

Эдуард вновь рассматривает девушку с прищуром. Кира спешит скрыться в спальне, и мужчина закрывает дверь, оставляя гостью одну. Конечно же, она понимает, что находится в ловушке. В плену, из которого выбраться будет не так-то просто. Она сама позволила этому произойти, пришла к нему и попросила о чем-то, а теперь…

Кира окинула глазами просторную комнату. Слева от нее находится белый камин. Над ним висит большой телевизор. Справа стоит большая белая кровать, заправленная серым покрывалом. Над кроватью включен светильник в виде фонаря. Еще из мебели были комод с зеркалом, высокий шкаф и кресло у окна. Из-за темных стен все казалось холодным и мрачным. Девушка подошла к окну и посмотрела на уличные огни. Потом легла на кровать и накрылась одеялом. Всякий раз, когда за дверью слышались шаги, Кира напрягалась. И лишь раз Эдуард открывал дверь, но не входил в комнату. А затем все стихло.

Вроде бы проснулась, но как же не хочется вставать. Как же хорошо и уютно в этой чужой постели. Потянулась со стоном и открыла глаза…

Перед Кирой стоит Эдуард, заслоняя собой солнечный свет.

– Просыпайся, – командовал он.

Она встает и бредет в гостиную, где на обеденном столе уже ждет завтрак, а на спинке стула висят ее чистые и сухие вещи. Смущаясь, берет одежду и скрывается в ванной. А после, подходя к столу, замечает:

– Я не завтракаю. И не голодна сейчас.

Эдуард усадил девушку на стул. Взял в руку вилку, насадил на нее небольшой кусочек мяса, макнул в соус и протянул Кире.

– Я же сказала, что не хочу, – тихо повторила Кира и подняла на него глаза.

– Можешь упрямиться, сколько влезет, но тебе придется съесть этот кусок мяса, который я приготовил, – наклонился он к ее лицу. – И так?

Кира приоткрыла рот, ухватила зубами кусочек мяса и медленно стянула с вилки. Мужчина растянулся в улыбке. Затем большим пальцем провел по контуру верхней губы Киры, стирая след от соуса.

– Умница.

Это было смешение чувств. Он заставлял ее замирать от страха и в тоже время дрожать от еле ощутимого возбуждения. Словно играл с ней по своим правилам, но не заходил за рамки дозволенного. Дразнил. Испытывал. Кира мысленно перенеслась в день, когда был корпоративный вечер. Тогда он позволил себе немного больше, чем легкое касание. И она приняла это. Но, нет, Кира не даст ему возможности сломить ее волю. Она будет сопротивляться до конца. А расплатившись с долгом, исчезнет.

Войдя в «Mystery», Эдуард превратился в строгого начальника.

– Ольга, займитесь Кирой Львовной. К вечеру, она должна знать все, – громко заявил мужчина, а затем скрылся в своем кабинете.

Сейчас их разделяет стеклянная стена, плотно прикрытая жалюзями. Но даже так он может видеть процесс работы, не выходя в зал, и замечать любую мелочь. Если кто-то выглядит устало и зевнет ненароком, Эдуард выходит из своего кабинета и делает строгое замечание, что приводит к лишению премии.

Девушка не отходит от Ольги, внимательно слушая каждое слово. А в обеденный перерыв, за чашечкой кофе, женщина сообщает:

– Я не стану спрашивать, что у вас случилось, Кира, но в тот день, когда ты приходила, он, словно с цепи сорвался. Никогда его таким не видела. Эдуард, может, и не ангел, как ты думаешь, но и не плохой человек.

– Мы знаем его немного по-разному. Даже не верится, что я снова под его руководством…

– Да, характер у него не сахар. Бывает грубым, даже слишком, но все же…

– Разве можно привыкнуть к тому, что за вами все время наблюдают? – повернулась девушка в сторону окна и наткнулась на ледяной взгляд Эдуарда.

– Привыкнуть можно. Скоро ты перестанешь обращать на это внимания.

– У тебя новая сотрудница? – спросил Эдуарда знакомый, войдя в его кабинет.

– А тебе-то что?

– Я просто спросил, не напрягайся так. Она не в твоем вкусе. Помнится, ты простушек стороной обходишь. А с этой, что не так?

– А с этой я сам разберусь.

– Ты уже спал с ней? – поинтересовался друг, раздвигая жалюзи. Эдуард не ответил. Мужчина усмехнулся: – Не дается, что ли?

– Не лезь к ней.

– Ну, так понятно, почему она тебя заинтересовала. Уверен, уломать ее будет сложновато. Крепкий орешек.

– К ней не подходи. И руки держи при себе, – кинул Эдуард недовольное замечание.

– Успокойся, твоё не трону.

Гость недолго постоял в кабинете и вышел в зал. Медленно подошел к Кире и встал за ее спиной. Несколько минут наблюдал за работой, оценивая фигуру и внешность.

– Неплохо, – тихо заметил он.

– Что? – повернулась к нему Кира.

– Неплохо справляешься, говорю, – улыбнулся мужчин.

Кира кивнула, улыбнулась в ответ и продолжила работать с клиентом.

Он подошел к столу. Присмотрелся к флаконам и взял в руку один из них. Открыл крышку. Принюхался. Поморщился. Потом взял другой флакон и тоже сморщился. Проделал так с шестью флаконами, пока не остановился на седьмом.

– Приятный аромат, – протянул он, выдыхая запах.

– Манговое масло, – ответила девушка.

– Мы с Эдиком дружим уже два года. Никогда не думал, что все это приносит какую-то прибыль. И никогда не интересовался всей этой… – говорит он, а затем смотрит в сторону кабинета и шепотом продолжает: – Ерундой.

– Эта, как вы сказали, ерунда приносит хороший доход, – замечает Кира.

– А можешь для меня что-нибудь подобрать?

– Для вас или для вашей супруги? – Кира подняла на него глаза.

– Для меня, – уточнил он почему-то без удовольствия.

Когда девушка потянулась к столу, он взял ее руку и легонько сжал, рассматривая пальцы и запястье.

– Тонкая ручка у вас, Киронька. Позвольте, я сам выберу…

– Кира. Меня зовут Кира, а не Киронька, – твердо заявила она и отдернула руку.

– Новенькая?

– Только устроилась, – тихо ответила она, открывая флакон.

– Повезло, – выдохнул он, потом уточнил: – Тебе повезло.

– С чем же?

– С Эдуардом.

Она все время держала взгляд опущенным и не смотрела на мужчину. Не могла видеть его довольного лица. Кирина рука вновь оказывается в его руке. Он берет флакон и капает каплю масла на ее запястье. Затем подносит к носу и вдыхает. Присутствующие косо поглядывают на них. Девушка в замешательстве вытягивает свою руку и осуждающе смотрит на мужчину.

– Что вы себе позволяете? Здесь так не принято.

– Я это решаю сам, – шепчет он, встав к ней вплотную.

– Кира, тебя срочно хочет видеть Эдуард Николаевич, – сообщает Ольга, появившись внезапно. – Иди же.

Когда девушка вошла в кабинет, то наткнулась на суровый взгляд серых глаз Эдуарда. Взгляд, от которого по телу пробежался холодок. Они казались прозрачными. В них угрожающе играли искры. Кира с опаской замерла на месте.