Тася Баева – Бывшие. Я не давал тебе развод (страница 4)

— Я спрашиваю, как твоё имя? — остановился рядом с постелью и наклонив голову, внимательно посмотрел на меня.

— Татьяна, Таня. Как долго я была без сознания?

— Почти неделю.

— Неделю? — ахнула я.

В груди разлился холод страха. Я почти неделю лежу в квартире незнакомого мужчины? В универе меня, наверное, потеряли. Времени всё меньше. А я лежу здесь и ничего не делаю.

— У тебя был сильный вывих лодыжки с разрывом связок. Тебе нужно лежать ещё не меньше недели. Также было сильное переохлаждение. Охранник, что не пустил тебя в офис, сказал: ты почти четыре часа провела сидя на холоде. Вот и заболела. Завтра придёт врач, осмотреть тебя ещё раз. Ежедневно с тобой была медсестра.

— Простите, что доставила вам беспокойство, — покраснела я под его пронизывающим взглядом. — Я сейчас же уйду. Где мои вещи?

Я попыталась встать. Откинула одеяло, спуская ноги на пол. Правая оказалась замотана в бинты.

— Что непонятного в словах «лежать ещё неделю»? — усмехнулся он и, подхватив мои ноги, вернул их на кровать.

От его прикосновения по коже пробежались мурашки. Я ойкнула и откинулась на подушки.

— Твои вещи пришлось выбросить, — продолжал Бельский.

Накрыл меня одеялом и сел рядом.

— Это ваша футболка? — смущённо спросила я.

— Моя, — кивнул Бельский. — И переодевал тебя я.

— Что? — залилась я краской.

— Если тебя это успокоит, я старался не смотреть, — усмехнулся он краешками губ.

Я ещё сильнее покраснела и опустила глаза. Сердце забилось с бешеной скоростью.

— Где я? — нахмурилась я. — Вы, кажется, повезли меня в больницу. Я помню.

— У тебя не было с собой никаких документов, — пожал плечами Бельский. — Пришлось после оказания первой помощи забирать тебя из больницы, но я не знал, где ты живёшь. Твой телефон разблокировали мои специалисты только на следующий день. Но я не нашёл там контактов кого-то из родных.

— У меня никого нет, — опустила глаза на сомкнутые руки. — А документы остались в сумке.

— У тебя не было никакой сумки с собой, — нахмурился Бельский.

— Была, но она осталась в машине вашего помощника, когда я сбежала от Андрея — тихо ответила я.

К глазам подкатили слёзы. В носу противно засвербело, при воспоминании о словах и действиях помощника Бельского.

— Андрея? И как же твоя сумка оказалась в машине моего помощника? — недоумённо приподнял одну бровь Бельский.

— Он сбил меня на дороге. Я виновата, не посмотрела по сторонам, но… Андрей повёз меня в больницу, а затем начал приставать, — я всхлипнула. — Я испугалась и убежала.

— Приставать? Андрей? С чего бы?

— Он…

— Ладно, я разберусь с ним позже. — отмахнулся Бельский. — Ты отчаянно хотела со мной поговорить. О чём же?

— Об оплате моего обучения

Я подняла взгляд на него и нервно затеребила край одеяла. Бельский недоумённо приподнял бровь и хмуро посмотрел на меня. Сжалась под его взглядом. В животе всё заледенело от страха.

— У нас с холдингом целевое соглашение, но ректор сказал, что вы его расторгли. Но также нельзя.

Глаза наполнились слезами, и я всхлипнула.

Бельский резко поднялся и криво усмехнулся. Я напряжённо, закусив нижнюю губу изнутри, следила за его шагами по комнате. Сердце бухало в горле, и я старалась не разреветься.

— Я не знаю, как это называлось у вас с бывшим владельцем холдинга, — задумчиво протянул Бельский. — Но компания больше не будет оплачивать ваше обучение.

— Но почему? — опешила я, сдерживая слёзы.

Глава пятая

— Вы и правда думали, что я буду оплачивать обучение и другие плюшки любовнице бывшего владельца холдинга? — холодным тоном произнёс Бельский.

От его голоса по спине пробежали ледяные мурашки, и горло сдавила невидимая рука.

— Что вы такое говорите? — резко осипшим голосом прошептала я.

Во рту вмиг пересохло. Щёки обдало жаром. Сердце противно кольнуло, а в животе всё сжалось в узел.

— Вы спали с ним? — сурово спросил Бельский.

— С кем? — непонимающе вскинула на него взгляд. — С вашим помощником?

— Да при чём здесь Андрей? — раздражённо перебил меня Бельский — С прежним владельцем холдинга.

— Да я в глаза его никогда не видела, — возмущённо произнесла я.

— И каким тогда образом он вдруг начал платить за вас? — усмехнулся Бельский. — По документам проходит несколько заграничных поездок, выплаты вам на карту ежемесячно определённой суммы, возможно есть что-то ещё, мы не полностью ещё провели аудиторскую проверку.

— Я не знаю, — нахмурилась я. — Договор на целевое обучение привезла мне бабушка, когда я окончила школу.

— При чём здесь ваша бабушка? — процедил Бельский сквозь зубы.

— Вот и я хотела бы понять, что происходит, — возмущённо фыркнула я. — Я заключила почти четыре года назад этот договор с холдингом и спокойно училась. Получала повышенную стипендию. Два раза мои проекты выиграли стажировку за границей. Я их честно выиграла! За меня никто ничего не платил! И вдруг меня вызывают к ректору и сообщают, что всё. Договора нет. Затем ваш помощник угрожает мне и пытается приставать. А теперь вы мне говорите, что вообще никакого договора не было? А что тогда это было?

Во мне кипело возмущение и злость. Ладони вспотели от волнения, и я попыталась незаметно вытереть их об одеяло. Сердце раненой птицей колотилось где-то в горле. Что я могу противопоставить этому мужчине? С его деньгами он просто вышвырнет меня на улицу. У меня ничего не останется. Даже образования никакого. Обхватила себя руками за плечи, стараясь закрыться от пронизывающего взгляда Бельского, который смотрел на меня как на вошь.

— Я был уверен, что вы любовница прежнего владельца холдинга, — задумчиво пробормотал Бельский и потёр двумя пальцами переносицу.

Лицо обдало жаром, и в груди поднялась волна негодования.

— С чего вдруг такие… гадкие предположения на мой счёт? Я… да я даже...

Задохнулась от возмущения. Ну не буду же объяснять ему, что дажене целовалась толком ни с кем. У меня были поклонники, но я всегда ставила учёбу превыше всего, и они очень быстро находили утешение в более покладистых и отзывчивых девушках.

— Я постоянно училась, — всё, что сказала я Бельскому. — А давайте вместе спросим у прежнего владельца, что это был за контракт и почему мне выпала такая честь учиться за счёт холдинга? — возмущённо произнесла я и рывком поднялась с кровати и наступила на больную ногу.

Боль прострелила лодыжку и я, застонав, начала заваливаться на пол.

— Я же сказал вам лежать, — с раздражением прошипел Бельский и подхватил меня на руки.

В нос ударил аромат дорого парфюма и по телу прошла тёплая волна мурашек от близости Бельского. Попыталась натянуть футболку пониже, но от моих манипуляций она только сильнее задралась. Бельский странно посмотрел на меня и усмехнулся краешками губ. Покраснела до корней волос и отвела взгляд.

Он уложил меня обратно на кровать и прикрыл одеялом. Всё, ещё краснея, с вызовом, посмотрела на Бельского.

— Значит, раньше вы не знали Богдана Викторовича? — прищурился он.

— Говорю же, не знаю, — раздражённо ответила я. — Я хочу поговорить с ним и узнать, что за контракт подсунула мне бабушка почти четыре года назад.

— А спросить у бабушки? — приподнял Бельский одну бровь.

— Она умерла два года назад, — прикрыла глаза, стараясь не выпустить на волю набежавшие на глаза слёзы.

— Горский в больнице. У него инсульт, — развёл руками Бельский. — В ближайшее время не будет возможности что-то у него спросить.

— А мне-то что делать теперь? — не сдержала я всхлип. — У меня нет таких денег. Нет кого-то, кто может мне их одолжить. И на своей подработке я столько никогда не заработаю.

— Вы так плохо учились, что вам понадобилось прибегать к другим способам поступить? — вдруг спросил Бельский.