Таша Танари – Университет чароплетства (СИ) (страница 47)
«Я могу вернуться, милая, с помощью «Сердца Ахоры» мир мертвых отпустит меня. Мы снова сможем быть вместе. Помоги!»
Больше я не сомневалась ни мгновения, внутри поселилась непоколебимая уверенность – я должна добыть артефакт во что бы то ни стало! Поозиралась в поисках убежища, в голове смутно зрел план дальнейших действий. В этот момент истошно заверещали сигнальные чары, началась суматоха. Очень удачно. Я опрометью кинулась к неприметной дверке позади постамента с главными артефактами. И снова везение – не заперта. Когда глаза привыкли к темноте, стало понятно почему: кому нужно оберегать пыльную каморку с ветошью на полках, ведрами и метлой?
У стены стоял сундук, занимающий половину помещения. Я дернула за его крышку, она неохотно, но поддалась. Наскоро выкинув из него все содержимое: тряпки, облупленные статуэтки, несколько выцветших до неузнаваемости книг и что-то еще, мало интересующее меня сейчас, я целиком залезла внутрь и закрыла крышку. Стало душно и тесно, но это такие мелочи – переживу. Окрыленная надеждой вновь увидеть маму, я была готова пойти на что угодно!
Глава 20
Цок. Цок. Цок.
Бес вновь крался, только цель на этот раз преследовал иную – вернуть самое ценное. У его сокровищ появился более грозный страж, бессовестно присвоивший честно сворованное. Грязные корни трогали блестящие монетки, а потом… Хвостатый вздрогнул от омерзения – чудовище начало заглатывать драгоценности. Они с испуганным звоном падали в разинутую пасть и исчезали внутри твари. Бес схватился за рога и простонал:
– Нет… Мое! – Упав на колени, страдалец пополз к обжоре. – Я же тебя с руки кормил! Я же…
Видя, что уговоры бесполезны, а на деревянной морде чудовища появляется мерзкая ухмылка, бес решил действовать жестко. Хвостатый располагал секретным оружием, уж оно точно заставит ненавистный пень вернуть добро.
Цок. Цок. Цок.
– Шэдар, милая. – Бес мертвой хваткой вцепился в сапог ведьмы. – Выручай!
– Отстань, я занята! – отмахнулась она.
Рогатый недовольно засопел. Нет, он понимал необходимость спасения, но одержимость золотом порой убивала всякое здравомыслие. Вот и теперь вместо того, чтобы помочь, он скулил о потерянных богатствах.
– Может, завтра украдем? – с надеждой спросил хвостатый. Не дождавшись ответа, удрученно вздохнул и, как верный пес, уселся у ног Шэдар, наблюдая за происходящим в реальном мире.
Ведьма, словно хищник в засаде, в напряжении следила за устроенным Вехель переполохом. Та оказалась весьма способной и расторопной, на этот раз справившись с заданием без нареканий. Бес восхищенно проследил за манипуляциями рыжей предательницы и прицокнул языком – так аккуратно вывести из строя боковой сигнализирующий контур! Вой сирены стих так же внезапно, как и проснулся, но в общей сутолоке он видел, как Марти стремительным мотыльком упорхнула в противоположном от друзей направлении и скрылась за постаментом. Судя по отрешенному взгляду Шэдар, подобное поведение девушки было продиктовано не собственными желаниями.
Сверху отлично просматривались слаженные действия мгновенно материализовавшейся охраны. Она аккуратно взяла в кольцо мечущуюся в беспорядке по залу толпу. Бес на мгновение усомнился в успехе их плана, но тут же выбросил из головы лишнее. Разворачивающееся представление за пределами книги обещало быть увлекательным. Боевые маги незаметно прощупывали посетителей, всех вызывающих подозрения без лишнего шума куда-то уводили. Бес довольно почесал когтями лысину – пакостить он любил, а сейчас они с Шэдар подложили ищейкам огромную свинью, заставив перебирать пустую породу в поисках вымышленного алмаза. Над ухом хвостатого тихо выругалась ведьма.
– Что-то не так? – обеспокоенно уточнил он.
– Вон тот маг…
– Это он! – взвизгнул бес, мелко задрожав. – Он напал на нас в библиотеке! Дари, милая, на других люстрах ворон нет.
– Проклятье! – Птица быстро соскользнула с насеста. Предательница-люстра радостным перезвоном возвестила о своем освобождении.
– Где девчонка? – полюбопытствовал бес, имея в виду Мартинити.
– Когда ты воевал с пнем, я помогла ей найти укромное место. Пока она не нужна, пусть спит и не делает глупостей.
– А что потом?
– Дождемся ночи и выкрадем «Сердце». Сегодня на него слишком много желающих, – с досадой бросила ведьма.
Хвостатый снова посмотрел на скрывающегося в тени мужчину. Сильный маг ловко избегал посторонних взглядов, при этом кивая в знак приветствия всем знакомым. Бес сделал вывод, что гад вовсе не залетный убийца.
– А не он ли поставил метку на нашу блаженную? – блеснул эрудицией бес.
Шэдар неохотно кивнула:
– Смотри-ка, в твоей голове не так уж пусто! Он культист. Видишь, как он играет с сознанием людей – Тьма щедро одаривает своих подданных.
Рогатый знал эти чары, способные «закрашивать» отдельные моменты в памяти человека. Собеседник не запоминал разговор, в памяти оставались лишь смутные образы, которые позже исчезали без следа.
– Скажу больше, – продолжила ведьма, – за его плечами саван Бледной Госпожи.
Бес вздрогнул – им придется перейти дорогу убийце высшей категории. Уж кто-кто, а ночная охотница в таком не могла ошибиться. Хвостатый совсем не желал отправляться за грань – у него полно дел.
Пока бес наблюдал за магом, Шэдар вновь поменяла укрытие. Воспользовалась оставшимися крупицами силы из реального мира и спряталась на огромном гобелене со сценой кровавой битвы – очень символично. Черная клякса медленно расползлась по нитям, чтобы позже принять очертания птицы. В небе над полем боя появился еще один ворон – никто не обратил на него внимания. Убийца перестал озираться и сосредоточился на артефакте.
С точно таким же выражением лица на «Сердце Ахоры» смотрела и ведьма. Хвостатый понимал ее чувства, и имя им – одержимость. Шорох сжигала страсть, она жаждала свободы. Бес мог поспорить, что мысленно Шэдар сейчас общалась с проклятой вещью, уговаривая подождать, а та дразнила невозможностью прикоснуться. Бес честно признавал, что не выдержал бы подобного напора, вцепился бы в драгоценность и прижал к груди.
Дзинь. Шурх. Дзинь. Шурх. Шурх.
– Исчезни! – очнулся хвостатый, остро реагирующий, когда на его имущество покушались. Шэдар же давно попала в книгу учета рогатого. – Я сказал – исчезни! Моя ведьма, – ревностно прошипел бес и ловко ударил копытом пень.
Тот даже не покачнулся, корни глубоко ушли в землю, а ветки бессовестно обвили ногу Шэдар. Коряга, как ласковый кот, потерлась об нее. Существо чувствовало исходящую от Шорох силу и тянулось к женщине, как к солнцу. Хвостатый решительно выпятил подбородок и тоже вцепился в ведьму – это сокровище он отдавать не собирался. Шэдар одарила беса гневным взглядом.
– Убью, – одними губами пообещала она. В этот день рогатый понял, что значит храбрость – ногу он не отпустил.
Ситуация выходила неприятная – пока пень оставался неуязвимым, Шорох ничего не могла сделать. Ни магия, ни сталь не страшны новорожденному, Тьма защищала свое дитя.
– Хороший мальчик, – ласково произнесла Шэдар. Она нежно провела рукой по верхним побегам пня, на них тут же появились почки, дерево задрожало, огласив поляну в книге перезвоном монет.
– Какой же ты проглот, – проворковала ведьма. – Проглот. А что? Мне нравится, главное, отражает суть. Теперь твое имя Проглот, мой хороший.
У хвостатого от обиды задрожала верхняя губа, и он мгновенно подставил голову для ласки. Бес не знал, о чем думала ведьма, но она впервые за долгое время не прогнала его, а погладила лысину между рогов.
– Шэдар, – выдохнул бес, хлюпая пятачком. – Я…
– Лучше молчи, – устало предупредила Шорох. – Сегодня многое решится, а мы как-никак вместе вдоволь наелись пепла.
Хвост беса мелко затрясся и покрепче обвил сапог ведьмы. Рогатый прекрасно понял, что Шэдар сейчас своеобразно извинилась и попрощалась. Они очень сильно рисковали, переходя дорогу опасной твари, верному слуге Зогарда.
– Что дальше? – обеспокоенно спросил бес.
– Ждем ночи. – К Шэдар вернулось хладнокровие. – Разве ты не знаешь, что незаконные дела лучше проворачивать под покровом тьмы?
Бес знал, знал он и другое – Шорох не совладать с черным магом один на один. Но, увы, тут хвостатый был бессилен, оставалось только наблюдать.
– Шэдар, а если все выйдет из-под контроля?
– На этот случай я приказала Вехель дежурить у музея. Хмарь почувствует, если… – Ведьма не договорила, бес и так понял.
Время тянулось и тянулось, а люди никак не покидали проклятый музей. Хвостатый мысленно обругал Дакасту за то, что она слишком рано приперлась. Бес успел сосчитать примерную стоимость драгоценностей на посетителях, сломать две ветки пню и получить за это в лоб.
Когда за окнами сгустились сумерки, рогатый понял, что пропустил закрытие выставки. Гремя ключами, прошли несколько охранников, за ними следом появились хмурые боевики. В отличие от предыдущих, молчаливые и сосредоточенные. Поставив дополнительную защиту и активизировав скрытые ловушки, они тоже удалились. В слабо подсвеченном магическими контурами зале повисла давящая тишина, не предвещающая ничего хорошего.
– Пора, – уверенно произнесла Шэдар.
– А? – Бес хоть и ждал решающего часа, внезапно осознал, что совсем не готов, и его мелко подрагивающий хвост с ним полностью согласился. – Где культист? – севшим голосом уточнил рогатый.