Таша Танари – Подарить душу демону (СИ) (страница 16)

– Удачи, – Дант с беспечным видом продолжил трапезу. – Потом расскажешь, куда и насколько изящно он тебя пошлет.

Фенрир усмехнулся: конечно же, торговаться с сыном главы Совета Старейшин Верхнего Мира он не собирался. Малообщительный дракон, себе на уме, вызывал у Фенрира смешанные чувства. Было забавно отыскивать слабые места в его непробиваемом спокойствии. Демон знал: это все наносное. Его удивляла привязанность кузенов к рыжему ящеру, но Шантиграан и ему самому отчасти был симпатичен. В нем чувствовалась надежность и крепость духа. Они мало общались, но и того, что Фенрир знал и видел, хватало, чтобы составить кое-какое мнение. Шантиграан Стэн Акатоши Данта не сдаст, даже если припереть его к стенке.

– Заканчивай трепаться попусту, и пошли на тренировку, – поторопил брата Фенрир.

– Да без проблем, я готов. – Дант отставил тарелку и в два глотка осушил бокал. – М-м- м, даже жаль, что такую роскошь нельзя часто употреблять, – поднимаясь на ноги, поделился он. – Сразу такой прилив сил.

Фенрир взял со стеллажа ножны с Ильтаром. Меч из зачарованной стали он предпочитал любому другому оружию. Огненные клинки не в счет – это, можно сказать, часть их природы, как дар целительства. У каждого рода имелись свои отличительные особенности, Оливьерам досталось вышеперечисленное. Тем не менее асурендры в совершенстве владели несколькими видами оружия, справедливо полагая, что сие лишним не будет. Дант продолжал разглагольствовать:

– Я тут недавно рылся в старом библиотечном крыле и наткнулся на занятную информацию о левиафанах.

Фенрир удивленно изогнул бровь:

– Раздел по различным тварям несколько далек от того раздела, где ты обычно проводишь время. Опасаюсь представить, какие причины побудили тебя туда заглянуть.

– Да-да, очень смешно. – Кузены целенаправленно двигались в сторону тренировочной площадки, обустроенной во внутреннем дворе под открытым небом. – Так тебе рассказать, или продолжишь ехидствовать?

– Продолжай, – великодушно дозволил Фенрир, – только потом обещай поведать, каким ветром тебя задуло в царство пыльных свитков. Если это связано с твоими поисками седьмого оазиса, то я хочу в дело.

– Вот это наглость! – восхитился Дант. – Я двадцать лет фильтрую эту мутную жижу, отделяя вымыслы от фактов и собирая доказательства его существования, а кто-то только нагло ржет, считая мои исследования пустой тратой времени.

– У каждого свои причуды, – философски пожал плечами Фенрир. – Ты копаешься в загадках прошлого, меня успокаивает возня с камнями и металлом, Лили фанатично экспериментирует в лаборатории. Но если ты все же что-то найдешь, хочу приобщиться.

– Закатай губу.

– Брось, тебе и самому захочется рассказать и показать. Иначе никакого удовольствия. Придешь ко мне с горящим взором, ткнешь указующим перстом и торжествующе возопишь: «Я так и знал! Я же говорил, а ты не верил, презренный…». Хм, в общем, дальше сам как-нибудь речь додумаешь.

– Ты чудовищен, – схватился за голову Дант.

– Всего лишь чуть-чуть дальновиден, – и бровью не повел Фенрир. – Так что там с левиафанами?

– Точно! Так вот, когда обитателей майоры – я сейчас о разумных само собой, – начали притеснять в очередной войне за территории, то часть из них покинула Царство и переселилась в Средний.

– Это такая трухлявая легенда, – разочарованно протянул Фенрир. Он-то надеялся услышать что-то действительно любопытное. – Та война случилась еще до разделения и закрытия кругов, в Нижнем Мире правил хаос. И насчет переселения. Нет ни одного подтвержденного факта, что они прижились в Среднем Мире. Уж за столько-то веков их или заметили бы местные, или они сами вышли бы на контакт.

– Замечены как раз-таки были, но там тоже все осталось на уровне преданий. Среди них попадаются очень красивые, например, про сирен, способных своим дивным голосом свести с ума кого угодно. Или горгон, убивающих взглядом. Не находишь общих черт с нашими соседями? Возьми того же василиска. Думаю, не все так просто. Майорский народец адаптировался, возможно, немного видоизменился, чтобы приспособиться к новым условиям среды, и осел в местных морях.

– Отчего бы им не заявить о себе? Или там не осталось разумных?

– Как знать. Война с майорцами была очень жестокой и кровопролитной. Не удивлюсь, если у них имеются причины сохранять свое существование в тайне.

– Ты так увлекся поисками оазиса, что начал верить в любые сказки – вот тебе мой вердикт, – скептически подытожил Фенрир. – И все же, при чем тут трехголовый змееныш?

– Ни во что я не верю, просто не исключаю вероятности. Согласись, в истории того времени полно темных пятен: летописи никто не вел. Прошло несколько тысячелетий, прежде чем Царство стало существовать в том виде, в каком мы его знаем сейчас. А вспомнил я об этом, потому что в фолианте, который попал мне в руки, упоминались левиафаны. Рахталас долгое время изучал этих тварей. Выяснилось, что они могут обитать не только в майоре, но и в любых других жидких средах. Там целый трактат с подробным описанием экспериментов. Этот экзекутор, скажу я тебе, любитель докопаться до сути, почище Лили. Что она препарирует с улыбкой ребенка, что Рахталас измывался над животиной, скрупулезно фиксируя изменения в организме левиафанов в различных условиях существования.

Фенрир заинтересованно посмотрел на брата. Имя Рахталаса было известно многим: высший демон, посвятивший жизнь науке, его интересы затрагивали различные сферы.

– Если не ошибаюсь, те исследования велись по инициативе Астагарта. Дядя хотел найти способ выращивания ценнейшего продукта для личного пользования в удобных условиях.

– Не ошибаешься, – кивнул Дант.

Он облокотился на опутанную цепями деревянную конструкцию, больше похожую на вертикальное пыточное ложе, чем на тренировочный снаряд.

За разговором демоны достигли цели. Теперь они стояли на открытой площадке, заполненной разнообразными, порою вызывающими страх одним своим видом, устройствами, которым позавидовал бы самый идейный инквизитор.

– Но толковых результатов, нужных отцу, Рахталас так и не добился. Жить-то они жили, но вне майоры не плодились. В итоге Повелитель решил, что этот проект не то что не окупает себя, но и вообще крайне убыточен, посему прикрыл его. Далее случилось восстание низших во главе с твоими любимыми кровососами, потом другие заморочки и снова, и опять, в общем, конец истории.

– Они такие же мои, как и твои, – въедливо уточнил Фенрир, – не начинай.

Он уже разделся по пояс и не спеша разминался, подготавливая мышцы. Дант хмыкнул и присоединился к кузену.

– А кто покровительствует ушлому вампирюге из Неспящих, спит с очаровательной мышкой и попустительствует клану Шепчущих в Ночи?

– Ты не хуже меня знаешь, с чем это связано, – флегматично ответил Фенрир.

Дант широко улыбнулся:

– Знаю, но согласись, из нас всех ты самый лояльный к вампирам. Когда есть возможность, они предпочитают решать вопросы с тобой, и такая репутация не на пустом месте появилась.

Фенрир слегка поморщился. Отрицать очевидное было бы глупо.

– Радуйся. Спихнул на меня грязную работенку и еще глумится.

Дант откровенно расхохотался:

– Давненько мы, кстати, не навещали любимое злачное место. Ирвейна еще не придушили в темном переулке?

Теперь развеселился и Фенрир, вспомнив вчерашний казус в таверне. Мысли сразу побежали по нескольким направлениям, одно из которых было связано с Рангаром. Еще один пункт в перечне ближайших дел.

– В следующие пару месяцев не советую туда заглядывать: Ирвейн затеял капитальный ремонт. Вот сразу как оклемается, так им и займется, – совершенно не погрешив против истины, ответил Фенрир. На вопросительно изогнувшуюся бровь Данта, ухмыляясь, добавил всего одно слово: – Рангар.

Данталиан понимающе оскалился:

– Не свезло кровососу.

– Слушай, а Рахталас еще жив, не знаешь? – вдруг поинтересовался Фенрир.

Дант завис между горящими кольцами разных диаметров, где маневрировал, попеременно то отжимаясь, то подтягиваясь. Подумав, ответил:

– Нет, давненько о нем ничего не слышал. Он и раньше был не особо общительный, а сейчас настолько стар, что, если и жив, то, скорее всего, засел в какой-нибудь отдаленной местности. Не удивлюсь, если уже и умом тронулся. Потому как отец им тогда недоволен остался, а это…

– Понял, – перебил брата Фенрир. Пояснять, что бывает, когда гневается Повелитель, не требовалось. – Ну что, готов размять крылышки?

Дант легко спрыгнул на землю с высоты в полтора своих роста и достал тальвар – длинный гибкий клинок с обоюдоострым лезвием. Это оружие он носил с собой практически всегда, обматывая его вокруг пояса.

– Не зевай! – крикнул наследный асурендр и сразу же сделал первый выпад.

Демоны сошлись в красивом танце, который мог по достоинству оценить лишь тот, кто был способен уследить за сверхбыстрым перемещением их теней в пространстве. Больше они не разговаривали, лишь изредка перебрасывались ехидными комментариями. Настроение обоих обещало спокойный день подданным, хотя полагаться на такую ненадежную вещь, как хорошее настроение демона, все же не стоило.

Глава 10

– Мой лорд, – асурендр едва уловимо скривил губы, и Рангар поспешил исправиться: – Фенрир, ты должен увидеть это собственными глазами.

С достопамятной ночи приключений прошло два дня, за которые демоны так и не нашли время обстоятельно побеседовать. Точнее, Фенрир не нашел, а Рангар, перехватив того чуть ли не на лету, успел поделиться лишь тем малым, что обнаружил в доме Листар при первом поверхностном осмотре. Ничего занятного там не имелось. Утратив интерес, Фенрир велел ищейке приходить, когда появится что-то более-менее существенное, после чего занялся своими делами. И вот теперь Рангар мог с чистой совестью утверждать, что таких вестей его лорд явно не ожидает. Вообще, оно, конечно, вполне объяснимо, если задуматься, но архистраж и сам был немало удивлен обнаруженным.