реклама
Бургер менюБургер меню

Таша Муляр – Калейдоскоп рассказов Таши Муляр. Три книги в одной обложке (страница 21)

18

Он перелез через забор, прошёл, оглядываясь, через двор, тихо проник на веранду. Там стоял холодильник, а на полу – судочек с холодцом, накрытый полотенцем. Вот это повезло! В этот момент порывом ветра захлопнуло дверь.

– Может, давай ещё что-нибудь поедим? – предложил Витя.

– А ты холодец будешь?

– Давай!

– Найди пока следующую серию, а я схожу за ним, – сказала Людочка, выбираясь из постели.

Она накинула пуховик, всунула ноги в войлочные тапки со снегирями, взяла в руки тарелку и выскочила на веранду. От неожиданности вскрикнула и выронила тарелку из рук. Попятилась назад в ужасе.

На полу сидел, расположившись, как у себя дома, и доедал её холодец огромный рыжий кот. Услышав грохот разбившейся тарелки, от страха он буквально взлетел на холодильник и смотрел оттуда на Людочку полными ужаса пронзительно-синими, какими-то не кошачьими глазами.

– Витя, иди скорее сюда!

Кот сидел на холодильнике, боясь пошевелиться, прикидывал в уме, не отвезут ли его опять в ту клетку, в ту страшную комнату, где каждый сидит в своей ячейке и ждёт, что с ним будет, туда, откуда он опять сумел убежать. Надо же было так вляпаться!

Женщина смотрела на него уже каким-то совсем другим взглядом, в нём было море доброты и любви, почему-то он захотел ей поверить. Осторожно спрыгнул на пол и стал тереться о ноги. Она взяла его на руки, внесла в дом и показала мужчине.

– А вот и твой новогодний подарок, – улыбнулся он и обнял женщину с котом. На кухне радостно затрещала печка, возле которой уютно расположился рыжий кот, мечтающий больше никогда не быть чужим.

В этот Новый год дом и кот обрели свою семью и новую историю.

Чужое желание, или Как Ира ошиблась в новогоднюю ночь

В этот раз к бою курантов она подготовилась основательно. Теперь точно должно всё получиться. Больше она не промахнётся. Тётя Лена, мамина подруга, по секрету выдала ей самый надёжный и проверенный способ загадать желание. Она сложила бумажку в четыре раза, превратив её в совсем маленький квадратик, и для надёжности спрятала в бюстгальтер.

Ира выросла романтичной девушкой. Как это вышло в наше время гаджетов и мемов, не совсем ясно. Мама, выглаживая ей на работу медицинский халат с рюшами – да-да, именно с рюшами, она его сама для себя сшила, – причитала:

– Откуда ты у меня такая, вся из себя принцесса, получилась? Господи, где ж мы тебе сейчас прынца-то найдём? Вона они, эти прынцы, все в пуховиках и коротких штанишках, с голыми ножками да в наушниках ходят и электронки свои курят, – сказала мама, намеренно коверкая слова, с интонацией старой бабки. Мама была ещё совсем не бабка, ей всего-то сорок шесть лет. Но как начнёт ворчать – бабка и есть.

Мама любила всё утрировать. «Нормальные у нас ребята, – подумала Ира. – Где же только своего встретить? Да такого, как хочется».

Ей было уже 23 года, а она ещё ни с кем не встречалась. Позор какой-то! Вон, все одногруппницы или уже выскочили замуж, или в отношениях. А она – как белая ворона, всё в книжках своих сидит. Причём не в детективах или фэнтези, а в любовных романах.

Начала их читать ещё лет в тринадцать. У мамы стащила «Ночь нежна» Фицджеральда и погрузилась в неё с головой. Сначала вжилась в образ красивой и экзальтированной Николь. На этом этапе ненавидела легкомысленную разлучницу Розмари, ветреную актрисульку. Потом решила, что нет, она – всё-таки скорее взбалмошная Розмари, любящая Дика всем сердцем. Точно не Николь. В любом случае мечтала о Дике Дайвере, представляла, что встретит своего Дика. Умного, сильного, элегантного и настоящего джентльмена из той далёкой эпохи двадцатых годов. Мечтала о платьях как у героинь того времени, шляпках и перчатках. Одновременно сама ходила в джинсах и худи, как все девочки в школе. Приходить в юбке было непривычно и странно. Понятное дело, что глубина романа и мысль автора о том, что бесцельная жизнь в достатке не приносит ничего, кроме разочарований, прошла мимо нашей Иришки, оставив в ней только флёр девичьей влюблённости в дорисованного воображением Дика Дайвера.

Дальше были Андре Моруа, Франсуаза Саган, Дафна дю Морье и много всего ещё из маминой библиотеки. А дочь-то выросла вся в мать – Ира и обсуждала все свои чувства и переживания именно с мамой. Подруги читали совсем другое или не читали вовсе.

Как вы сами понимаете, такая девочка, конечно же, верила в чудо и Деда Мороза. Ну, не в самого Деда Мороза, а в то, что новогодняя ночь – это время тех самых чудес. Сегодня или только через год.

Вот так вот. Ошибиться было нельзя: годы же идут, двадцать три – это не шутки вам.

Чего она только не перепробовала! Выпивала шампанское залпом и про себя шептала желание – не помогло. В другой год перед самым боем курантов вставала на стул и представляла, что она уже встретилась с ним, с последним ударом спрыгивала со стула «в их новую жизнь» – опять мимо.

Пару лет назад весь декабрь клеила вырезки из разных журналов, создавая «карту желаний». Всё туда наклеила. И Дика – составила его из фото аж из десяти разных актёров – немного непропорциональный он получился, но всё равно красавец, – и их дом, машину, детей, собаку и кошечку не забыла, и розовую коляску, как у Маши из соседнего подъезда. Маша родила в восемнадцать лет; муж, старше её на десять лет, купил ей такую коляску для малыша, что все подруги, не наигравшиеся в куклы, обзавидовались. Ира нашла её в каталоге Mothercare и наклеила себе в «карту». Короче, тоже не сработало.

В прошлом году загадывала как в фильме «Ёлки». Там героиня во время боя курантов быстро написала своё желание на листочке, пока бой не закончился, подожгла листочек, кинула пепел в бокал, залпом выпила шампанское, а в конце серии встретила своего принца на пожарной машине. Ира, во-первых, обожгла палец, во-вторых, подавилась шампанским. В общем, ничего не вышло.

В этом году уже точно нельзя промахнуться. Ира решила делать всё совсем не так, как раньше. Это всё был какой-то детский сад. Теперь она взрослая, и действовать нужно по-другому.

Начала с того, что решила праздновать не дома. Она ещё ни разу без мамы и папы Новый год не встречала. Это же дети так поступают, а детям женихи не нужны. Вот в чём её ошибка.

Её пригласили отмечать праздник в одну компанию. Там будут почти все из больницы, где она работает после медучилища, в основном все старше её на два-три года. Ещё пара её подруг с мужьями и какие-то знакомые знакомых. В общем, человек пятнадцать.

Пригласили её поздно – до праздника оставалась всего-то неделя. Совсем нет времени подбирать наряды. Они с Ниной – это её лучшая подружка, с училища вместе, – пошли в торговый центр. Перемеряли полмагазина, но всё-таки нашли по шикарному платью за две тысячи пятьсот рублей, как раз в стиле Гэтсби – это она в журнале высмотрела, что в этом стиле вечеринки модные проходят. Ну где ещё такой наряд за такие деньги найдёшь! Мама платье одобрила и даже разрешила взять её свадебные туфли и бусы из жемчуга. Вот только Ирочка всё время переживала: она же не очень хорошо знала, как принято в той компании одеваться, – вдруг будет смешно выглядеть?

Дальше нужен был сам способ загадывания желания – такой, чтобы наверняка. Способом поделилась мамина подруга тётя Лена. Конечно, она никакая не тётя, но Ира привыкла с детства её так называть. Лена была авторитетом в этом вопросе. Таким способом она загадала себе мужа, машину, квартиру и даже собаку, все свои туфли и платья. Ира всё это видела своими глазами, а своим глазам она доверяла.

Бумажку с желаниями нужно было написать заранее. Писать в настоящем времени. Как будто она, Ира, уже живёт со своим Диком. Да, вот ещё важно! Лена сказала, зная о мечте Иры про Дика, что нужно назвать его по-другому.

– У нас нет Диков. Мы в России. Ты уменьшаешь себе шансы, – авторитетно заявила она, помешивая кофе на их кухне.

Кофе был её коньком: она всегда варила его им с мамой, когда приезжала погостить и поболтать о своём, о девичьем. Это был целый ритуал. Она привозила именно свою турку, ложку с длинной ручкой и какой-то сбитень, пахнущий пряниками. Потом колдовала над ним полчаса. Кофе и правда был шикарен.

Над сменой имени избранника Ира раздумывала долго, но так и не решилась. Для неё он был Дик – и точка. В общем, нужно было на протяжении пары месяцев подробно расписывать и представлять, как они уже живут вместе, семьёй, как и что он говорит, что они делают, какого он роста, какого цвета волосы, глаза и так далее. Учитывая, что Ира грезила им лет с тринадцати, то есть почти десять лет, ей было несложно. Она всё исправно писала очень мелким почерком. Получилось несколько тетрадных листочков. Их-то она и сложила в маленький квадратик и убрала в бюстгальтер, чтобы не потерять.

– В Новый год, когда будут бить куранты, тебе нужно достать листочек, положить его возле бокала с шампанским, самой прокрутиться вокруг своей оси 12 раз, повторяя при этом то, о чём написано на листочке, представляя это в настоящем времени. А на последний удар взять листочек в руку и произнести: «Желание тайно, но станет реально». Потом убрать листочек в коробочку и весь год к нему не прикасаться. В течение года всё должно произойти, – инструктировала тётя Лена Иру, попивая кофе.