Таша Мисник – Под слезами Бостона. Часть 2 (страница 29)

– Ничего не знаю. Ник и Бостон посчитали это крутой идеей, – гордо сообщаю я.

– Нас это не спасет.

– Не будь занудой, Стен. Тебе нужно привести его в квартиру к семи вечера. Займи его чем-нибудь. Например… Ремонтом в баре… Не знаю… Напряги его чем-то.

– Он и так вечно напряжен. На что ты меня подбиваешь, Панда? Смерти моей хочешь?

– Брось. Будет весело! Юджин уже во всю носится, накрывая стол.

– Ты даже моего жениха напрягла.

– Жениха… Как звучит… Кольцо покажешь? Говорят, оно фамильное, – усмехаюсь я.

– Все, пока, – уверена, прямо сейчас Стенли закатила глаза, но все равно улыбнулась.

– Жду к семи!

***

Кажется, я волнуюсь.

Уже десять раз проверила сервировку стола, блюда, оформление, любимый ви́ски Эзры. Вроде бы простой семейный ужин на семь человек, но я дико нервничаю.

«А вдруг Эзре действительно не понравится?».

Я провалюсь сквозь землю.

– Панда, расслабься, – дергает меня за руку Бостон, который принарядился и согласился нацепить на свою черную рубашку галстук-бабочку. – Все очень красиво.

– Правда? – кусаю губы и еще раз обвожу взглядом гостиную. Я не уверена.

– Да. И ты очень красивая, – говорит Бостон и тут же отводит взгляд. – Носи платья почаще.

– Эм… Спасибо, Бостон.

Улыбаюсь и разглаживаю руками складки темно-зеленой атласной юбки. Она с высокой талией, пышная за счет подъюбника и разноуровневая. Спереди достигает колена, а сзади струится до щиколоток. Юджин сказал, что мне очень идет, когда мы покупали ее. Сверху я надела черный кружевной топ, который достает до широкого пояса юбки. На ногах – босоножки Valentino, подаренные Эзрой.

– Серена, ты великолепно выглядишь, – ко мне подходит Ник и одаривает теплой улыбкой.

У него очень красивые глаза. Тон такой же, как у Эзры. Топленый горький шоколад. Только Эзре цвет придает таинственности, а его отцу – какой-то особой доброты во взгляде. Я не могу сдержать ответной улыбки.

– О… Спасибо.

– Тебе спасибо. Я еще никогда не видел своего сына таким счастливым.

Я робею. Закусываю губу и заливаюсь краской. О Боже… Я делаю Эзру счастливым. Я. Серена Аленкасти. И это видит даже его отец.

– Не волнуйся. Все прекрасно, – Ник приобнимает меня за плечи. Этот жест напоминает мне теплые объятия моего отца, когда мне было пять. Я так по нему скучаю… – А если Эзра начнет возмущаться, я быстро его пресеку, – Ник посмеивается, и я отвечаю ему тем же, но какой-то непонятный мандраж не покидает тело.

Ник уводит Бостона к закускам, а я беру в руки айфон, чтобы взглянуть на время, и нахожу сообщение от Эзры:

«Я в курсе твоих махинаций, хитрая Панда. И я подыграю тебе. Но не смей покупать мне подарок. Я хочу выбрать его сам.

Будем к семи.

И знай на будущее: расколоть Стенли – как взломать твой Apple ID».

Дьявол.

И чертов гений.

Мне никогда его не провести. Но я рада, что он согласился.

Я облегченно выдыхаю и теперь могу даже расслабленно улыбнуться. И опрокинуть в себя полбокала вина. Или целый, чтобы коленки наверняка перестали трястись.

***

Уже семь. Они вот-вот должны прийти. А один гость до сих пор отсутствует. Или он все-таки решил не рисковать… Я не знаю. Я слишком нервничаю и уже содрала кожу возле кутикулы с больших пальцев рук.

Раздается стук в дверь, я вскакиваю на ноги.

Господи. Пусть все пройдет нормально.

Открываю дверь и сталкиваюсь с лучезарной улыбкой Стенли.

– Это мы-ы-ы-ы, – растягивает она. – Я и виновник нашего торжества!

– Стен, я же просил, – ворчит Эзра за ее спиной, но тут же застывает, увидев меня. Он звучно сглатывает. – Стен, не могла бы ты увести всех гостей куда-нибудь подальше? Мне нужно остаться с этой прекрасной леди наедине. Сейчас же.

Он шагает вперед и обхватывает мою талию, прижимая к себе.

– Мое совершенство… – шепчет на ухо и целует меня в шею. Затем выше. Выше… И еще выше, подбираясь к губам. Господи… Мои коленки начинают подкашиваться. «Не останавливайся и уволоки меня в спальню», – хочется сказать так. Но разве я зря старалась весь день?

– С днем рождения, мой Дьявол, – тихо проговариваю ему в губы. – И сегодня я у твоих ног.

– О ч-черт… – Эзра притягивает меня еще ближе и сжимает в объятиях так крепко, что невозможно продохнуть. – Нам точно нужен этот ужин? Я могу полакомиться кое-чем в разы слаще, – касается губами моего уха и хрипло шепчет: – Между твоих ног…

Матерь Божья…

Клитор начинает пульсировать, и я сжимаю ноги. Если сейчас же кто-нибудь не вмешается, я сама уволоку его в спальню.

– С днем рождения, сын, – Ник подступает к нам, и Эзре приходится выпустить меня из своих рук. – Оставь Серену в покое хотя бы на секунду и обними отца.

Эзра принимает объятия Ника, и тот хлопает несколько раз по его плечу. Эзра улыбается. И это так красиво. Так искренне. Я бы хотела всегда видеть его именно таким.

– Береги ее, – слышу, как шепчет Ник, а Эзра поглядывает на меня из-за его плеча и произносит одними губами «всегда», так, чтобы заметила только я.

Мне тепло. В груди разливается приятное, тянущее чувство, от которого хочется сиять и парить в воздухе. Это ли не счастье?

– С днем рождения, Эзра, – ровно произносит Бостон, и Эзра отстраняется от Ника.

Без лишних слов Бостон протягивает ему запакованный подарок в разноцветной обертке и с красным блестящим бантом.

– Я сам накопил, – добавляет он. – И мне кажется, тебе это нужно.

Эзра непонимающе смотрит на него, затем на меня, но я лишь пожимаю плечами, недоумевая, что задумал Бостон. Судя по выражению лица Ника, он тоже не знал о подарке.

Эзра аккуратно срывает обертку и теперь держит в руках пустую рамку для фотографии. Красивую, аккуратную, из черного дерева.

– Я видел ту… – говорит Бостон. – Из твоего ящика возле кровати. Она старая. А та фотография, кажется, для тебя много значит. Пора поменять рамку.

Руки Эзры начинают дрожать. А я, кажется, догадываюсь, о чьей фотографии из прикроватной тумбы идет речь.

Джейд.

Не замечаю, как закусываю губу и позволяю слезе скатиться по щеке, но тут же ее смахиваю. Эзра растерянно смотрит на Бостона. Затем на меня. На Ника. На меня. Я вижу в его глазах проступившие слезы. Он не знает, что сказать. Бостон попал в цель. Он нашел его тайник, о котором не знала даже я. Он нашел память о Джейд, которую Эзра хранит по сей день.

Дети всегда слишком любопытны.

Всегда прямолинейны.

Всегда задевают до глубины души.

– Спасибо… – шепчет Эзра и нагибается, чтобы сжать в крепких руках своего сына. – Ты выбрал идеальный подарок.

Бостон обхватывает плечи Эзры и прикрывает глаза, а мое сердце пропускает удар. Я смотрю на Ника и вижу слезы в его глазах. Стенли тоже раскраснелась и прониклась моментом, а Юджин в недоумении поглядывает на прослезившуюся меня.

Звонок в дверь прерывает нашу затянувшуюся паузу, и я подаю беззвучный сигнал Стенли, что пора всех уводить в гостиную, ведь я знаю, кто пришел. И Эзре лучше встретить этого гостя наедине со мной.