Таш Оу – Пятизвездочный миллиардер (страница 39)
Когда Гари появляется на сцене, небольшая толпа в сотню человек отзывается криками. Как-то странно вновь выходить к публике. Гари не репетировал и не готовился к этой халтуре, он вообще не понимает, зачем он здесь, однако начинает покачиваться в такт музыке. Он профессионал, тело знает, что ему делать, даже если душа спит. Через мгновенье он поднесет микрофон к губам, и горло, не дожидаясь приказа, испустит яркий и чистый звук. Это что-то вроде шоферского навыка, считает Гари, хотя сам машину не водит.
Уже минуло четыре с лишним месяца с тех пор, как обсуждение его хулиганских выходок заполонило страницы бульварных газет и журналов, а также интернет-сайты, рассадник сплетен. Все это время Гари обитал в районе Чжабэй, в съемной квартире из двух спален, скромной гостиной и маленькой кухни, с видом на пять других домов-башен, образующих жилой комплекс. Меж этими тридцатиэтажными исполинами расположился ярко-синий бассейн в форме бутылочной тыквы – две соединенные окружности, одна больше другой. С высоты двадцать восьмого этажа, где живет Гари, бассейн выглядит одномерной бутафорией в кайме пальм. Высоченные здания заслоняют солнце, вода не может прогреться, и в бассейне никто не купается, хотя весна уже переходит в лето. Только это и видит Гари, не считая окон квартир напротив.
Поначалу он возненавидел свои апартаменты, тоскуя по старому жилью в Тайбэе, но потом сообразил, что впервые за долгие годы может не задергивать шторы ни днем ни ночью. Здесь не было папарацци, у которых объектив размером с ракетный двигатель, никто не рылся в его мусорном ведре и не прикидывался газовщиком, явившимся снять показания счетчика. Полностью раздернутые шторы превращали его самого в наблюдателя. Он смотрел в чужие квартиры, где под резким неоновым светом ужинали семьи. Потом дети садились за уроки, а родители к телевизору – десятки семейств делали одно и то же в неизменное время. Он знал, какие программы они смотрят, видел цветные презентации на их компьютерах и порой подпевал им под музыку караоке. Он усмехался, когда соседи исполняли его собственные хиты, ставшие классикой караоке, такие как «Солнце после дождя», «Т-Е-Б-Е» или в его аранжировке для струнных и фортепиано обработку «Прошедшей любви» Лесли Чуна[47].
Конечно, жильцы из дома напротив тоже могут заглянуть в его окна, но их случайному рассеянному взгляду предстанет всего-навсего унылый одинокий парень, каких в Шанхае пруд пруди, который перебирает струны гитары, либо что-то наигрывает на синтезаторе, либо скачет по каналам телевизора с огромным экраном, одновременно болтая по интернету. Он ничем не отличается от сотен других парней в этом жилом комплексе, а люди, обитающие в столь тесном и многоликом соседстве, особо не присматриваются к частной жизни друг друга. У всех думы о завтрашнем дне, им не до него, и своих забот хватает.
Гари здесь нравится.
Всякий день он просыпается с радостной надеждой, что нынче раздастся звонок от агента с известием о новой студийной записи или небольшом туре в Таиланд или в Индонезию, где популярность его не уменьшилась, поскольку там немногие имеют доступ к прессе на китайском языке, неустанно поливавшей его грязью. Но агент балует его звонками не чаще раза в неделю, а то и реже. Поначалу Гари часто звонил сам, предлагая возможные варианты, ибо уже стосковался по концертам, своему сценическому образу и приливу адреналина во время выступления. Но потом, обескураженный неуловимостью агента, звонить прекратил, устав от общения с автоответчиком, которому наговаривал свои невразумительные послания. Кроме того, было унизительно сознавать, что еще недавно любому его звонку в звукозаписывающую фирму уделяли максимум внимания. Вот так устроен шоу-бизнес. На волне успеха тебе претит собственная популярность, ты хочешь, чтобы тебя оставили в покое, но как только твой звездный час миновал, ты теряешь право на какие-либо желания.
И Гари сосредоточился на музыке – написал несколько песен и сделал современные аранжировки кое-каких народных мелодий. (Возникает воображаемая картина: по прошествии времени у него снова берут интервью, и на вопрос журналиста, где он черпал вдохновение для создания новых произведений и переделки традиционных, Гари отвечает: «В черную полосу своей жизни я, пребывая в полном одиночестве, прислушивался к пению караоке, доносившемуся из соседнего дома».) Он приказывает себе сосредоточиться на музыке и забыть о концертах. Это нелегко. Радостно после долгого перерыва вернуться к сочинительству и грустно сознавать, что, скорее всего, он больше никогда не выступит перед полным зрительным залом.
И еще Гари много времени проводит в интернете, но уже не рыщет по привычным порносайтам, которые в Китае заблокированы и труднодоступны. Нет, он открыл для себя новый вид отношений – виртуальный.
Она «его девушка»? Или «родственная душа»? Он влюблен или просто обрел близкого друга, который понимает его с полуслова? Да нет, он, конечно, не влюблен, но какие-то чувства она в нем вызывает. Вот только он не умеет облечь их в слова. Ощущение странное и волнующее. Похоже, и с ней происходит то же самое: она не считает его своим парнем, но очень рада всякому сообщению от него. Теперь его ноутбук включен постоянно, Гари ждет, когда она выйдет в Сеть. Даже музицируя, он кладет ноутбук рядом, чтобы сразу увидеть появившееся облачко с улыбчивой аватаркой и строчкой «Кошечка пришла!».
Они общаются ежедневно, иногда по три-четыре раза на дню. Вечерами болтают по два-три часа до глубокой ночи, и утром от нее приходит сообщение: «Ооочень невыспатая, но… ооочень счастливая. Иду на работу. Думай обо мне и пожелай удачи на весь день!»
Впервые в жизни Гари настолько сблизился с другим человеком. Прежде он ни с кем не говорил дольше пяти минут, если только речь не шла о музыке или работе. Ему никогда не доводилось поболтать о самых простых вещах: какая еда ему нравится, каких животных он любит, что думает о доле рабочих-мигрантов, о детях, осиротевших в сычуаньском землетрясении. Теперь же его озадачивали вопросом «Кто больше причиняет несчастий противоположному полу, мужчина или женщина?» и тотчас делились собственным взглядом: «Женщина стремится изменить мужчину, тот пытается воспитать женщину, и все кончается тем, что оба друг друга мучают». В самом начале их связи Гари понял, что у него ни о чем нет своего мнения. Прям не человек, а дубина стоеросовая. Вернее, мысли и мнения о многом имелись, только он не умел их выразить. Ему не приходилось размышлять о чем-то важном в своей жизни. До сих пор никто его не спрашивал, как он себя чувствует, никто ему не говорил: «У тебя все хорошо? Ты какой-то грустный». Эта девушка умела выявить в нем то, чего сам он не замечал. Стоило ей сказать: «Сегодня ты немного унылый» или «Нынче ты радостный», как он понимал, что она попала в самую точку.
Однако Гари никогда не видел ее живьем и даже не слышал ее голоса. Раза два она предлагала обменяться номерами телефонов, чтобы с работы посылать ему эсэмэски, но Гари тотчас заговаривал о другом. Он все еще не мог избавиться от накрепко засевшего наказа агента: первое правило самообороны – никому не давать номер своего мобильника.
Вообще-то он мало что поведал о себе. Не рассказал, чем зарабатывает на жизнь, как очутился в Шанхае, в каком районе обитает. Однажды девушка поинтересовалась, откуда он родом, и Гари ответил коротко:
Куцесть сведений о нем ее пока что устраивает. Она не собирается выведывать, женат ли он, занимает ли высокое общественное положение, – скрытность его понятна и простительна. Главное, он мил к ней, остальное не имеет значения.
Она доверчива и откровенна. Присылает свои фотографии в разной обстановке: Народная площадь, смотровая площадка Международного финансового центра с видом на хрустальный шпиль небоскреба Цзинь Мао, паромный причал в Гонконге. Почти все снимки сделаны в одном ракурсе камерой, которую она, чуть запрокинув голову, сама держит на отлете, из чего Гари заключает, что друзей у нее не так уж много.
Что еще о ней известно? Вообще-то немало, поскольку она любит поговорить о себе и во всех подробностях рассказывает о своей жизни, описывая не только собственные переживания, но и чувства окружающих ее людей. Порой Гари кажется, что он лично с ними знаком, став частью ее жизни. Зовут ее Фиби Чэнь, в скором времени она рассчитывает дорасти до управляющей в элитном спа-салоне в районе Цзинъань; она сообщила название и адрес, но Гари их уже забыл (хотя и прикинул, что будь он нормальным человеком, желающим встречи с девушкой, то по прямой линии метро добрался бы до ее работы за двадцать с небольшим минут). Фиби всегда трудилась в сфере дорогостоящих услуг – пятизвездочных отелях и казино, побывав в разных странах Юго-Восточной Азии. Нынешнее заведение не столь известно и гламурно, как некоторые прежние ее места работы, но дает ряд преимуществ и ставит интересные задачи. Фиби во главе команды из пятнадцати массажисток и косметологов, работающих полный день и на полставки. Почти все – необразованные деревенские девушки, руководить ими очень нелегко. У них вечно что-то случается, вечно проблемы.