Таш Эниклис – Наследники. Кзальдр (страница 7)

— Несколько дней. Потом я вернусь к себе, просто сейчас...

— Стася, я не прошу назвать дату отъезда.

Наталья сказала это буднично, без жалости, от которой хотелось спрятаться, и подошла к тумбочке. Она проверила, не осталось ли там лекарств или документов, заглянула в шкаф и сняла с крючка Стасину куртку.

— Мне нужно забрать одежду из квартиры, — сказала Стася. — Там недалеко, мы можем заехать.

— Сегодня обойдешься тем, что уже есть. Доедем, поедим и поменяем тебе повязку.

— Я неделю только лежу.

— У тебя хорошо получается. Еще день выдержишь.

Стася улыбнулась, а Наталья подала ей куртку и придержала воротник, пока она осторожно просовывала руку в рукав. После больничной одежды куртка показалась тяжелой, молния никак не попадала в замок, и Морозова забрала ее из пальцев.

— Сама, — сказала Стася и снова взялась за бегунок. — Мне надо привыкать.

— Привыкай. Я никуда не тороплюсь.

Когда молния наконец застегнулась, Стася села на кровать и положила ладони на колени. Наталья взяла телефон, чтобы вызвать машину, но девушка остановила ее прежде, чем та открыла приложение.

— Про Пелагею ничего?

Морозова опустила телефон.

— Пока нет.

— Понятно.

Другого ответа Стася и не ждала. Наталья не стала обещать, что Пелагею найдут, не предложила ей думать о хорошем и не начала заново перечислять то, что уже сделали следователи. Она выбрала адрес, посмотрела время подачи и села на соседнюю кровать.

— Двадцать минут. Если голова закружится, скажешь до того, как окажешься на полу.

— Скажу, — пообещала Стася и удобнее устроилась на кровати.

В дверь постучали. Морозова повернула голову, но вошедшего Стася увидела раньше и невольно выпрямилась.

***

Батьков понял, что приехал зря, еще возле больничного поста. Кривову выписывали, за ней наверняка уже приехала Морозова, никакой помощи от него не требовалось, а проверить состояние свидетельницы можно было одним звонком. Именно это он и сказал бы любому, кто решил бы спросить, зачем старший опер среди рабочего дня бросил на столе недочитанный рапорт и рванул через весь город.

Нормального ответа у него не было. С самого утра что-то мешало сосредоточиться, раздражали разговоры за стеной, телефонные звонки и даже Хлыстов, оставивший кружку возле папок. Стас дважды принимался за один рапорт, потом вспомнил, что сегодня Кривову могут выписать, и уже через несколько минут оказался в машине. По дороге он успел придумать служебную причину, признать ее полной ерундой и все равно не повернул обратно.

Дверь третьей палаты была приоткрыта. Стася сидела на кровати в куртке, рядом стояла собранная сумка, а Морозова держала телефон и, судя по открытому приложению, ждала такси.

Майор постучал по косяку и остановился на пороге.

— Добрый день. Я не помешал?

— Уже нет, — ответила Наталья и убрала телефон. — Еще минут пять назад могли бы попасть на сборы, а теперь свидетельница одета и почти готова покинуть место содержания.

— Меня выписали, — сказала Стася. Она разжала пальцы на ремне сумки и положила обе ладони на колени. — Все официально.

— Тогда поздравляю. Как себя чувствуете?

— Нормально. Иногда голова кружится, но врач знает.

— Хорошо, что знает, — произнес Батьков и вошел в палату. Оставаться у двери было глупо, уходить сразу еще глупее, поэтому он снял куртку, перекинул ее через руку и посмотрел на криминалиста. — Домой собираетесь?

— Ко мне, — ответила она. — Стася пока поживет у меня.

Он перевел взгляд на девушку. Спрашивать, почему она не захотела возвращаться в свою квартиру, не имело смысла: после Кельи он и сам не отправил бы ее туда одну, однако теперь это решала Кривова, и Морозова не позволила бы никому поступить иначе.

— Я сама попросила, — добавила девушка.

— Понял. У Натальи Альбертовны вам будет спокойнее.

Морозова ничего не сказала, только посмотрела на него внимательнее обычного. Стас приготовился услышать вопрос, каким ветром его занесло в больницу, но она поправила ремень сумки на плече и повернулась к Станиславе.

— Машина будет через восемнадцать минут. Можем подождать здесь или спуститься в холл.

— Лучше здесь, — вмешался Батьков. — Внизу сейчас полно народу.

— Значит, здесь, — согласилась Наталья и села возле окна. Она не спросила, откуда он знает, что происходит в холле, хотя Батьков прошел через него несколько минут назад и уже успел пожалеть, что сказал лишнее.

Стася подвинулась, освобождая место на кровати. Он сел с краю и положил куртку рядом, стараясь не думать о том, что теперь все трое будут ждать такси, а он по-прежнему не понимает, зачем приехал.

— Врач много назначил? — спросил он.

— Таблетки, перевязки и не совершать подвигов, — ответила Стася. — Медсестра обещала привязать меня к кровати, если уйду одна.

— Хорошая женщина. Ответственная.

— Вы бы с ней договорились.

— Я подумаю над этим. Вдруг еще пригодится.

Станислава улыбнулась и опустила голову, но улыбка осталась. Когда майор вошел, она сидела прямо, подняв плечи, и держалась за ремень сумки так, что побелели пальцы, а теперь откинулась к стене и осторожно вытянула ноги. Он заметил это и отвел взгляд, потому что вместе с облегчением пришло странное, слишком личное удовлетворение, которому здесь было не место.

Наталья проверила время подачи машины.

— Еще пятнадцать минут. Водитель пока не двигается.

— Я могу вас отвезти, — предложил Батьков. Слова вырвались раньше, чем он успел решить, стоило ли вмешиваться, поэтому он добавил уже Стасе. — Если вам так будет удобнее. Машина у входа, но такси отменять не обязательно.

Наталья посмотрела на него и едва заметно приподняла брови. Батьков ждал замечания о том, что управление находится в другой стороне, однако она лишь повернула телефон экраном к Стасе.

— Решай. Можем ехать на такси, можем со Станиславом Михайловичем.

Та посмотрела ему в глаза.

— Вы из-за нас не опоздаете?

— Куда?

— На работу.

— Я уже там был. Без меня пока справятся.

— Тогда лучше с вами, если можно.

— Можно, — ответил он и поднялся с кровати. — Только не торопитесь. Машина никуда не денется.

Морозова отменила заказ и убрала телефон в карман, не сказав ему ни слова о внезапно появившемся свободном времени. Станислав был ей за это благодарен: она наверняка заметила и его нелепый приезд, и поспешное предложение, но не собиралась обсуждать их при Стасе или заставлять его оправдываться.

Девушка потянулась за сумкой. Батьков опередил ее, взял сумку с пола и сразу почувствовал, что внутри почти ничего нет.

— Она легкая, — предупредила та. — Я сама донесу.

— Верю. Но раз уж я приехал, должна же от меня быть хоть какая-нибудь польза.

— А вы без пользы не можете?

Вопрос застал его врасплох. Стася смотрела без насмешки, ожидая ответа, а Морозова застегивала пальто и старательно не вмешивалась.

— Плохо получается, — признался Батьков. — Привычка.

— Тогда несите. Мне сегодня спорить тоже запретили.