Таш Эниклис – Годана. Пламя Памяти (страница 2)
– Ага, – одновременно ответили девицы и приветливо улыбнулись.
– Я, Вера – старше Крижаны на четыре года, – сказала кареглазая девушка. – Она у меня бойкая. Не терпит несправедливость и всегда за всех заступается, если при ней кого-нибудь обижают. Часто приходится успокаивать, вот.
Она нежно посмотрела на сестру и ласково погладила ту по голове руками, опутанными веревкой. Крижана прильнула к ней и улыбнулась в ответ, коснувшись своими связанными ладонями плеча Веры.
– О, Господи! Какие нежности! – проворчала Карна и отвернулась к стене.
– А ты, завидуй молча, – осторожно засмеялась Крижана.
– Все, девочки! Оставьте ее. Пусть уже спит, – строго изрекла Агнесса. – И правда, нелегко уснуть будет под такой храп.
– Меня зовут Годана. Ты знаешь, куда нас ведут? – набралась я решимости и тихонько спросила ее.
– Точно не могу сказать, но кому мы понадобились, знаю. Странно, что ты – нет… – ответила женщина и подозрительно на меня взглянула. – Откуда ты?
– Догадываюсь… Только догадки эти настолько ужасные, что хотелось бы, чтобы они оказались неправдой… – честно призналась я. – Мы в Другомире?
– Откуда ты? – с нажимом повторила свой вопрос Агнесса.
– Я из Ясномира… Так, значит, в Другомире… – вздохнула обреченно.
– Из Ясномира? Он, все–таки, прорвался туда снова? Но зачем? Там же не осталось сильных ведьм… – она шокировано уставилась на меня и хотела сказать еще что–то, но в этот момент один из монсогров замолчал, перевернулся на другой бок и снова захрапел.
– Как это – не осталось?.. – не поняла я.
– Чья ты дочь?
– Какая разница?
– Кто твоя мать? – строго спросила Агнесса.
– Миланья! – ответила я и с вызовом посмотрела на женщину.
– Миланья… Сколько тебе лет?
– Восемнадцать… – оторопела я.
– Не может быть… Ты жива? Не может быть! – обрадованно вскрикнула она и в ужасе закрыла рот ладонью, быстро взглянув в сторону наших конвоиров.
К счастью, они уже крепко спали и не проснулись. Женщина смотрела на меня не верящим взглядом и больше не проронила не слова. Остальные также в шоке уставились на меня. Но молчали.
Мне стало неловко. Я поежилась и обернулась на маленькую девочку, Ружану. Та мирно посапывала, подставив свои махонькие связанные ладошки под голову.
– Значит, пророчество Бежаны не обмануло. Ты, действительно, вернулась… – нарушила возникшую тишину Агнесса. – И драконы…
– Что? – не поняла я.
– Так вот почему ты была уверена, что они нас не убьют…
– Может, ты расскажешь мне о пророчестве? – попросила я.
– Мы все думали, что ты погибла в пожаре… Ты была совсем ребенком… – слезно прошептала женщина. – Твое настоящее имя не Годана…
– Бежана… Ты знакома с Бежаной? Я понимаю, что пророчество обо мне, но не знаю о чем оно. И что я умерла, а потом родилась снова, тоже знаю… Значит, ты в курсе, как меня звали раньше? – спросила негромко. Она же в ответ утвердительно кивнула. – Скажи! Пожалуйста…
– Не могу… – печально произнесла Агнесса. – Но я очень рада, что ты вернулась. Наконец–то!
– Спасибо, конечно. Только вот, толку от этого мало… – пробубнила я в ответ.
– Если ты почувствовала, что драконы – друзья, то и об имени должна догадаться сама, – ласково улыбнулась она.
Я прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза. Вспомнила, как Сильван жадно целовал меня там, в хате Бежаны. Как он испуганно отстранился…
Опустившись на холодный пол нашей тюрьмы, я устроилась поудобнее и стала представлять, что лежу в своей кровати, а в соседней комнате находится любимый. От горького сожаления, что могла видеть его образ, только закрыв глаза, я мысленно стала напевать:
“Нечаянно любовь в душе открылась…
Как жаль, что лишь в моей она живет…
Прости, что от тебя ее укрыла –
Невыносим отказа тяжкий гнет!
Я вспоминаю о тебе все чаще!
Ты проникаешь даже в мои сны…
И дрожью тело бьет непроходящей.
Я ночи жду теперь. Они честны…
Мы верим в рай свиданий безмятежных,
Но дарят нам лишь миг объятий нежных.
Надеждами о счастье нас маня.
Любовь! Зачем ты мучаешь меня?
Ты в душу ангелом вошла однажды.
Пообещав, что счастлив будет каждый.
Что станет лучше жизнь день ото дня.
Любовь! Что ж обманула ты меня?
Мне память часто губы обжигает.
Я помню, как сладки твои на вкус…
Они мне выжить в Другомире помогают!
Я даже встречи с Слобесаром не боюсь!
И пусть нас разделяют километры…
Моей любви неведомы преграды!
Я передам тебе о ней чрез ветры.
И знать, что ты в порядке, буду рада…”
Глава 2. Сильван. Зов любви
Я уже складывал корни пятиперстника в мешочек, когда услышал Богдана. Он вылетел из-под веток большой раскидистой ели и направился ко мне. Я тут же выпрямился и, улыбаясь, помахал ему рукой, приглашая присоединиться.
– Тркар! – спросил вороненок.
– Лапчатку собирал… Да закончил уже. Я – домой. Ты со мной? – проговорил, между делом рассовывая мешки с травами по карманам.
– Тркар! – поинтересовался пернатый.
– Годана… Годана проснулась, но… Время подходит… – печально сказал ему.
– Тркар! – не понял врановый.
– Ей снились символы… Она не помнит, почему они ей знакомы. Я, как мог, постарался убедить, чтобы она сейчас не пыталась ничего вспоминать, но… Она же упертая. Рано или поздно догадается. Думаю, что у нас мало времени. Слобесар скоро найдет ее или, не дай бог, она сама попадет к нему. Нельзя Годану сейчас оставлять одну, – заключил я и вздохнул. – Так что, пошли скорее…