Tas Shir – Зефирка для Злодея (страница 2)

Неудача на конкурсе казалась теперь мелочью. Максим Соколов – человек, чьи слова разносили в пух и прах куда более успешные заведения. Его язвительные обзоры обсуждали, цитировали, ему верили. А он… он уже составил мнение и обо мне.

Наверняка уже монтирует видео, где высмеивает кривые стулья, мой дрожащий голос и «любительские» пирожные…

Я закрыла глаза, представляя заголовки: «Кондитерская для отчаянных домохозяек», «Сладости, от которых хочется плакать». Клиенты, и так не самые многочисленные, разбегутся.

Глава 2

Анна:

На следующий день в блоге Соколова вышла статья с видео. Я знала, что все будет плохо, но не ожидала, что настолько. Критика моей кондитерской была настолько холодной и черствой, что я почувствовала, как сердце провалилось куда-то в пятки. Каждое слово, каждый кадр – будто удар ножом. Я боялась посмотреть и прочитать это все, но… все уже сделано, от критики не отвертеться.

Ага, сказать легче, чем принять.

Я сидела перед экраном, сжав кулаки, и пыталась дышать глубже. В голове крутились мысли:

«Как он мог? Почему именно так? Ведь я старалась, вкладывала душу!»

Но Соколов, как всегда, был беспощаден. Его слова звучали так, будто он не просто критиковал, а наслаждался процессом. Как будто моя кондитерская была для него не местом, где люди радуются сладостям, а полигоном для его язвительных замечаний.

Но знаете что? Сдаваться явно не в моем характере.

Я закрыла ноутбук, встала и подошла к окну. За стеклом шумел город, люди спешили по своим делам, и вдруг я поняла: Соколов – это всего лишь один человек. Один голос среди тысяч. Да, его блог популярен, да, его мнение имеет вес, но это не значит, что он прав. И уж точно это не значит, что я должна сломаться из-за его слов.

«Надо точно этого засранца поставить на место и ответить на его бестолковую критику!» – пронеслось у меня в голове.

Я взяла телефон, нашла номер той ассистентки и начала писать сообщение.

Только потом остановилась.

Черт возьми, да что я делаю? Зачем я себя веду сейчас, как обиженка, которая хочет доказать обратное?! Нет-нет, моя эмоциональность сейчас только навредит всему. Критика – это еще не конец света!

Так, хорошо, а что же тогда делать?

Я села на стул, положила телефон на стол и закрыла глаза. Нужно было успокоиться и подумать рационально. Если уж он меня так раскритиковал, то надо сначала назначить с ним встречу. Лично. Глаза в глаза.

Но что дальше?

Нужно его вывести на чистую воду…

– Вряд ли же он сам занимался кондитеркой! – в сердцах выдохнула я.

И тут меня осенило. Соколов – критик, блогер, но он вроде не профессионал в кондитерском деле. Его мнение субъективно, и, возможно, он даже не понимает, как сложно создать идеальный десерт. А что, если я предложу ему попробовать самому? Не просто съесть, а приготовить что-то вместе со мной? Пусть почувствует, каково это – стоять у плиты, подбирать ингредиенты, следить за временем, чтобы ничего не подгорело.

Нет-нет, просто попробовать что-то приготовить – это слишком легко. Нужно вызвать его на кондитерский поединок!

Я улыбнулась. Идеальный план.

Снова взяв телефон, я набрала сообщение его ассистентке. Коротко, вежливо, без лишних эмоций. Я предложила встречу, на которой мы могли бы обсудить его замечания и, возможно, даже сотрудничество. В конце добавила:

– «Пусть Соколов сам создаст что-то вкусное. Это будет интересно и для него, и для его зрителей».

Отправив сообщение, я почувствовала облегчение. Да, критика больно ударила по самолюбию, но теперь у меня был план. И этот план мог не только спасти репутацию моей кондитерской, но и показать, что за каждым десертом стоит труд, любовь и настоящая страсть.

Я подошла к витрине, где стояли свежие пирожные, и улыбнулась.

– Ну что, Максим Соколов, – прошептала я, – готов ли ты к настоящему кулинарному вызову?

Я знала, что мне никто не ответит, но мысленно уже праздновала победу.

Соколов, ты просчитался. Я не из тех, кто сдается.

Дальше был ответ от ассистентки и… приглашение на разговор.

Я читала сообщение несколько раз, будто проверяя, не ошиблась ли.

«Максим готов встретиться с вами завтра в 15:00 в его офисе. Он заинтересован в вашем предложении и хотел бы обсудить детали».

Заинтересован? Хотел бы обсудить?

Я чуть не рассмеялась. Ну конечно, заинтересован. Кто бы отказался от такого шоу? Соколов, конечно, не дурак – он понимает, что это может стать отличным контентом для его блога. Но я тоже не лыком шита. Если он хочет зрелищ, то он их получит!

***

На следующий день я тщательно подготовилась. Надела строгий, но элегантный костюм, собрала волосы в аккуратную прическу и взяла с собой папку с документами. Там были рецепты, фотографии лучших десертов, отзывы клиентов и даже несколько дипломов с конкурсов. Я не собиралась оправдываться – я собиралась доказать, что моя кондитерская заслуживает уважения.

Офис Соколова оказался таким, каким я его и представляла: минимализм, стекло, металл и много техники. Все кричало о том, что здесь работает человек, который привык быть в центре внимания.

Меня провели в кабинет, и вот он – сам царь и бог – Максим Соколов. Высокий, подтянутый, но в этот раз с идеальной укладкой и легкой ухмылкой на лице. Он встал из-за стола, чтобы поздороваться, и я почувствовала, как его взгляд скользнул по мне, оценивая.

– Анна, приятно познакомиться снова, – сказал он, протягивая руку. – Спасибо, что нашли время.

О, да, приятно ему, как же…

– Взаимно, Максим, – ответила я, пожимая его руку, хотя чертовски не хотела этого делать. – Спасибо за возможность обсудить вашу критику.

Мы сели, и он начал первым.

– Итак, я посмотрел ваше предложение. Кондитерский поединок, да? Звучит интересно. Но скажите, зачем вам это? Вы хотите доказать, что я был неправ?

Я снова улыбнулась. Мне же не нужно, чтобы он сорвался с крючка!

– Нет, Максим. Я хочу показать, что кондитерское искусство – это не просто красивые картинки и сладкие слова. Это труд, терпение и любовь к своему делу. Вы критиковали мою работу, и я уважаю ваше право на мнение. Однако хочу и посоревноваться с таким гуру десертов. Неужели вы откажитесь?

Он задумался. Даже дернул бровью, потом посмотрел в одну сторону, в другую, как будто был воришкой.

И тут он выдал:

– Хорошо, я согласен. Но давайте сделаем это интереснее. Мы устроим шоу. Вы готовите, я готовлю. Зрители решают, кто лучше. Как вам идея?

Я почувствовала, как сердце заколотилось. Шоу? Это был риск. Но я уже зашла слишком далеко, чтобы отступать.

– Договорились, – сказала я уверенно. – Но давайте установим правила. Мы оба готовим торт, чтобы было честно.

– Принимается, – ухмыльнулся он. – И, Аня, одно условие: никаких обид. Это просто игра.

– Никаких обид, – согласилась я.

Когда я вышла из его офиса, то почувствовала, как адреналин бурлит в крови. Это был мой шанс. Шанс не только реабилитировать свою кондитерскую, но и показать всем, что я не боюсь вызовов.

– Ну что, Максим Соколов, – прошептала я, садясь в машину. – Посмотрим, кто кого.

И я улыбнулась, потому что знала: игра только начинается.

Глава 3

Анна:

Мне казалось, что удалось завершить большую часть дел в тот раз.

Ага, не тут-то было.

Оказалось, что мало договориться о кондитерском поединке – необходимо удовлетворить все макулатурные запросы с разных сторон. Это я еще про бухгалтерию промолчала. Одних юристов с головой хватило на первых парах!

В общем, первый день после встречи выдался настолько тяжелым, что уже руки потряхивало, а в голове засела мысль: «А не бросить ли все это?».

Ну, нет уж! Раз взялась за разоблачение, так надо до конца идти!

Так, ладно, отставить панику. Вальсируем!