Таня Виннер – Дважды в одну реку (страница 4)

– Например, как получается, что главный бухгалтер носит штопаные колготы и костюм "Привет, Советский Союз"? У вас бабушка тяжело больна, и все средства уходят на ее лечение?

Чтобы не провалиться со стыда, Маша залпом осушила остатки вина. Святослав обновил бокал.

– Не смущайтесь. Вы меня видите в первый и в последний раз. И мы не в ресторане, никто не услышит.

Мужчина поднял свой стакан в приветственном жесте:

– Давайте, сегодня просто поговорим, как два незнакомца?

Маша почувствовала, как начинает хмелеть.

Глава 5

– У меня две взрослые дочери, – начала Маша.

– Которые не ходят в штопаных колготках, – смеясь, закончил за нее Святослав.

– Ну, да, – Маша улыбнулась. – Даже представить себе не могу, что было бы, если бы я им это предложила.

– А муж? – Святослав кивком указал на обручальное кольцо. – Не участвует в семейном бюджете?

– Сергей – художник, у него нет постоянного дохода, – Маша вспомнила, что и самого Сергея теперь нет, и опустила глаза.– И он вчера ушел.

– Куда? – Святослав не сразу сориентировался.

– К другой женщине, – Маша почувствовала, как по щекам побежали слезы.

Она схватила со стола салфетку и принялась размазывать тушь:

– Простите.

– Понятно, – Святослав понимающе закивал.

– Что вам понятно?! – огрызнулась Маша. – Думаете, я сама виновата в том, что он ушел?

– А кто-то еще так думает? – уточнил Святослав, закидывая в рот суши.

– Мне кажется – все, – Маша хлюпала красным носом.

Святослав подлил ей еще вина:

– Я не очень люблю плачущих женщин. Мне кажется, женщины должны плакать только от умиления. Любуясь котиками, например, – он закинул в рот лист имбиря. – Предлагаю сменить тему.

Маша приняла команду и попыталась взять себя в руки.

– Пообещаете завтра сделать макияж, когда пойдете на работу? – попросил Святослав.

– Я делаю макияж, – Маша обиженно поджала губы.

– Гигиеническая помада и верхние ресницы не считаются, – пожурил Святослав.

Маша кивнула. Через сорок минут и еще два бокала, она уже сидела с ногами на диване и рассказывала едва знакомому мужчине о своих школьных успехах. Ей очень хотелось доказать, что она не такая, какой всем кажется! Вечер пролетел незаметно.

– Двадцать ноль ноль, – Святослав посмотрел на часы. – Готов отпустить вас.

Он помог Маше встать с дивана.

– Спасибо, – проговорила женщина устало, язык слегка заплетался.

– За что? – улыбаясь, уточнил Святослав.

– За то, что не воспользовались пьяной девушкой, – Маша и сама понимала, что несет чушь.

– Я бы этого не сделал, – усмехнулся Святослав, поддерживая ее под локоть.

– Почему? – удивилась Маша.

– Во-первых, потому что вы не на столько пьяны, – объяснил он. – Во-вторых, потому что я вас не хочу.

Маша замерла, на глаза снова навернулись слезы:

– Совсем?

– Мария, вы и сами себя не хотите, – попытался объяснить Святослав. – Мужчины это чувствуют.

***

Очередной укол помог Маше протрезветь. Она смотрела в окно такси и пыталась сдерживать слезы. Чего бы не хотел Святослав, но он сделал еще хуже.

Настя закрылась в своей комнате и готовилась к лекциям. Младшая Оля вышла поприветствовать маму.

– Ты пила? – нахмурилась девушка.

– Немного, – ответила Маша, стягивая сапоги. – У коллеги был день рождения.

Она сжала зубы, чтобы не свалиться прямо на пол, на глазах у дочери.

– Вы кушали?

Оля все еще подозрительно смотрела на мать:

– Настька не ест, когда учит, а я съела гречку с котлетой.

Маша кивнула и поплелась на кухню. Она закрутилась в поисках турки, нашла ее грязной в раковине. Настя снова не помыла! Сыпанув две ложки кофе и залив его холодной водой, Маша поставила турку на плиту и нарочито медленно опустилась на стул.

В голове стучали слова Святослава "Ты сама себя не хочешь". Маша посмотрела в темноту коридора: дочерей видно не было. Она зажала рот рукой и разрыдалась.

Кофе удалось поймать до того, как он выбежал и залил бы плиту. Маша перелила его в чашку и пошла в комнату переодеваться.

Кофе помог немного прийти в себя. Маша постирала, погладила, сварила девочкам суп и картошку на завтра, залила овсянку на утро. И только после этого забралась под одеяло и уснула.

***

Весь вечер Святослав ругал себя. Он просматривал фото и пытался уговорить свою совесть, что он хотел как лучше. Кто-то же должен был открыть этой женщине глаза?

И чего он полез? Сколько их таких по улицам ходит? Замученных бытом, загнанных в круговерть обязанностей. Каждую спасать?

Она была чудо как хороша в этом голубом платье! Только нужно переснять фото. Не в офисе, не на этом стуле. В особняке, на диване. В саду у фонтана.

***

Маша проводила дочерей и стала собираться сама. Конечно, она не вспомнила про своё обещание сделать нормальный макияж. Вообще, весь вечер всплывал урывками, кусочками.

Маша надела дежурный "вторниковый" костюм и взяла новую пару колгот, которые хранила на особый случай. Старые убрала на полку, потом помедлила и отнесла их в мусорное ведро. По пути зацепилась за своё отражение в зеркале и залюбовалась. Новый цвет волос придал всему лицу жизни. Почему она так редко красила волосы? Потому что никто не обращал на это внимание.

***

Время приближалось к обеду, когда в кабинет вошел курьер одного из маркетплейсов.

– Мария Зотова? – спросил молодой человек, оглядывая бухгалтеров.

– Это я! – отозвалась Маша. – Я что-то заказывала? Вообще не помню.

Курьер пожал плечами:

– Адрес ваш, имя ваше.

Маша расписалась в накладной и повертела коробку в руках, пытаясь вспомнить, что она заказывала? Может, это девочки заказали? Они иногда так делали, когда знали, что не смогут принять доставку дома. Маша удовлетворилась этой догадкой и убрала коробку в свою необъятную сумку.