Таня Виннер – Дважды в одну реку (страница 2)
– Думаю, ваши замы справятся пару часиков. К тому же, директор сказал, что у нас здесь полная свобода действий.
***
Святослав указал Маше на стул-реквизит, где не так давно сидела профессиональная модель:
– Присаживайтесь, пожалуйста.
Марина подскочила к ним:
– Свят, может, хоть голову ей помоем?
– Обязательно, – кивнул мужчина. – Для фото "после". Скажи гримерам, пусто готовятся.
Маша зажалась и положила руки на колени, словно школьница. Свет от ламп слепил и не позволял толком разглядеть, что происходит за фотозоной.
– Мне что-то нужно делать? – Маша чувствовала себя ужасно неловко.
В голове вертелась мысль, что она так и осталась в зимних сапогах. Она попыталась спрятать ноги под кресло, от чего чуть не упала.
– Просто, слушайте мои команды, – ответил мужчина и взял огромный фотоаппарат. – Вы когда-нибудь участвовали в фотосъемке?
– Профессиональной? – уточнила Маша.
Мужчина кивнул.
– На документы фото делала, – вспомнила Маша.
Он снова кивнул:
– Не пугайтесь: я буду делать много фото с разных ракурсов.
После десяти минут на кресле, Святослав попросил ее подойти к окну:
– Можете мечтательно посмотреть вдаль? – попросил он.
Мечтательно? Это как? Маша представила Сергея за работой, когда он, будто уходит в другой мир. Она могла часами наблюдать за ним.
– Умница! – прокомментировал Святослав. – А теперь грусть, будто вы понимаете, что вашим мечтам не суждено сбыться.
Не суждено. Он же ушел. Больше она не посмотрит так на него.
– Эй-эй… – испуганный мужской голос вернул ее в реальность.
Маша отвернулась от окна, Святослав опустил фотоаппарат и испуганно смотрел на нее:
– Не надо так близко к сердцу принимать, это всего лишь съемка.
Глава 3
Маша кивнула, не объяснять же первому встречному, что у нее в этот момент сердце на части разрывается.
– А теперь снимаем "после".
– Не получится, Святослав Викторович! – к ним подлетела женщина лет пятидесяти с несколькими вешалками в руках.
– И почему? – мужчина ждал продолжения.
– Да, у нее тут не меньше сорок восьмого! – костюмерша бесцеремонно махнула рукой в сторону Маши. – А у меня вся одежда на сорок два.
Святослав посмотрел на часы:
– У вас есть час, чтобы это исправить. Пока поработают гримеры.
– За час не управимся, – молодой человек с синими волосами помахал косметическими кисточками. – Я отсюда вижу, что она седая. Ее красить нужно.
– Полтора? – прищурился Святослав.
– Три! – воскликнул гример.
Святослав выставил вперед два пальца:
– Два! И премия за срочность.
Парнишка ударил себя по лицу тыльной стороной ладони.
– Идемте, мадам. Цвет этот же оставлять?
Святослав посмотрел на него, как на непонятливого ребенка:
– А ничего, что я уже "до" отснял?
– Ой, точно! – засмущался тот.
Машу усадили в кресло и принялись превращать в "после". Никто не переживал за ее чувства: волосы дергали, брови выдергивали, черные точки на носу выковыривали. Она пробовала "ойкать", но потом просто закрыла глаза и попыталась отключиться.
– Ну, как? – услышала она голос гримера.
– Вполне, – ответил фотограф. – Да, это, голубое. Только туфли с каблуком повыше.
– А если она на них ходить не умеет? – скептический ответ костюмерши.
– Ей и не надо ходить! – отрезал Святослав.
Маша открыла глаза и обомлела: в зеркале была девушка чуть старше Насти, её старшей дочери. У этой девушки были глаза! Ресницы! Скулы! Лицо выглядело смуглым, словно, после загара. Без следов воспалений.
– Эй! – возмутился гример и принялся обмахивать ее листом бумаги. – Нельзя плакать! Потечешь!
Маша, действительно, была готова расплакаться от восхищения.
– Это не я… – она медленно покачала головой.
– Вооот, – довольно протянул Святослав, скрестив руки на груди. – Именно такой реакции мы и должны добиться от нашей целевой аудитории. Теперь быстренько одеваемся и на те же позиции.
Платье было длинным, в пол. Костюмерша протянула Маше туфли на платформе, с опаской поглядывая на Святослава.
– С этих не должна свалиться, – прошептала она.
– Спасибо! – так же тихо ответила Маша.
Вместе с Мариной они помогли Маше облачиться в голубой наряд. Ей пришлось еще немного покраснеть за свое потасканное нижнее белье, но женщины сделали вид, что ничего не заметили.
Увидев себя в платье, Маша испытала очередной шок и прилив восхищения.
– Прошу в кресло, пока аффект не прошел, – напомнил Святослав.
Маша чувствовала себя принцессой, попавшей в сказку! Губы растянулись в улыбке и не хотели возвращаться обратно.
***
– Как вы догадались, что она так засветится? – спросила Марина.
Святослав убирал фотоаппарат в чехол:
– По ней же видно, что она в отпуске последний раз была, когда с родителями на море ездила.
Маша как раз возвращала платье костюмерше. Свет постепенно сходил с ее лица, возвращая женщину в реальность. Святослав отчетливо видел, как серость и безысходность снова захватывают свою территорию. Ему почем-то стало неприятно, будто он нес ответственность за эту женщину.
***