Таня Ульянова – Ты под запретом. Жених моей сестры (страница 20)

Запретная. Несправедливая. Невозможная.

Слёзы защипали глаза, заставляя тяжело дышать.

Я влюбилась в жениха своей сестры…

Лена не простит мне этого, если узнает. Никогда…

— Почему именно он… — прошептала я в пустоту, глотая слезы, которые казалось смешивались с мелкими каплями дождя.

Он — жених моей сестры.

Он — тот, кого я не имеею права любить.

И от этого боль была такой, будто сердце разрывали на части.

Почему? Почему так не справедливо?

Я вытерла слёзы, выпрямилась и пошла дальше, стараясь успокоиться. Я не должна. Я не имею права. Он чужой. Не мой.

Теперь я не отрицала свои чувства. Просто не могла.

И именно это пугало больше всего.

Это была бомба замедленного действия. И я знала что если она рванет, она уничтожит все на своем пути.

Глава 16

Игорь.

В квартире было темно и тихо. И эта тишина угнетала.

Я стоял у окна, глядя на огни ночного города, но не видел их. Перед глазами снова и снова возникали губы Вики, её сбившееся дыхание, испуганный и одновременно доверчивый взгляд.

Поцелуй. Которого не должно было быть, но он случился.

Один-единственный — и он разрушил всю правильность, которую я выстраивал годами.

Я больше не пытался себя обманывать. В этом больше не было смысла, потому что рубикон был уже перейден.

Я люблю её.

Мысль была пугающе ясной. Не увлечение, не слабость, не минутный сбой. Любовь — глубокая, невозможная, неправильная. Но она была.

Щёлкнул замок входной двери.

— Я дома! — усталый голос Лены эхом разнёсся по квартире.

Я даже не обернулся.

Послышались шаги, а затем я уловил уже привычный запах духов.

Лена медленно подошла сзади, и обнимая меня за талию, прижалась щекой к спине.

— Ты сегодня такой отстраненный… Задумчивый… — прошептала она и потянулась губами к шее, оставляя нежный поцелуй, заставляя закрыть глаза.

Я вздрогнул, но не оттолкнул её. Позволил снять с себя пиджак, позволил поцелуям стать настойчивее.

Я подхватил Лену на руки, привычно, почти автоматически, и понёс в спальню. На ходу начав целовать.

Все было стабильно. Всё было знакомо. Слишком знакомо. И как-то неправильно.

Когда её руки скользнули ниже, меня будто ударило током.

Перед глазами снова возникла Вика — растерянная, живая, настоящая.

— Подожди… — хрипло сказал я и отстранился.