Таня Свон – Маленькая слабость профессора некромантии (страница 49)
На ладонях клубились готовые к атаке чары, но я послушалась. Замерла, пригляделась… И помимо луж яда на полу и израненной Нотт увидела то, что раньше не замечала.
— Антуан, стой!!!
Вместо того, чтобы обрушить меч на одно из щупалец, Антуан отвел клинок в сторону. Оно просвистело в воздухе, рассекая пустоту. Увернувшись от удара щупальца, Антуан уставился на меня и раздраженно спросил:
— А теперь что не так?!
Вместо ответа я дрожащей рукой указала на пол. Там, почти полностью погруженный в тело исчадия, еле дышал Гаат.
83
Вот почему Нотт кричала. Вот почему каждый удар нужно было взвешивать и просчитывать. Мы могли убить Гаата еще до того, как это сделало бы исчадие! Из склизкой плоти выглядывало лишь лицо второго близнеца. Если на него случайно брызнет яд, Гаат точно не выживет. Он и без того уже едва дышал.
Антуан оказался смелее меня. Он отбросил в сторону меч, упал на пол перед Гаатом и попытался вытянуть того из исчадия. Гаат никак не реагировал, а Антуан лишь бесполезно ранил руки ядовитой кровью. Она же прожигала ткань на брюках и разъедала колени.
— Профессор… Я не знаю, что делать, — задушено прошептала я.
Не смотрела на Мора, но знала, что он сейчас глядит только на меня.
— Как их спасти? Зачем Лоркраф делает это?!
— Думаю, он хочет узнать, на что вы способны. Хочет видеть, на что обменяли его идеальную жизнь и свободу.
Мор говорил холодно и строго, чеканя каждое слово. Он будто знал, что однажды Лоркраф так и поступит.
— Он испортил жизнь мне, а теперь собирается повторить трюк с вами. Не позволяйте ему это сделать.
— Но как… Как я могу что-то исправить?!
На глазах выступили слезы. Не могла без них смотреть на то, как Антуан бесполезно пытается вытащить Гаата, как медленно умирает Нотт.
— Лирида, вы сильнее, чем думаете. А если кажется, что что-то не получится, помните, я всегда на вашей стороне. Всегда.
Я вскинула на Мора заплаканные глаза. Показалось, что время замерло. Все, кроме нас, застыло. Исчезли звуки, померкли и без того тусклые краски.
— Я выбрал вас девочкой в ученицы…
Он положил руку мне на макушку. Добрый, мягкий жест.
– Я трепетал перед будущим оракулом Пустоши. Я был в восхищении от девушки, в которую вы превратились…
Рука Мора сместилась на мою щеку. В этом уже было что-то нежное. Романтичное. Как и в глазах профессора, которые смотрели с обожанием.
— Я влюбился в вас, Лирида. В смелую, упорную и самоотверженную чародейку.
Что?..
Его пальцы скользнули по щеке, опустились к шее. Мор склонился ко мне, будто для поцелуя, а я подалась ему навстречу.
Слова профессора разжигали во мне пламя, незнакомое, но буйное. Кончики пальцев покалывало от желания прикоснуться к Мору, губы изнывали от жажды поцелуя…
«Я влюбился в вас», — крутилось в голове, наполняя душу радостным волнением. И это было бы самое лучше чувство в мире, самое сладкое забвение… Но я уже догадывалась, что время остановилось не просто так.
— И я выбрал вас, Лирида. И буду следовать за вами, пока это возможно.
— Что… что это значит?
Когда поцелуй был так близок, Мор лишь скользнул холодными губами по моей щеке и крепко обнял.
«Действуйте!» — раздалось в голове его голосом, который будто разморозил застывшее время.
Все снова пришло в движение. Мир наполнился противными запахами разложения и криками Нотт и Антуана.
Мор куда-то пропал, но я чувствовала его поддержку и защиту. Казалось, сейчас я непобедима! Будто на мне волшебная броня, что отразит любой урон!
План родился мгновенно. Он будто давно был, но где-то на задворках сознания. А теперь вдруг обрел ясность, а я – уверенность.
Страх отступил. Я без сожалений шагнула к исчадию.
Руки опущены, в ладонях ни капли магии.
— Лирида! Что ты делаешь?! – закричал Антуан и кинулся мне наперерез.
Попытается остановить меня? Пусть. Не успеет.
— Ты погибнешь!!!
Но я шла и шла, не сомневаясь, что не просто выживу. Я выиграю эту битву, потому что я не одна.
На моих плечах точно лежали ладони Мора, который шаг за шагом вел меня к победе.
И когда я оказалась достаточно близко, исчадие клюнуло на наживку. Все его желтые глаза обратились на меня, а склизкая плоть в мгновение ока облепила коконом и утянула вглубь чудовища.
Отлично.
Это именно то, что мне нужно.
84
Не знаю, что со мной сделал Мор, но я чудом оставалась жива даже внутри ядовитого исчадия.
Заклинаний с подобным эффектом было несколько, но сейчас на ум почему-то шло только одно…
«Покровительство души» — сложные чары и редкие. Применять их может только жрец Пустоши, владеющий ее даром. Кинжал богини у меня был. Только вот причем тут Мор?
Все эти мысли пронеслись всего за секунду. Дольше думать не было времени. Я не знала наверняка, но чувствовала, что защита Мора не всесильна и не вечна. Если не поспешу, останусь внутри исчадия и переварюсь в его гадкой тушке.
Я не видела ничего. Абсолютная чернота, в которой не было ни звука. Не шевельнуться.
Представив, что раздвигаю эти давящие стены, я сконцентрировалась. Ничего не изменилось. Тогда вложила в мысли магию и тут же ощутила, как пространство вокруг меня вибрирует.
Чернота пришла в движение, сквозь нее стали пробиваться отблески магических шаров и звуки. Исчадие ревело от боли, пока разрывала его изнутри.
Я напряглась изо всех сил, представляя, что накладываю щит на Нотт и Гаата. Защитное поле вообразила и перед Антуаном. Взмолилась: «Пожалуйста! Хоть бы получилось!»
А в следующий миг с омерзительным плеском исчадие разлетелось на ошметки гнили и яда. Чистым пол остался лишь в центре широкой пещеры, в котором стояли я, Антуан и близнецы. Точнее, едва стояла только Нотт. Гаат же лежал и тяжело дышал.
— Жив! – всхлипнула Нотт и опустилась на колени перед братом.
Она плакала, но из последних сил колдовала. Использовала целебную магию на Гаате, хотя сама была ранена. Добрую половину ее тела будто ошпарили: кожа облезла на руке до плеча, на бедре. Ткань расползлась, оголяя живот и пострадавшие конечности.
— Не знаю, как ты это сделала, Лирида, но я бесконечно тебе благодарна, — сквозь слезы лепетала Нотт. – Я сделаю все, что попросишь, когда выберемся отсюда!
— Перестань, — помотала головой я. – На моем месте так бы поступил любой.
— Не любой, — Антуан смотрел на меня с уважением и даже гордостью. Будто я и правда была его сестрой. – Залезть в исчадие, чтобы порвать его на куски? Это же безумие! Но зато какое!..
— Ребята, — перебила я, — надо уходить. Тут могут быть другие исчадия.
«И Лоркраф».
— Да-да, я почти закончила, — проронила Нотт. – Я лишь стабилизирую его…
— Себя стабилизируй. Гаата понесет Антуан. А вот тебе придется идти самой.
Нотт прикусила дрожащую губу, но затем осмотрела нас и все же кивнула.