Таня Соул – Багровый закат над Западным морем (страница 37)
— Нет, мы заплывём туда с трезубцами, — сказала Диана, готовясь в любой момент вступить в бой. В одиночку ей их, конечно, не победить, но, может быть, так она сможет выиграть время и дождаться, когда Аруог и Ривэирр справятся с наваждением.
— Мы вам не враги, наземная. — Нора подняла ладони в знак примирения.
— Я уже давно не наземная, — прорычала Диана. — Зачем мы здесь на самом деле?
— Я очень давно не видела сына, — ответила Нора. —
— Вы выбрали очень странный способ наладить отношения. Мы не можем вам доверять и не оставим трезубцы. — Отступаться от своего решения Диана не собиралась и уверенно смотрела Норе в глаза.
Та, осознав, что спорить дальше бессмысленно, ответила:
— Подождите здесь, — и в одиночку заплыла в залу. Вернулась она за ними лишь спустя несколько минут. — Ты можешь взять с собой трезубец и Аруог тоже, но дай слово, что первая не нападёшь.
Закон Слова имеет абсолютную силу, и потому Диана понимала, что из него легко можно сделать обоюдоострое орудие.
— Пусть сначала Глава даст слово, что, как только мы окажемся в зале, она запретит сиренам влиять на Аруога и Ривэирра.
За себя Диана не волновалась, ведь Аруог рассказывал, что пение сирен на женщин почти не действует.
Нора недовольно поджала губы, но всё же кивнула и снова отправилась на переговоры к Главе. Диктовать условия сиренам, находясь в самом сердце их логова, — опасная затея, но Диана никак не могла избавиться от дурного предчувствия. Оно саднило где-то под ложечкой.
— Ирия, Глава племени Лаомэ, — объявила Нора, отплывая в сторону от прохода, сквозь который в предбанник заплыла поистине страшная сирена. Ярко-зелёная кожа, плавники не только на плечах и предплечьях, но и вдоль позвонков, большой, растянутый в улыбке рот с двумя рядами острых, как шипы, зубов. Диана невольно поёжилась.
— Смел-лая наземная, — сказала Глава. — Будь по-твоему. Даю сл-лово, что как тол-лько вы окажетесь в зал-ле, сирены перестанут звать твоих спутников. Теперь и ты, дай слово, что первой не нападёшь.
— Дай слово Оиилэ, что не нападу первой, — ответила Диана, и Глава приглашающе махнула рукой. Диана, собравшись с духом, поплыла вперёд.
Глава 18
Как только они заплыли в просторную залу с выставленными в форме буквы П сидениями и опустились на те, что были ближе к двери, пение наконец начало затихать.
Оно ещё какое-то время накатывало волнами, снова и снова вызывая у Дианы приступы дурноты, пока окончательно не замолкло. Аруог, очнувшись от наваждения, мотнул несколько раз головой, выругался и обвел залу вопросительным взглядом.
— Что произошло?
— Мы в Лаомэ Гиугин, — ответила Диана. — Глава очень хотела познакомиться с новым Правителем Бездонного моря.
Стоило этим словам прозвучать, как лицо Аруога исказила гримаса гнева.
— И поэтому решила приманить его пением?! — прорычал он не хуже самих сирен. — Но ведь и правда, когда сирены боялись испортить с кем-то отношения? — спросил он скорее у себя, чем у Главы. — Вам, как всегда, нет никакого дела до правил приличия. — Его голос, до этого набиравший силу, вдруг стал спокойнее, но взгляд оставался всё таким же настороженным.
— Вы пл-лывёте в Западное море, — сказала Глава, не тратя времени на бесполезные расшаркивания и вступления. — Не стоит этого делать. В
— Проиграю я или выиграю, это никак не касается сирен.
— Касается! — возразила Глава. — Мы почти у границы с Бездонным морем. Западное пришл-лёт в наши воды своих Оиил-лэ, они будут сл-ледить и вынюхивать, л-лезть в наш быт. Мы дорожим нашими традициями.
— Вы почти у границы с Бездонным морем и не постеснялись заманить его Правителя. Так чего бояться
Глава оскалилась, обнажая ряды острых шиповидных зубов, и Диане показалось, что та собирается напасть. Но вместо этого она изобразила понимание:
— Я вижу, вы не отступитесь. Спорить больше нет смысл-ла. — Она поднялась с сиденья — аудиенция была окончена.
Казалось бы, простой жест, но было в нём нечто подозрительное. Затеять разговор о Западном море, чтобы так быстро сдаться?
Но Аруог поднялся влслед за Главой, и Ривэирр тоже, потому Диана решила, что её подозрительность излишня.
— И, кстати, в предбаннике тебя ждёт сирена, с которой тебе будет интересно увидеться, — сказала Глава. — Можете нескол-лько дней пожить в Л-лаомэ Гиугин. До Каменного города ещё дол-лгий путь, вам стоит набраться сил-л.
И снова её доброта и забота показались Диане странными. Хитрое, неприятное существо, не разделявшее их стремления вернуть Гарранэёл, предлагало набраться сил для похода на запад. Но Аруог, в отличие от Дианы, обратил внимание лишь на слова о ждавшей их в предбаннике сирене. Он хмурился и явно не знал, радоваться ли встрече.
Нора ждала их почти у самой двери. Она не приветствовала пришедшего в сознание сына, не бросилась его обнимать, а лишь смотрела на него молчаливо, будто одним лишь взглядом желая сообщить ему свои мысли.
— Мой дом недалеко от площади, — сказала она. — Почему бы вам не остаться на обед. Вы должно быть голодны.
В последний раз они ели ещё в Бездонном море и действительно уже некоторое время ощущали голод, потому, хоть и встреча с сиренами была не из самых приятных, в глубине души Диана надеялась, что Аруог примет предложение матери.
— Ты почти не изменилась, — ответил Аруог. — Мы не откажемся от хорошего обеда.
Дом Норы и впрямь оказался неподалёку от башни. В отличие от соседних, он выглядел относительно чистым, на стенах почти не было тины, а на полу — песка. В главном зале их даже встретила служанка, которой хозяйка велела срочно накрыть на стол.
— Глава права, — сказала Нора, жестом приглашая их присесть на софу у стены. — Я вижу, что Аруогу нужен отдых. Нет смысла в сражении, если не рассчитываешь на победу. А победить у вас в таком состоянии не выйдет.
— За нами наверняка следят, — ответил Аруог, присаживаясь. — Если будем мешкать, то до Западного моря можем и вовсе не доплыть. Лучше уж рискнуть, чем не иметь даже шанса на победу. — Он замолк ненадолго и, поразмыслив, спросил, — Зачем ты хотела встретиться?
— Думаю, этот разговор нам лучше оставить до вечера. Когда мы сможем побеседовать наедине. — Она бросила многозначительный взгляд на Диану и Ривэирра.
— Что ты можешь сказать такого, до чего мы и так не догадаемся? — вспылил Ривэирр. — Я вижу тебя насквозь, Нора. Аруог прав, ты ни капли не изменилась.
Хозяйка дома точно так же, как и Глава, оскалилась и впервые стала по-настоящему похожа на сирену.
— И ты тоже, Ривэирр, не поменялся ничуть! Твоя голова может думать только о сражениях и трезубцах, и ни о чем больше.
— Обед готов
— Прекрасно, — Нора сменила оскал на улыбку. — Прошу к столу.
Еда в Лаомэ Гиугин почти не отличалась от той, что подавали в Жемчужном городе: под водой основные блюда — это рыба и водоросли. Только сирены предпочитали рыбу не нарезать и не нанизывать на шпажки, а подавать цельной. Видя недоумённое выражение на лице супруги, Аруог взял рыбу с её тарелки, когтем убрал с неё чешую и парой движений отделил от костей мякоть.
— Держи, — он положил мякоть на её тарелку. — Скажи, если ещё чего-то захочешь.
Наблюдая за этим обменом, Нора хмыкнула отчасти насмешливо, отчасти недовольно.
— Я что ей не нравлюсь? — спросила Диана у Аруога через Связь.
— Не ты. Ей не нравится то, что даже в Лаомэ Гиугин мы следуем привычным для нас традициям. В гостях нужно вести себя в соответствии с этикетом хозяев дома.
— Ясно, — ответила Диана, кивая.
От зорких глаз Норы не укрылись ни их переглядки, ни кивки, отчего хозяйка ещё больше нахмурились. Худшего знакомства со свекровью Диана даже нарочно бы придумать не смогла.
— Ночью в этой части океана опасно, — Нора вновь подняла вопрос ночёвки. — У меня много свободных комнат, оставайтесь. А завтра, если не захотите погостить дольше, отправитесь в путь.
Её предложение, хоть и навязчивое, не казалось им необоснованным. Посоветовавшись втроём, они всё же решили остаться. Им действительно нужен был отдых, к тому же неизвестно, когда в следующий раз им удастся заночевать под крышей, а не на голом морском песке.
Но основной причиной их задержки в Лаомэ Гиугин стало даже не это. Аруогу нужно было немного пообщаться с матерью. Весь вечер между ними натягивалась и почти скрипела сеть невысказанных переживаний, не заданных вопросов, не озвученных упрёков. Сразу после обеда Диана и Ривэирр отправились отдыхать, а Аруог уединился с матерью.
Вернулся он глубоко за полночь и молча лёг рядом с Дианой. Уже после того, как его дыхание стало ровным, она заметила едва слышное пение, доносившееся с башни. Только оно стало не тошнотворным, а красивым и притягательным, дурманило и заставляло голову кружиться.