Таня Роу – Последние (страница 13)

– И знаешь, они были такими огромными, что даже самые большие из них могли бы достать до потолка, – говорил он, размахивая руками.

Его бодрый голос и жестикуляция делали эту сцену почти идиллической, если бы не тень усталости, видимая в каждом его движении. На миг я позволила себе остановиться и просто посмотреть на него. Лео всегда был лучом света в этом мрачном мире, и ради него я готова была делать всё, что нужно, только бы он был в безопасности.

Джесси кивала, слегка улыбаясь, но по её взгляду было понятно – её мысли находились слишком далеко отсюда. Поставив рюкзаки у спинки дивана, я обошла его и села рядом с Лео.

Усевшись в кресло перед нами, Остин оглядел нас внимательным, напряжённым взглядом. Его глаза, в которых отражались усталость и твёрдое намерение, остановились на мне.

– Я пойду первым, – сказал он, наконец. – Осмотрю территорию, проверю обстановку и вернусь за вами.

Тишина, повисшая в комнате, была нарушена неожиданным вопросом Джесси.

– Мы сейчас вернёмся за Рут? – её голос прозвучал нерешительно тихо.

Остин отвёл взгляд от меня и посмотрел на неё. Его пальцы скользнули к переносице, будто он пытался снять напряжение, прежде чем ответить.

– Джесси, сейчас мы не можем вернуться в Галену, – произнёс он сильно уставшим голосом.

– Но ведь она осталась там! – внезапно выкрикнула Джесси, её голос буквально разрывался от эмоций. – Мы должны забрать её! И Итана! И остальных, кто…

– Довольно! – резко прервал Остин. Его голос раскатился эхом по комнате, заставив Джесси замолчать. Он встал, проходя мимо нас к двери и прикладывая палец к панели. Раздался тихий писк, а затем щелчок, после чего он распахнул дверь. – Мы не вернёмся в Галену ни сегодня, ни завтра, ни даже в ближайшую неделю, – добавил он, на этот раз спокойным, но твёрдым тоном. Джесси открыла рот, готовясь возразить, но Остин поднял руку, пресекая её попытку заговорить. – Это не обсуждается. Будьте готовы выходить через десять минут.

С этими словами он вышел не оборачиваясь.

Я посмотрела на Джесси, которая сидела на диване, упрямо стирая слёзы с щёк. Её лицо выражало гнев, отчаяние и безысходность одновременно.

– Джесси… – начала я, но она сразу же перебила меня.

– Не нужно, Мэди. Ему плевать на них.

Я растерянно моргнула.

– Джесси, нет, – возразила я. – Ему не плевать.

– Да? – она вскочила с дивана, её лицо раскраснелось от боли, слёз и ярости. – Если ему не всё равно, то почему мы здесь, а они остались там? Почему он не остался, чтобы помочь им?!

Я не могла найти ответа. Слова застряли в резко пересохшем горле, а её обвинения повисли в воздухе, словно грозовые облака.

– Я слышала, что он говорил тебе ночью, – выпалила она, её голос дрожал, но всё равно становился громче. – Он сказал, что люди из бункера убивают всех. Почему он не остался, чтобы остановить их?

– Потому что он спасал тебя! – выкрикнула я, не сдержавшись. Гнев закипал внутри меня, затмевая жалость. – Ты была ранена, ты бы умерла, если бы он остался там!

Её лицо исказилось, и она отвела взгляд. Чтобы больше не продолжать этот идиотский разговор, я обошла диван и протянула ей один из наполненных рюкзаков.

– Здесь одежда, обувь и еда, – сказала я и, не давая ей возможности ответить, отвернулась.

Подойдя к Лео, я опустилась перед ним на колени, аккуратно закрывая книгу, которую он всё ещё держал в руках. Его глаза, полные тревоги, встретились с моими.

– Лео, – я постаралась улыбнуться, чтобы он не заметил, как меня трясло. – Нам нужно собираться.

– Хорошо, – ответил он тихо и отложил книгу в сторону.

Натянув на него тёплую кофту и крепко зашнуровав обувь, я взяла его рюкзак и начала перекладывать содержимое. Оставила только самое лёгкое и необходимое: несколько вещей, маленькую бутылку воды, а остальное аккуратно перенесла в свой. Проверив, всё ли на месте, я закинула в свой рюкзак пистолет и новый нож. Накинув новую тёплую кофту, я села рядом с Лео и принялась ждать Остина.

Джесси за это время так и не сдвинулась со своего места. Её плечи вздрагивали от тихих рыданий, а лицо оставалось скрытым за прядями волос, но блеск слёз, стекающих бесконечным потоком по щекам, невозможно было не заметить. Я смотрела на неё со странным равнодушием. Может, это был шок, а может, усталость. Мы все пережили слишком многое, но её обвинения в адрес Остина, человека, который спас ей жизнь и отвёз нас в это безопасное место, вызывали во мне больше раздражения, чем сочувствия.

Безусловно, я беспокоилась о Рут, Итане, Роуз… и о всех остальных, кто остался в Галене. Но я знала одно: если мы все сейчас сломаемся и поддадимся эмоциям, то потом никто из нас не сможет помочь тем, кто остался там. Остин это понимал лучше всех, и я тоже старалась держаться этой горькой истины.

Громкий щелчок двери заставил вздрогнуть. Остин вернулся. Его взгляд скользнул по каждому из нас, затем он подошёл ко мне, молча забрал наши с Лео рюкзаки и закрепил на них металлические карабины.

– Джесси, нам нужно идти, – произнёс он, уже поворачиваясь к ней. Снова молча, с каким-то излишним терпением, он проделал ту же процедуру с её рюкзаком и закинул его на своё плечо. – Пока его буду носить я.

Она фыркнула, едва заметно, и нехотя поднялась с дивана. Её движения были вялыми, каждое из них давалось ей через силу. Не оборачиваясь, она медленно пошла за Остином, который закрыл и заблокировал за нами дверь.

Мы подошли к лестнице, откуда свисала толстая верёвка с карабинами. Остин с привычной точностью повесил на ней рюкзаки, проверяя каждое крепление.

– Наверху всё чисто, но нам всё равно нужно быть осторожными, – тихо сказал он, закончив с рюкзаками, а затем повернулся к Джесси. – Ты поднимаешься первой.

– Ладно, – с раздражением ответила она, закатив глаза.

Я крепче сжала губы, стараясь не реагировать на её поведение. Злость продолжала расти где-то в груди, но я молча слушала Остина.

– После Джесси пойдёт Лео, – продолжил он, бросив на меня взгляд. – А ты – сразу за ним.

– Поняла, – кивнула я.

Его рука мягко коснулась моей головы, после чего он начал подниматься по лестнице. Спустя минуту верёвка с нашими рюкзаками поползла вверх, вслед за Остином.

– Твоя очередь, Джесси, – сказала я, выждав пару секунд.

Она молча подошла к лестнице и начала подниматься, крепко хватаясь за перекладины здоровой рукой. Я встала ближе на случай, если ей понадобится помощь.

– Не надо мне помогать, – рявкнула она, бросив на меня взгляд сверху.

Я скрестила руки на груди́ и молча осталась на месте. Моё раздражение только усиливалось, но я подавила его. Наблюдая, как она забирается наверх, я прикидывала, хватит ли у неё сил выдержать не только себя, но и свои эмоции.

Когда она исчезла из виду, я подозвала Лео и аккуратно помогла ему встать на перекладины.

– Я буду подниматься сразу за тобой, – мягко сказала я, глядя в его тревожные глаза. – Только не смотри вниз, хорошо?

Лео закивал, его губы крепко сжались, но он не произнёс ни слова. Его маленькие руки крепко цеплялись за перекладины, а ноги осторожно находили опору. Я следила за каждым его движением, чтобы убедиться, что он случайно не оступится.

Через несколько минут мы были наверху. Я подняла́ наши рюкзаки с пола и подошла ближе к выходу из подвала, пока Остин баррикадировал люк.

– Там точно безопасно? – спросила я, глядя, как он двигает массивный шкаф.

– Да, – коротко бросил он, даже не повернув головы. – Ни претов, ни людей поблизости.

– А кто такие преты? – вдруг раздался тонкий голос Лео.

Я замерла и обернулась, чтобы посмотреть на Остина. Наши взгляды пересеклись – растерянность в его глазах была почти осязаемой.

– Эм, солнышко… – начала я, прокашлявшись, чтобы выиграть немного времени. Как рассказать четырёхлетнему ребёнку про мутантов, один из которых едва не убил всех нас несколько часов назад?

– Эй, дружок, – Остин подошёл и взял Лео на руки, с лёгкостью переключая его внимание на себя. – Давай сначала прокатимся на машине, а потом я и девочки расскажем тебе историю про злых ду́хов, ладно?

Лицо Лео мгновенно озарилось улыбкой. Я лишь надеялась, чтобы он радовался предстоящей поездке, а не истории, от которой у меня до сих пор внутри сжимались все внутренности.

Мы вышли из подвала на кухню. При дневном свете дом выглядел гораздо более дружелюбным. Солнечные лучи пробивались сквозь щели заколоченных окон, освещая старую мебель, покрытую толстым слоем пыли. Вокруг царила тишина, но она больше напоминала не уют, а запустение. Я заметила островок на кухне, похожий на тот, что был в бункере, а также красивые стулья рядом с ним, большой обеденный стол и старую люстру, чьи хрусталики ярко играли в лучах солнца.

Я представила здесь свою семью. Как мы могли бы жить в этом доме, не заботясь о том, что происходит за его пределами. Как сидели бы за этим большим столом, смеялись, делились историями… Если бы только мама и папа были живы, а вокруг не было бы тех, кто хотел нас убить.

Мы прошли через кухню, где затхлый воздух смешивался с ароматами давно оставленного дома, и свернули в гостиную. Тонкие солнечные лучи здесь оживляли тусклую пыль на деревянной мебели: большие потёртые кресла и диван, обшарпанный журнальный столик, книжный шкаф. Не задерживаясь, мы прошли дальше. Остин остановился перед тяжёлой деревянной дверью и открыл её. Она вела в просторный гараж. Запах машинного масла и старой резины ударил в нос, но это мгновенно забылось, как только наши взгляды упали на огромный чёрный пикап, стоявший в центре помещения.