Таня Нордсвей – Снег и рубины (страница 22)
Киран был моим первым, но я хорошо понимаю: он очень искусный любовник. От одних его ласк я плавлюсь, словно свеча, и плевать, что он называет меня лягушкой и сам же возбуждается от этого. Я люблю его. Люблю до безумия.
Разум заволакивает туманом первобытного желания, который стирает тот момент, как я оказалась на спине. Потом я слышу жалобный треск ткани, когда Киран почти рывком стягивает с меня платье. Все наши прошлые разы были нежными и чувственными, а сейчас страсть и огонь перевешивают мою робость. Щеки краснеют, но уже не от стеснения, а от блаженства.
Я снимаю с Кирана его рубашку. Его идеально сложенное тело каждый раз вызывает у меня восторг, но сейчас другой случай. Да, может, мне не повезло с магией, зато сейчас в мои лягушачьи сети попал невероятный мужчина, который стоит всех привилегий этого мира.
Горячий. Любящий.
Влажная и разгоряченная, я позволяю ему делать со мной все, что захочется. Его язык кружит по чувствительной коже, и мои щеки вспыхивают от объявшего нас жара. Я прижимаю Кирана ближе, зарываясь пальцами в его шелковистые волосы и вбирая безумный, пленяющий запах грозы и моря. Его поцелуи, засосы и укусы сводят с ума, и я готова умолять не останавливаться. Когда он прикусывает мою кожу удлинившимися клыками, я лишь сильнее извиваюсь под ним, сгорая от безумного желания, чтобы он вкусил мою кровь.
Припечатав мои ноги и руки к земле, Киран размашисто проводит языком по шее, и с моих губ срывается стон.
– Ах!
Перед глазами плывет, когда он едва ощутимо прокусывает кожу и тут же слизывает выступившую каплю крови. Жар становится невыносимым, и желание топит меня с головой. Дыхание срывается, и когда Киран вновь слизывает кровь с моей шеи, я впиваюсь ногтями в его ключицы так, что на коже проступает кровь. Поддавшись безумию, я прижимаюсь к ранке губами и вбираю горячую алую жидкость в рот. До ушей доносится тяжелый вздох Кирана. Его тело дрожит, когда я обвиваю ногами крепкий торс и провожу языком по его ушной раковине. Он тяжело роняет голову мне на плечо.
– Когда ты стала такой дерзкой и сексуальной, лягушонок? – Его голос низкий и хриплый, и он отдается в моих костях, прокатываясь по телу.
Дрожь Кирана передается и мне, когда я шепчу будто не своим тоном:
– У меня хороший учитель.
Он поднимает голову и смотрит на меня пронзительными синими глазами, сияющими в темноте. На его скулах играет румянец, черные волосы растрепаны, а венок еле держится на волосах.
– Ты знаешь, что сводишь меня с ума, но все равно играешь со мной?
Я выгибаю спину и прижимаюсь к нему так крепко, что чувствую его каменное возбуждение. Между нами только его штаны.
– Ты забыла, что я слышу твои мысли? – Усмешка Кирана почти осязаема.
– Может быть, я хочу, чтобы ты услышал их и наконец-то снял штаны? – нагло произношу я и сама себя не узнаю.
Я слышу его чувственный смех, и мое возбуждение почти доходит до пика, но в этот момент Киран отстраняется.
– Ты куда? – Мой писк полон шока и обиды, а этот наглец лишь садится рядом и поднимает голову, с хитрым прищуром наблюдая за мной.
– Не терпится снять с меня одежду, жена? Тогда снимай.
Вздох возмущения застревает у меня в горле, когда я понимаю, что мне придется… О Ночь, я ведь до сих пор ни разу его не видела!
Мои щеки становятся красными, как розы в саду герцогства Кирана.
Он беззастенчиво смотрит на меня, и лишь его тяжело вздымающаяся грудь, приоткрытый рот с заметными клыками и полные первобытного желания глаза выдают его состояние.
Киран не собирается идти мне на встречу, принимая правила моей «игры». Осознав это, я сглатываю ком в горле, придвигаюсь ближе и непослушными руками развязываю его штаны. Киран двигает бедрами, и ткань сползает вниз, а мой взгляд застывает на его губах. Я не могу побороть смущение и заставить себя посмотреть на его достоинство, но это не мешает мне провести ладонью по шелковистой коже, срывая с чувственных губ Кирана стон. Он запрокидывает голову, и его кадык дергается.
– Это ты представляла, когда думала соблазнить меня, да, лягушонок?
Мое сердце стучит, как бешеное. Я замираю, не находя в себе храбрости ответить ему, и разжимаю ладонь.
Сглатываю.
Киран резко придвигается ко мне, выдыхая в губы, и я вновь оказываюсь припечатана к земле.
– Или ты хотела, чтобы я овладел тобой вот так? – Его жаркий шепот заставляет меня закусить губу. Он сжимает мою грудь, и я невольно выгибаюсь навстречу.
Его слова неприличные, но такие… возбуждающие.
Киран чувствует, как мое тело реагирует на них, и продолжает:
– Ты такая влажная, горячая…
В тот момент, когда я едва ли не хнычу от этой пытки, он наконец разводит мои ноги и входит в меня. Я замираю, выгибаясь дугой, и на глаза выступают слезы от внезапного проникновения. Пульсация внутри сменяется первыми ощущениями эйфории, когда Киран делает первый толчок. Лишь тогда я нахожу в себе силы прошептать:
– Я представляла все именно так. А после от нашей ночи горы содрогнутся, с небес упадут звезды, которые наша сила превратит в звездную пыль, оправдав это дурацкое название…
Мне с трудом удалось договорить. Киран вошел в ритм, который мгновенно выбил из меня все слова и мысли. Мне даже показалось, что между нашими сердцами протянулась светящаяся нить, с каждым разом становясь все прочнее и ярче.
С рычанием проникая в меня, Киран впивается в мои губы, а потом шепчет:
– Все, что пожелаешь. Все.
Все…
Все.
Очередной толчок, приближающий нас обоих к кульминации, заставляет меня увидеть, что с небес в самом деле начали падать звезды…
Глава 9. Кровавая свадьба
К тому времени, когда мы спустились с горы Летос, солнце уже взошло, согревая остывшую за ночь землю.
Вот только мы не направляемся в Летфол, а в сторону небольшой долины, где все было готово к торжественному мероприятию. Гости уже нежатся в солнечном свете. Мои ступни утопают в мягкой траве, примятой ногами летфольцев и жриц, подготавливающих церемонию.
Дыхание перехватывает от красоты живописного озера и гор, хвойного леса и бескрайнего чистого неба, простиравшегося над нашими головами. Белые скамьи украшены увитыми лианами с белыми цветами. Усыпанная лепестками роз дорожка ведет прямо к алтарю – старинной белоснежной арке, которую частично скрывают зеленые лозы. И именно по этой тропе мне предстоит пройти к своему мужу. Как волнительно!
Я оборачиваюсь на Кирана, тихо разговаривающего со жрицей, чтобы поделиться восторгом, но выражение его лица заставляет меня нахмуриться.
Что-то не так? Здесь же все идеально!
Я прохожу мимо покрытых в балахоны жриц, которых я видела всего второй раз в жизни, но сейчас мне было не до разглядывания служительниц храмов Лейлы, и приближаюсь к будущему супругу.
– Все в порядке, Киран?
Его глаза говорят, что это совсем не так, но он ничего мне не рассказывает и пытается сменить тему:
– Любимая, тебе надо идти готовиться к венчанию: переодеваться в платье, делать прическу…
– Что случилось? – повторяю я. Именно он научил меня не убегать от проблем, а смотреть им прямо в лицо. – В чем дело, достопочтенная жрица?
Та склоняет голову, выражая мне свое уважение, и отвечает на вопрос:
– Утром возле вашего гостевого дома возник магический сундук, госпожа. – Ее голос звучит молодо, хотя на лице уже виднеется сеточка морщин. – На нем мы обнаружили записку: «Свадебный подарок жениху и невесте». Подпись: «М».
Внутри меня все холодеет. В кровавых реалиях Саяры это точно не к добру.
– И что в сундуке? – прочистив горло, спрашиваю я и кидаю взгляд на Кирана.
Ему явно не нравится этот «подарок».
– Мы не смогли его осмотреть, госпожа, – отвечает жрица вместо него. – На нем чары, и его сможете открыть только вы или Его Светлость Киран Ердин.
Еще лучше. Что там за сюрприз такой? Явно не из приятных.
– Ты знаешь, кем может быть этот «М»? – обращаюсь я к Кирану.
Ничего хорошего внутри сундука мы не найдем. Я знаю это. И данный факт портит мне настроение.
Киран качает головой и говорит:
– Пока у меня нет идей.
Не знаю, врет ли он мне, но я уверена в одном: этот «М» был тем же самым человеком (то есть вампиром), который окутал своими сетями дворец и управлял Императором.
– Спасибо, достопочтенная жрица, – благодарю я женщину, которой предстоит нас венчать. – Мы прямо сейчас выясним, кто и что нам прислал в этот прекрасный день.