Таня Нордсвей – Губительный обман (страница 11)

Итальянский, к сожалению, я не понимала, поэтому Тео добавил уже на английском:

– Увидимся позже, Оливия!

Впрочем, мне уже было не до Теодоро и его обаятельных напутствий.

– Рия, что ты делаешь? – прошептала я, оказываясь рядом с подругой и перехватывая её за локоть.

– Собираюсь выгнать из моего дома того, кто пытается мне всё испортить, разумеется! – она попыталась вывернуться из моей хватки. – Его не приглашали, но он явился сюда с Деймоном Лестриджем, решив, что раз мы решили с ним быть «друзьями», то он может приходить сюда вместе с нашими общими знакомыми в день, когда я рада забыть о его существовании.

– Если ты подойдёшь к нему в таком настроении, то пойдут сплетни, – попыталась вразумить её я. – Ты первая с ним порвала, выйдя сухой из воды, и сейчас ты можешь всё испортить. Но сплетницы могут подумать, что у вас снова что-то было и вы опять поругались.

На нас уже начали оглядываться, хотя всё внимание присутствующих всё ещё было сосредоточено на происходящее у бассейна. Кажется, дружку Ричарда что-то сказали и тот совершил оплошность, быканув на Нэша. Мы не смогли разобрать слов, но через пять минут Деймона Лестриджа скинули в бассейн.

Рия же сжала губы в плотную линию и тяжело вздохнула, наблюдая, как Фине удается усмирить Нэша и увести его подальше от Ричарда и его свиты.

В бассейн следом за Деймоном скинули Лукаса Пэрриджа, который утянул с собой вопящую от неожиданности Клэр, и вечеринка перетекла в абсолютно иного рода развлечение. Тут же кто-то ещё решил сбросить свою пассию в воду чтобы охладиться и послышались новые визги, а конфликтные дружки Ричарда остыли, плавая в прохладной воде бассейна.

Рия смогла выдохнуть спокойно, хоть совсем и не планировала такого поворота событий.

– Да, ты, как всегда, права. Спасибо, – она поблагодарила меня за то, что я успела сдержать её порыв и не дать разрушить репутацию. Но на то и нужны подруги – чтобы в нужный момент уберечь от необдуманных поступков.

Нас окропили брызги от очередного прыжка в бассейн. Уже стемнело, и лампы, отсвечивающие пространство вокруг бортика, стали самым ярким источником света.

– Не стоит благодарности, – я взяла с соседнего столика коктейль и пригубила его, наблюдая за тем, как в бассейне разворачивается настоящая водная баталия. – Кажется, я никогда не пойму, как уже взрослые люди могут резвиться в воде словно дети.

– Оттого и не понимаешь, что тебя не растили как надежду целой династии, – Рия же, в отличие от меня, опрокинула залпом весь бокал с гранатовой маргаритой. – Безумно скучно выполнять то, что хотят от тебя твои предки, вечно тебе указывая что делать. Иногда хочется плюнуть на всё и прыгнуть как малое дитё в бассейн.

– Дикарка, – усмехнулась я, вспоминая ласковое прозвище Рии, данное ей её отцом.

– Именно, – прошептала подруга с озорным блеском в глазах, от которого мне стало не по себе.

Я отставила свой бокал на столик и уточнила:

– Что ты задумала?

– Скоро узнаешь…

– Рия??

Буквально ещё секунду назад я ещё стояла возле бассейна на своих двоих…

А потом оказалась скинутой в одежде в бассейн.

Вода захлестнула меня с головой, и я, оттолкнувшись от дна, всплыла на поверхность, судорожно пытаясь сделать новый вздох. Тогда я и увидела Рию, которая сначала залилась смехом, а через мгновение прыгнула следом, обдавая меня брызгами и тоже оказываясь в воде.

– Ты рехнулась, – выплёвывая воду, засмеялась я, когда она вынырнула возле меня. Наши платья промокли насквозь, но нас мало это заботило.

– Веселее, Ливи! – закричала Рия, обнимая меня за плечи. – К чёрту эти приличия!!

Она начала барахтаться, как сумасшедшая, а следом за хозяйкой дома в воду стали запрыгивать парни, и в шумихе с брызгами и криками я потеряла Рию из вида. Меня окатили водой, на что я ответила тем же, ощущая радость момента и забывая причины, по которым я оказалась в бассейне.

Вода была просто замечательной.

Кажется, тогда я в полной мере начала понимать, что означали слова Рии, когда ощущаешь весь спектр эмоций от того, что делаешь вещи, противоречащие правилам.

Ещё никогда ранее я не купалась в бассейне в одежде: видела только, как это делали в фильмах. У меня имелись свои принципы насчёт того, что можно делать, а что нельзя.

Разумеется, я не была святошей, идеально правильной и вечно закомплексованной. Нет. Просто у меня имелся глас разума, который напоминал мне: «Этим ты себя покажешь с плохой стороны», «А вот это неприлично, что подумают люди?», «Так делать нельзя, тебя не так растили» или «Нельзя из-за договора».

Рамки – вот моя жизнь. Они есть у всех.

Это границы персональной клетки, которую выстраивает общество, воспитание и мы сами.

Ощутив, что у меня пересохло в горле, я выбралась из бассейна и направилась к столу. С меня стекала вода, а вечерний воздух заставлял тело покрываться мурашками.

У меня стучали зубы, но я улыбалась и смеялась, видя, как такое купание разбавило градус сегодняшнего вечера. А на осуждающие взгляды некоторых девушек, оставшихся сухими, я старалась не обращать внимания.

Залпом выпив коктейль, я уж было начала искать глазами Рию, как меня холодным током прошибло осознание того, что сейчас поздний вечер воскресения.

Чёрт, чёрт, чёрт!

Я поставила бокал обратно на стол и быстро направилась в дом.

Свои туфли я потеряла ещё в бассейне, и теперь мои босые ступни шлёпали по дорожке к особняку. Пару раз я наступила на мелкие камушки и с тихим шипением залетела в прихожую. И там разговаривали гости, попивая текилу, поэтому я постаралась как можно незаметнее пробраться к лестнице.

С горем-пополам мне это в итоге удалось, хотя на ступенях я чуть было не растянулась из-за того, что мои мокрые ступни так и норовили соскользнуть при подъеме. Вцепившись в перилла, я поднялась на второй этаж.

Но только когда мои пальцы утонули в дорогом ворсе ковра в коридоре, я поняла, насколько сильно я замёрзла.

В доме стояла привычная прохлада, обычно приятная после Лос-Анджелесского зноя.

Но сейчас этот холод пробирал меня до костей.

Дойдя до своей комнаты, я зашла внутрь. Не нашарив рукой включатель, я чертыхнулась и решила поискать свою сумку без света, перекинув мокрые волосы через плечо за спину. И ощущая, как с них по позвоночнику медленно стекает вода на пол, мысленно попросила у персонала Уоллесов прощения за то, что им потом придётся убирать за мной мокрые лужи…

Найдя свою сумку и судорожно выпотрошив её содержимое на кровать, я взяла свой телефон в руки и застонала – он оказался разряжен. Зарядку с собой в университет я, разумеется, не взяла.

Но кажется, у Рии был нужный провод. А мне было просто необходимо позвонить Джошу и извиниться за сорванные планы на этот вечер, о которых я совершенно забыла с возвращением Рии.

Я поспешно выбежала в коридор, в котором царил полумрак. Комната Рии находилась рядом, и я надеялась, что она простит мне неожиданное вторжение.

Всё ещё пытаясь включить севший смартфон, я по инерции толкнула плечом знакомую дверь, открывая её и проскальзывая внутрь.

– Чёртовы айфоны, садящиеся в самый неподходящий момент, – буркнула я себе под нос, смахивая проступившую влагу с глаз. Я часто озвучивала свои мысли вслух. Так и не смогла отделаться от этой детской привычки. – Так, где же этот провод может быть…

Из панорамного окна в пол лился скудный лунный свет, подсвечивая очертания комнаты, в которой я находилась. Кажется, Рия хранила все зарядки в своем комоде, вот только…

Комода на привычном месте не оказалось.

Я перевела взгляд в сторону и заметила висящие на стене гитары.

Вот чёрт!

– Оливия?

Голос, прозвучавший в тишине комнаты, заставил меня вздрогнуть.

Не от страха, а больше от неожиданности и какого-то…

Странного, пьянящего ощущения, пробежавшего по мне словно электрический разряд.

У меня перехватило дыхание, и я перевела взгляд в сторону, из которой прозвучал вопрос от человека, которого я так давно не видела.

Он стоял в полутьме возле приоткрытого окна, из которого слышался шум и гам вечеринки снаружи. Мои глаза уже привыкли к темноте, поэтому я смогла различить каждый виток его татуировок, вьющихся по мускулистым рукам и исчезающих под белоснежной рубашкой.

Тем временем молодой мужчина медленно опустил вниз засученные рукава, прикрывая тату, а следом накинул на плечи пиджак, подняв его с застеленной покрывалом кровати.

Я скользнула взглядом вверх по его груди, а после – к красивому лицу и русым волосам, волнами прикрывающим уши. Кудри на его голове лежали в притягательном хаосе.

Внимательный взгляд молодого мужчины взаимно прошелся по мне с ног до головы, заставляя сердце застучать быстрее.

– Ливи? – переспросил он, делая шаг ко мне и одновременно застёгивая последние пуговички на манжетах.

В его голосе слышалась теплота.

Я сглотнула, забыв, как дышать.

Мое сердце подпрыгнуло и разбилось. А с моих губ слетело тихое-тихое: