Таня Лаева – Механик (страница 5)
– Привет, Оскар… – сменилась в лице Келли, строя глазки моему жениху, наплевав на свои "болезненные" травмы, – Вот она! Это она с нами сделала, офицер! – она метнула в меня злобную стрелу из сверкающих ненавистью глаз, спрятав ее под маской жертвы, а я раскрыла рот от изумления, немного догадываясь о происходящем, и что они жестоко подставляли меня.
– Сделала что?
– Избила нас до полусмерти! – влезла Аиша, – За что ты с нами так? Мы разве это заслужили?
– Да это вы отравляете мою жизнь уже не первый год! Ладно раньше это еще можно было терпеть, когда это были дурацкие колкие прозвища! – я вдохнула больше воздуха и продолжила выливать со всем свои сердцем все накопленные невыговоренные обиды, не давая вставить гадюкам даже и слова, – Но, когда в моей жизни появился Оскар, вы словно с цепи сорвались. Стали портить мою одежду, вещи. Гадить и подставлять меня с учебой.
– Вы кошмарите меня каждый божий день! Оскорбляете и унижаете! Это, по-вашему, ничего?
– Что??!! – на мгновение я очнулась и вспомнила, что Оскар стоит за моей спиной и все это слышит.
Я повернулась к нему, заливаясь обжигающим щеки стыдом, и мой взгляд ту же упал на его добела сжатые кулаки.
– Я все понимаю мисс Маршмэллоу, но разве это повод избивать людей? – оторвался от протокола офицер.
– Да я и пальцем их не тронула!!! Да как бы я с ними вообще справилась?! Посмотрите на них и на меня! Ничего вас не смущает? И это они напали на меня!
– Врешь! – зашипела коварная лошадь, а ручная морская свинка запищала, и ее дреды заизвивались словно дрессированные змеи.
– Ты подкралась к нам сзади во всем черном и в маске, как грязная крыса, вырубила и избила!
– Да что за бред ты несешь, Келли?! Последние мозги прокурила? Если она была в маске, как ты узнала ее, – слова Оскара больно ранили чернокожую девушку, которая опустила взгляд в стол и достала из кармана мое помолвочное кольцо, – Вот, доказательство, она его потеряла на месте своего страшного преступления.
– Это вы пришли в мою мастерскую и начали угрожать мне. А когда увидели кольцо, ударили и отняли его!
– Мать твою! Это правда?! – Оскар приближался к вжимающим в себя головы индюшкам, грозно нависая над столом, разделяющим их, – Молитесь теперь и оглядывайтесь!
– Оскар! – махнула пышной гривой влюбленная кобыла, – Да как ты можешь такое подумать? Кому ты веришь? Она же специально хочет оправдаться, а сама не бережет твой подарок!
– Это же вы его украли! Вы пришли! И… да как вы посмели! Да я!!!
Ос спокойно подошел ко мне и нежно прижал к себе, обнимая мои плечи, обращаясь к офицеру.
– Если на этом все, то сделаем вид, что это все глупое недоразумение или розыгрыш, и мы можем быть свободны. Вы вернете нам кольцо, и мы уйдем. Ведь так?
– Сожалею, но это не все. На месте избиения было найдено вот это.
Полицейский поднял из-под стола большой прозрачный пакет с гайковертом из нашей мастерской. Мы покупали всегда именно эту фирму с оранжевыми в цвет униформы ручками, выполненными под заказ.
– Мы задержим вас до результатов экспертизы отпечатков с этого предмета в сравнении с вашими.
– Но там будут мои отпечатки, потому что это мой инструмент.
– Значит будете задержаны до суда.
Моя скала не выдержала и снова ринулась в бой уже на повышенных тонах.
– Да какого черта здесь происходит?!!!
– Оскар, не надо, пожалуйста.
Но его было уже не остановить. Представитель закона вытащил дубинку и направил ее в моего Тарзана, угрожающе скрипя челюстями, а мой рыцарь уже разминал шею.
– Ну давай, станцуем.
**************************************
– Ну вот зачем ты полез на него, Ос?
– Чтобы остаться с тобой, Сахарок.
Мы сгруппировались в дальний угол доследственного изолятора. Оскар баюкал меня в своих надежных объятиях, посматривая на потолок.
– Если бы не эти камеры, я бы овладел тобой прямо здесь.
– Ты можешь хотя бы сейчас не думать о сексе?
– Конечно же нет, особенно когда ты так близко в этих обтягивающих шортиках, – издавая животный рык, Ос укусил меня за щеку, слегка оттягивая кожу.
Я повернулась к нему, приподнимая лицо навстречу, закрывая глаза в ожидании поцелуя. Но вместо него я получила… еще один допрос.
– Почему ты мне не сказала, что у тебя проблемы? – его вопрос застыдил меня окончательно, и я робко забормотала.
– Потому что я не хотела, чтобы ты считал меня слабой, чтобы жалел меня… не хотела заваливать тебя своими трудностями и неудачами. У тебя и так их выше крыши.
– Зефирка моя, – стиснул меня темный Геракл, – Я люблю тебя такой, какая ты есть, такую хрупкую, утонченную, нежную… развратную. Мне не нужна самодостаточная стерва, мне нужна ты, и я хочу всегда защищать тебя и укрывать от всех бед.
Обхватывая его массивную шею, я вонзилась в него, словно в сочный спелый мягкий персик, высасывая все соки из этого сладкого фрукта с нотками шоколадного вкуса. Оскар тут же подхватил мой темп забираясь языком глубоко в мой стонущий рот, от того, как его ладони с молниеносной скоростью реакции пошли разгуливать по моему не особо прикрытому телу.
– Какая же ты вкусная, моя молочная девочка.
Он целовал меня, как сумасшедший, словно мы не виделись целую вечность или расставались навсегда, и я отдавала ему все то, что он требовал прямо сейчас, но все же чувствуя внутри необъяснимую тревогу.
– Ос… ммм…
Понимая, что мы находимся под прицелом объектива, я опустила его жаждущие исследовать дальше и глубже руки, слегка отстраняясь от него, смотря в потемневшие дикие глаза, слушая прерывистое дыхание.
– Я с ума схожу по тебе, Мишка, иди ко мне.
Я просто утонула в его безбрежных объятиях, таких сильных и надежных, в которых хотелось быть маленькой фарфоровой куколкой, над которой едва дышит такой гигантский 5XL.
Чувствуя неимоверную усталость и перенапряжение, мои глаза закрылись.
Я задремала и увидела прекрасный сон, в котором я кружусь в огромном пустом зале под звуки мелодичного вальса. Юбка моего пышного поистине королевского платья, казалось, охватывает половину помещения.
Сзади ко мне подходит мужчина и властно обнимает за талию, он наклоняет голову к моему уху и тихо говорит.
– На выход.
Ощущая еще одну пару рук на своих бедрах, я медленно продолжаю покачиваться, пока не слышу дико противный скрежет позади меня, мои зубы сводит от этого омерзительного звука, и я зажмуриваюсь.
– Подъем! И на выход! Оба! Сегодня ваш день, детки, мать вашу!
Открываю глаза в слепящем неоновыми лампами таком белом словно в психиатрической больнице душном помещении.
Мне не хотелось просыпаться словно этот сон был моей явью, словно он был обо мне. А эта жизнь мне не принадлежит вовсе. Я была чужой здесь, пришельцем… и нигде мне не было места… кроме как с Осом.
– Джоанна, проснись, за нас внесли залог, и мы можем быть свободны.
– Святая дева! Но кто?
– Твой отец, кто же еще, поехали. Он нас наверняка ждет.
Узнав, что отец находится в мастерской, мы направились прямиком туда. Подъехав к гаражу, я увидела, что в кабинете говорит свет, и в нем перемещаются два темных силуэта.
Мы поднялись на второй этаж, где в захламленной комнате напротив отцовского заваленного ветошью и запчастями стола сидел налакированный во всех видимых местах тела и одежды франт.
– Добрый вечер, Жанна.
Произнес он на русском языке, встал, грациозно стуча каблуками, подошел ко мне и крепко по-отцовски обнял.