Таня Кошкина – Человек из малометражки (страница 13)

– У тебя тут вечеринка? – весело спросила мама, заходя в комнату и, совсем другим тоном, добавила:

– Ты что, только пришла?

– Да, – сказала Лера, отпираться было бесполезно.

– Где ты была? – холодно спросила мать.

– Гуляла, – ответила Лера. – Очень голова болела после школы, я пошла развеяться.

– На весь день? А уроки?

– Сейчас буду делать, я всё успею, не волнуйся, мам.

Валентина Андреевна, тяжело вздохнув, прошла на кухню. Лера спешно переоделась и уселась за стол, вывалив из сумки учебники и тетрадки.

– Надо пообедать, Лера! – услышала она мамин голос из кухни.

Девушка судорожно придумывала очередную ложь; после плотного обеда в кафе есть ей совсем не хотелось. Затуманенный любовным интересом мозг ничего не соображал.

– Мам, я не хочу, – Лера повернулась к зашедшей в комнату матери, – меня в столовой Паша угостил, я наелась, и чего-то ничего не лезет.

– Ты с Пашей гуляла? – смягчившимся тоном спросила Валентина Андреевна.

Лера попала в цель. Семья Павлика была для матери идеальной. Богатые, со связями, сын хорошо учился, был перспективным. Перспектива была маминым фетишем. Павлик идеально подходил на роль Лериного ухажёра; мать неоднократно намекала ей на это. То, что на деле Павлик был самодовольным ублюдком, маму не волновало.

– Нет, – честно сказала Лера, глядя матери прямо в глаза.

– А с кем?

– Ма, я сказала, ни с кем. Музыку слушала, бродила по городу. Настроение плохое.

Мама цыкнула и вышла из комнаты. Лера глубоко выдохнула и принялась разбирать уроки.

Вечером Валентина Андреевна смотрела телевизор, когда Лера тихонько встала в дверном проёме.

– Мам, – негромко позвала Лера.

– М? – не отрываясь от телевизора ответила мама.

– Ты уверена, что высшая математика – это хорошая идея?

– Конечно, – ни секунды не сомневаясь, ответила мать и, наконец, повернула к Лере лицо, – а что такое?

– Ну, – Лера сделала глубокий вдох, – может, пока не поздно, переключиться на что-то другое?

Валентина Андреевна выключила телевизор и недоумевающе посмотрела на дочь.

– Это в честь чего, интересно?

– У меня ничего не получается. Эти точные науки. Мне всё приходится по триста раз проходить, потом всё равно зубрить. Я не понимаю логики. Мне очень тяжело всё это даётся.

– А ты как хотела? Без труда не вытащить и рыбку из пруда, – ответила мать, – не даётся, значит, надо дольше сидеть, больше заниматься, а не по улице шастать. Что в этой жизни легко, Лера? Гульки и танцульки? А на жизнь ты чем будешь зарабатывать? На моей шее до тридцати лет сидеть?

– Мам, ну свет клином не сошёлся на этом IT. Есть же менеджмент, маркетинг, педагогика, в конце концов.

Валентина Андреевна усмехнулась.

– Педагогика? За три копейки всю жизнь корячиться? Я поболе твоего пожила, доча, с такой специальностью все двери открыты, зарплата хорошая, перспективы.

– Мам, мне не нужны перспективы, – взмолилась Лера, – я не хочу всю жизнь делать то, что мне не нравится.

Лицо матери изменилось. Лера очень хорошо знала это выражение.

– Думаешь МНЕ нравится тебя тащить, корячиться в этой бухгалтерии с утра до ночи, вот в этой халупе жить? Не делаем мы в этой жизни того, что нравится! Но надо приспосабливаться. Много ты сейчас понимаешь. Потом ещё спасибо мне скажешь, когда жить будешь как человек.

Лера молчала. Как и предполагалось, говорить с мамой было бесполезно. Но она хотя бы попыталась.

– Ты устала, доча, конец года, экзамены, я всё понимаю. Вот ерунда всякая в голову и лезет. Соберись, я за тебя не выучусь и на цепь тебя не могу посадить, давай уже как-нибудь сама соображай.

Лера молча ушла в свою комнату. Разговор был окончен.

Глава 15

Началась рабочая неделя, все дни до воскресенья Максу предстояло провести в автосервисе. Больше всего заказов обрабатывал Лёха, он практически жил в гараже. Помощников у него было двое: Макс и Никита – молодой парнишка, только-только отучившийся на автослесаря. Ребята заменяли друг друга, иногда работали все вместе. Механические процедуры, как правило, сопровождались мужланистыми шуточками, обсуждением новостей или разговорами о высоком. Коллектив из них сбился славный. Макс считал, что ему повезло.

– Слышь, Максимка, я тебе фильтр с мазды присылал? – спросил Лёха, копаясь в телефоне.

– Было вроде, – ответил Макс.

– Перешли, будь добр, я, похоже, грохнул у себя.

Макс отвлёкся от журнала, который заполнял после очередного клиента, и открыл галерею в телефоне. На двух последних фотографиях была Лера в венке из одуванчиков. Фото были с хорошим светом, сочные и красочные, и девушка на них была очень красивой. Макс, не давая себе времени на раздумья, переслал их Лере. Почти тут же она ответила: "Благодарю." Он ухмыльнулся.

Не "спасибо", "ок", "ага", "классные фоточки", какой-нибудь смайлик, крючок, чтобы распутать разговор. Ничего из того, что можно смахнуть, не читая. Ничего банального, ничего лишнего. "Благодарю" и точка. И больше ничего. Ни единого слова. Он прямо слышал, с какой интонацией она швырнула ему эту вежливость в лицо.

"С характером", – улыбаясь, подумал Макс.

– Ну чё там? – отвлёк его Лёха.

Макс быстро отправил приятелю то, что он просил, и снова открыл Лерино фото.

– Пойдём, поможешь, – подошёл Лёха. – Куда ты там залип?

Макс спешно заблокировал телефон, но коллега успел удовлетворить своё любопытство.

– Всё те же на манеже? Не послушал всё-таки.

– Отвали.

Лёха многозначительно улыбнулся.

– Да мне сразу всё понятно было, что это не просто соседка.

Макс подошёл к машине. Для ребят было обычным делом во всех подробностях перемыть косточки какой-нибудь девушке, но этот разговор был ему неприятен.

– Тебя это не касается, Лёх, – раздражённо ответил он.

– Главное, чтобы это товарища майора не касалось.

– Будь спокоен, я с ней мутить не собираюсь.

Макс всем видом показал, что разговор окончен.

– Коробке звездец, – констатировал Лёха, – заберёшь?

– Да, конечно.

Макс спрыгнул в яму и принялся за работу. Возня с деталями всегда отлично отвлекала его от невыносимости бытия. Иногда ему хотелось совсем не прерываться на отдых.

Поздним вечером, уставший и голодный, он ехал в маршрутке домой. Прислонившись головой к стеклу, безразлично разглядывал мелькающие за окном улицы. Настроение было ужасным, хотя ничего плохого не произошло. Макс никак не мог понять причину, сваливая всё на усталость. Он вспомнил, что днём мать просила купить лекарства, присылала фото упаковки. Вяло достал телефон, залез в галерею и снова залип на Лерином фото. Девушка не соответствовала голливудским стандартам красоты, но, как ни старался, он не мог найти в ней изъяна. И веснушки, и синячки под глазами – её ничего не портило. Рассматривая каждую чёрточку, он получал эстетическое удовольствие. Очень захотелось увидеть её вживую. Заглядевшись, Макс чуть не проехал свою остановку. По дороге в аптеку достал сигареты и закурил. Потом достал телефон и удалил злополучные фото. "С глаз долой, из сердца вон."

***

Следующие дни Макс был поглощён работой. Вечерами встречался со старыми знакомыми, аккуратно расспрашивая про внезапно вылезшего на арену конкурента. Забот было по горло, и они довольно успешно развеяли напавшее на парня наваждение. К концу недели, он вернулся к своему обычному состоянию, голову занимали привычные проблемы, он почти не вспоминал о Лере. Обыденность вернулась на круги своя.

Макс с парнями обедал в подсобке, когда его телефон, лежащий на столе, заливисто блямкнул. Парень, продолжая разговор, неторопливо взял его в руки. Лёха, сидевший напротив, заметил, как изменилось выражение его лица.

– Ты в лотерею что ли выиграл? – шутливо спросил Никита, тоже заметивший, как просияло лицо товарища.