Таня Кошкина – Человек из малометражки (страница 15)

– Хочешь, домой тебя отвезу?

– Нет, – Лера, беря себя в руки, повернула к нему лицо. – Извини, всё нормально, правда. Поехали в Пушкина.

Она понимала, что выглядит глупо.

– Просто это личное. Не хочу это обсуждать.

– Проехали, – ответил Макс, глядя на дорогу, – не за что извиняться.

В машине повисла неловкая тишина.

– Любишь Скорсезе? – наконец спросила Лера.

– Удивлён, что ты любишь.

– Ну не всё, – ответила Лера, отхлёбывая из бутылки, – "волк"35, например, фу.

Макс двусмысленно улыбнулся.

– Не говори, что тебе понравилось!

– Хорошо, не скажу, – продолжил улыбаться Макс, – и что же там конкретно фу, Лер?

– Серьёзно? – спросила, горячась, Лера. – Да там с первой сцены… Хотелось отмыться. Аморальщина полная.

Макс бегло посмотрел на неё, взгляд был игривый.

– Да ну? Это хорошая история. Да, про плохие вещи, но хорошая. Дурь, обман, секс, проблемы с законом… В жизни такое бывает, представь себе. Да и насчёт морали, поспорил бы. Ну и Робби36, конечно там…

Лера, почувствовала, как краснеет. Выражение лица её спутника было таким, как будто обнажённая актриса прямо сейчас стояла перед ним, готовая ко всему. Лера чётко ощутила, что, несмотря на схожие интересы, они стоят на совершенно разных уровнях. То, о чём ей было даже стыдно подумать, этот парень, скорее всего, спокойно вытворял в жизни. Макс повернул к Лере голову. В его взгляде не было ни тени стеснения. Лера опустила глаза. Увидев её смущение, Макс самодовольно улыбнулся и вернул внимание к дороге.

– Ладно, о вкусах не спорят, – сказал он, притормаживая на светофоре. – Давай дальше, "Остров проклятых"?

– Да.

– "Банды Нью-Йорка"?

Лера скорчила гримасу раздумья.

– Скорее, нет.

– "Авиатор"?

– Нет.

– "Таксист"37?

– Не смотрела.

Макс припарковался и протянул руку к бутылке, лежавшей у Леры на коленях. Девушка отдала ему воду. Наблюдая, как он жадно пьёт, она снова подумала, почему они так по-разному восприняли "волка". Для Леры пить с человеком из одной бутылки было максимально интимно. Она позволяла себе такое разве что с мамой и парой парней, с которыми крутила раньше романчики. Для Макса это было совершенно обычно. Как и брать за руку, как и убирать с лица волосы. Он не вкладывал в эти жесты того же смысла. Для него всё было проще.

– Ты всё больше меня удивляешь, девочка, – сказал Макс.

– Я знаю, что он культовый, как-то руки не дошли, – оправдывалась Лера, запихивая тетрадь и задачник в сумку.

Макс снял сумку с её плеча, положил туда бутылку и понёс дальше сам.

– Дело не в этом, я удивлён, сколько ты всего видела, составила мнение. Я думал Скорсезе не для нежных девочек.

– Много ты знаешь про нежных девочек? – съязвила Лера.

– Не считая стереотипов, похоже не особо, – улыбнулся Макс, глядя на неё. – Просветишь?

– Могу говорить только за себя, – пожала плечами Лера, усаживаясь на зелёный склон.

Макс, вернув ей сумку, сел напротив.

– А за других и не надо.

Лера посмотрела на него с вызовом.

– Даже не знаю. Я не люблю аниме, мелодрамы, кучу смайликов в переписке, обезжиренный йогурт, недалёкие песенки попсовые, розовое, блестящее, пп-шное38, мягкие игрушки… Это если по стереотипам.

Макс внимательно слушал. Она не могла разгадать выражение его лица.

– Не люблю выпрямлять волосы, сочетать оттенки в одежде, каблуки ненавижу!

– У тебя есть свой стиль, – вставил Максим, – тебе очень идёт, кстати.

– Мама говорит, что у меня полное отсутствие стиля, – засмеялась Лера. – Так кому верить?

– Самой себе, – ласково сказал парень, придвигаясь чуть ближе. – Но я с твоей мамой не согласен. А такие волосы выпрямлять – преступление.

Лера смотрела на него, пытаясь понять, что у него на уме. Что заставило его после работы вместо отдыха или тусовки с друзьями приехать к ней на другой конец города? Уж точно не желание ковыряться в задачнике советского математика. Она не понимала, нравится она ему или нет. Воспринимать ли полутона и жесты, как флирт, либо для парня это всего лишь социально приемлемое общение? И если первое, то почему ничего не происходит дальше? Макс потянулся и лёг на живот, отпираясь на локти.

– Ну а как насчёт того, что любишь?

– С этим сложнее, – честно ответила Лера.

– Танцы, серьёзное кино, мясо, прогулки, зелёный цвет, плохих парней, "Наше радио", хорошую литературу, – перечислил Макс, – пока ничего сложного.

– Ух, ты… – тихо сказала девушка.

Он попал в самую точку, просто пообщавшись с ней пару раз. Лера подумала, что она сама не сообразила бы так быстро.

– Мне сложно понять, что нравится. Обычно я точно понимаю, что нет.

– Что, если понаблюдать? – посоветовал Макс. – Например, когда голодная, подумай, что именно сейчас хочешь съесть. Ну и так, шаг за шагом.

– Всегда понимаешь, что тебе нравится? – спросила Лера, укладываясь рядом в такой же позе.

Макс слегка улыбнулся.

– Можно сказать, что да.

– И что же?

– Не уверен, что тебе нужно это знать.

Макс пристально посмотрел девушке в глаза. Он заигрывал с ней, хоть и не вполне осознанно. Но ему это нравилось. А ещё он любил продолжительный непрерывный сон, когда день перетекает в ночь. Долгий жёсткий секс, сигареты, валяться в наполненной тёплой ванной, вести машину. Вкусную еду, особенно, когда её не надо готовить. Приятную компанию, ощущение опасности, щекочущее нервы. Когда что-то получалось с первого раза. Шататься всю ночь по злачным заведениям города или весь день шляться по лесу. Любил, когда его предположения оправдывались. Любил деньги, хорошую драку, когда не разогнуться, но и сам кому-то изрядно попортил лицо. Он любил очень многое, но на половину его интересов Лера совершенно точно сказала бы "фу".

– Посмотрим твою задачку, Обезжиренный йогурт?

Лера фыркнула, достала из сумки бумаги и книжку.

– Тебе понравился "волк", и нравится то, что там происходит, – прозорливо заметила девушка. – Ты, типа, плохой мальчик?

– Типа того, – подтвердил Макс, глядя ей в глаза. – Уж не положительный персонаж точно.

Игра в гляделки затянулась.

– Задача, – сглотнув, напомнила Лера.

– Да, точно, – Макс раскрыл книгу. – Короче, смотри…

На этот раз Лера максимально сконцентрировалась на том, что он говорит. На удивление, бывший наркоман без высшего образования объяснял стереометрию гораздо понятнее высококвалифицированных педагогов. В голове у Леры как будто укладывался кирпичик за кирпичиком.

– Понимаешь? – спросил Макс, глядя на девушку.