Таня Кель – Сожги мою тишину (страница 2)
Автомобиль ехал долго. Время в темноте растягивается и становится бесконечным. Я считала повороты. Может, если выживу, пригодится.
Слёзы кончились не скоро. Осталась только тупая тяжесть в груди и привкус крови на губе. Оказывается, я прокусила её, когда мне ломали палец, и до сих пор не заметила.
Я наивно полагала, что это конец. Но это оказалось самое начало моего жуткого путешествия. Эту ночь я не забуду никогда.
Глава 2
Когда багажник открылся, я зажмурилась. Хоть и ночь стояла, но в глаза ярко светили фонари.
Меня грубо вытащили и повели в шикарный особняк. Холодный воздух ударил в лицо, и я жадно вдохнула.
Что ж. И такие люди бывают преступниками. Удивительно.
Мои стражи пинали в спину, чтобы я шла быстрее. Но ноги были ватными, и я с трудом их передвигала.
В горле пересохло, язык прилип к нёбу. В голове шумело. Я почти ничего не различала. Босые ступни обжигал ледяной холод дорогого пола.
Тем не менее заметила шикарный мрамор, люстры, портреты. Здесь пахло деньгами. Их явно передают по наследству вместе с фамилией и страшными секретами.
Когда меня втолкнули в кабинет, сердце забилось. Сейчас что-то произойдёт. Моя судьба решится.
На шикарном кожаном кресле сидел мужчина в дорогом костюме и с бокалом виски. При других обстоятельствах он бы показался мне даже красивым: утончённые черты лица, тёмные волосы, светлые глаза, но они отдавали ледяным холодом. Он смотрел на меня, как на насекомое, случайно залетевшее в комнату: с лёгким раздражением и вопросом – прихлопнуть сейчас или подождать, пока само сдохнет.
Я стояла напротив него и обнимала себя руками. Правая кисть отдавала тупой болью, расходящейся до локтя. Палец распух вдвое и торчал под неправильным углом. Я старалась не смотреть на него, но боль не давала забыть.
Сейчас снова ужас стал бежать чёрными струйками по венам.
– Хотите сказать, что осталась только она? – тихо спросил он. – Я же приказал достать мне файлы, а не убивать!
Охранники что-то невнятно пробормотали в ответ.
– Идиоты! – вздохнул мужчина и его взгляд вернулся на меня. – Значит, ты дочь Ивора Линда?
Я кивнула.
– Где папочка прячет документы знаешь? Скажи, и я отпущу тебя.
Мне нечего сказать. Челюсти сжались сами собой.
– Ты знаешь, кто я? – встал мужчина и медленно направился ко мне. – Я Аксель Ван дер Хольт. Один из учредителей холдинга «Хольт и партнёры». Ты хоть понимаешь, что я раздавлю тебя как таракана и никто даже не узнает? Твой отец перешёл мне дорогу и спрятал кое-что. И ты явно в курсе, где папочка всё хранит. Правда?
Он навис надо мной скалой. Конечно же, от него пахло дорогим одеколоном. Ни капли пота. Ни тени волнения. И явно спасать меня никто не намерен. Мужчина только что узнал, что его люди убили двоих, и его пульс даже не дрогнул. В этом нет сомнений.
Я попыталась отойти, но Аксель схватил за больное запястье и крепко сжал. От боли я лишь открыла рот, и слёзы брызнули из глаз.
– Отвечай! – рявкнул Хольт.
– Так это… немая она, – буркнул один из охранников. – Эл ей руку сломал, она даже не пикнула.
Меня швырнули к столу и кинули передо мной ручку с бумагой.
– Тогда пиши! – Его голос снова стал холодным и спокойным. – Где файлы?
Дрожащими пальцами я взяла ручку в левую руку и долго корябала: «Не знаю».
– Флешки? Диски? – продолжал пытать меня мужчина, нависая сверху.
Я написала то же самое.
– Компьютер? Внешние носители? Облачные хранилища?
Все вопросы звучали ровным тоном, без нажима. Как будто у него такое происходит ежедневно. Ему что, каждую среду приводят девочек со сломанными пальцами, которых надо допросить?
Богатый, мерзкий ублюдок.
И хоть меня всю трясло от злости и страха, я продолжала отвечать: «Не знаю».
Одно и то же, с каждым разом буквы становились крупнее, левая рука сильно дрожала.
Тогда он обогнул стол и плюхнулся в кресло.
– Твой отец рассказывал тебе о работе?
Я мотнула головой.
– У него есть сейф?
«Нет» на бумаге было моим ответом.
Хольт вырвал у меня записку и медленно прочёл:
– Не знаю, нет, не знаю… бесполезная.
Он аккуратно сложил листок пополам, убрал в ящик стола, и я поняла, что он хранит всё. Каждую бумажку, все доказательства. Этот человек не оставляет следов, и у него всё под контролем.
Мужчина взял телефон, будто забыл обо мне, набрал кому-то. Я не вслушивалась в разговор, потому что мерзавец говорил о чём-то своём, и явно это не имело отношения ко мне. Что-то про утренние встречи, отчёты. Будничный вечер обычного человека, который между звонком бухгалтеру и ужином заказал убийство. Так, наверное, живут все богатые.
После того как закончил, он посмотрел на меня.
– Уберите её. И за собой тоже уберите!
Это что… меня сейчас убьют?
Я резко обернулась. Один из охранников достал пистолет и направил в мою сторону.
– Да не здесь, придурки! Вывезите её куда-нибудь в лес!
Они промычали что-то невнятное, схватили меня под руки и поволокли.
Я не могла кричать и звать на помощь, но упиралась в пол босыми ногами. Они скользили по дорогому мрамору.
Нет! Прошу! Мне так хочется жить! Я ещё не влюблялась, не путешествовала. У меня могла бы быть прекрасная жизнь.
А сейчас… я просто умру в тишине. И меня даже оплакать некому. И за что? Почему?
Глава 3
Три часа ночи – отличное время, чтобы вернуться туда, откуда нормальные люди бегут без оглядки.
Мой верный «Дукати» ровно рычал подо мной. И я спокойно ехал по ночным улицам. Вообще, обожаю спящий город. Он как будто накрывает полотном все тайны, зализывает раны, которые успел сделать днём.
Я одиночка. Мне особо никто не нужен, кроме, конечно, моего мотоцикла. Он не имеет претензий, не спрашивает, где я был, и не лезет в душу. Просто едет, куда кручу руль. Между нами идеальные отношения.
И вот я снова у ненавистного особняка. На холодных воротах мигали красным камеры. Сонный охранник… как его? Всегда забываю имена. То ли Петер, то ли Питер… Неважно. Он подошёл и с важным видом нажал кнопочку. Со мной даже не поздоровался, урод! А ведь из нашего кармана ему капают бабки.
Но меня в этом поместье не жалуют. Я младший сын великого Ван дер Хольта. Угрозы не представляю, в делах компании не участвую, просто прожигаю жизнь в тусовках. Это устраивает всех. Особенно Акселя.
Шлагбаум открылся без вопросов, и я заехал. У бокового входа заглушил мотор. Взял шлем под мышку и немного постоял, вдыхая свежий вечерний воздух.
Костяшки саднили: два часа лупил грушу в зале, потому что не мог уснуть. После поехал к Лизе… или Луизе? Хрен его знает. Не запоминал имена любовниц, как и любые другие. Кстати, она ничего так. Отлично справляется с моим аппетитом. Мне всегда мало секса. Он меня редко насыщает. Я могу заниматься им хоть всю ночь и остаться голодным. Почему? Потому что нет чувств. Одна физиология.
Но Лиза справилась сегодня хорошо. Или я просто от неё устал?