Таня Хафф – Кровавый след (страница 57)

– Не должен рассказывать о чем?

Дэниел нахмурился. Этот скучный взрослый хотел только болтать, а значит, перекинуться сейчас было нельзя. С Вики было намного веселее: она бросала Дэниелу палки, чтобы он их приносил.

– Вы злитесь на Генри, потому что он с вашей самкой?

– Она не моя самка, – отрезал Селуччи, прежде чем успел подумать – разумно ли вообще отвечать на такой вопрос.

– А вы пахнете так, как будто она ваша. – Дэниел нахмурил брови. – А вот она так не пахнет.

– А как тогда она пахнет? – не удержался Селуччи.

– Самой собой.

«Не такие разговоры следовало бы вести с шестилетним ребенком», – напомнил себе Селуччи, и тут тропинка вывела их на небольшой луг, в дальнем конце которого мерцал сине-зеленый пруд.

– Ух ты! Утки!

Дэниел сорвал с себя шорты и помчался через поле, пронзительно лая и размахивая хвостиком. Полдюжины уток подождали, пока он окажется почти у самого берега, – и взлетели. Мрак бросился за ними, вздымая тучи брызг, заливаясь лаем, и остановился только тогда, когда птицы скрылись из виду за деревьями. Маленький вервольф уселся на мелководье, быстро полакал воды и, тяжело дыша, оглянулся, чтобы проверить – видел ли его спутник, как он обратил врага в бегство. Селуччи рассмеялся и подобрал брошенные шорты.

– Молодец! – крикнул он.

Когда мальчик впервые на его глазах перекинулся, Майкл почувствовал суеверное покалывание на спине, но что значат такие пустяки на фоне нынешней великолепной сцены? Шагая через луг, он решил оставить выяснение подноготной Генри на конец дня и просто наслаждаться жизнью.

– Тут глубоко? – спросил он, подходя к пруду.

– Ближе к середине примерно в ваш рост, – ответил перекинувшийся обратно Дэниел после минутного раздумья.

Больше шести футов? Глубоковато для такого маленького парнишки.

– Ты умеешь плавать?

Дэниел слизнул капельку воды с носа.

– Конечно, умею, – возмущенно заявил он. – Я умею плавать по-собачьи.

– Думаешь, к ужину управимся? – спросила Роза, вытирая пот со лба.

– Вряд ли дядя Стюарт дал нам выбор, – пропыхтел Питер, опираясь на колотушку. – В последнее время он стал таким ворчливым.

– На тот случай, если ты забыл, – наша семья в опасности. У него есть веская причина ворчать.

– Конечно, но это не значит, что надо рычать на меня.

Роза пожала плечами и начала плотно утрамбовывать землю вокруг основания металлического столба забора. Ей очень не нравилось, что для такой работы надо столько всего на себя напяливать – джинсы, рубашку, обувь, – но попробуй чинить забор в сарафане, особенно когда каждая секция решила стать подпоркой минимум для одного куста малины.

– Просто что бы мы ни делали, он будет огрызаться, вот я о чем. – Питер отрезал восьмидюймовый кусок проволоки от катушки и начал прикреплять нижнюю часть забора к столбу.

«Ты имеешь в виду – что бы ты ни делал», – подумала Роза, но вздохнула и промолчала. Она сама чувствовала себя в последнее время так странно, что не собиралась критиковать своего близнеца.

Прищурившись на солнце, пылающее желто-белым огнем в позднем послеполуденном небе, Питер боролся с желанием высунуть язык и попыхтеть.

– Ну и денек для работы на улице. Немыслимая жара.

– Ты хотя бы можешь работать без рубашки.

– Ты тоже.

– Но ведь не рядом с дорогой.

– Почему бы и нет? – Он ухмыльнулся. – Здесь никто никогда не ездит, а кроме того, они такие маленькие, что их все равно никто не заметит.

– Питер!

– Питер! – эхом повторил он, когда сестра на него замахнулась. – Ладно, если тебе не нравится мое предложение, почему бы тебе не вернуться в дом и не принести нам воды.

Роза фыркнула.

– Конечно. Пока ты будешь подпирать забор и бить баклуши.

– Нет. – Питер наклонился и поднял садовый секатор. – Пока я буду расчищать колючки со следующего столба.

Роза перевела взгляд со столба на брата, повернулась и пошла к дому.

– Лучше тебе и вправду этим заняться… – предупредила она через плечо.

– Иначе что?

– Иначе… я откушу тебе хвост!

Она рассмеялась, когда Питер съежился, услышав их любимую детскую угрозу. Потом припустила бегом, чувствуя его пристальный взгляд на своей спине, оставила позади поле и помчалась по дорожке.

Питер дернул пояс своих джинсов. Они были слишком тугими, слишком стягивающими, слишком горячими. Он хотел… На самом деле он больше не знал, чего хочет.

– Лето было адским, – пробормотал он, двигаясь вдоль забора.

Он скучал по тете Сильвии и дяде Джейсону. Когда двое старших погибли, у него и Розы, казалось, не осталось другого выбора, кроме как стать взрослыми вместо них.

Внезапно ему захотелось завыть, но вместо этого он дал волю своим чувствам, орудуя секатором. Может, начать жить за пределами стаи, как Колин? Но Питер почти сразу отбросил эту мысль. У Колина не было близнеца, а Питер не мог представить свою жизнь без Розы.

Брат и сестра едва не бросили одиннадцатый класс, когда расписание занятий составили так, что они оказались разлучены на бо́льшую часть дня. Школьный консультант, отказавшись менять расписание, понятия не имела, как сильно рисковала быть укушенной. Она сказала, что близнецам пора освободиться от нездоровой эмоциональной зависимости.

Питер срезал несколько ромашек, орудуя секатором, как ножницами.

«Много она знает. Может, если бы у людей развилась небольшая эмоциональная зависимость, мир не был бы таким хреновым».

Приближающийся звук мотора заставил Питера подойти к забору, туда, откуда он мог рассмотреть водителя. Черно-золотой джип, поравнявшись с ним, замедлил ход, остановился в нескольких футах от дороги, затем дал задний ход, разбрызгивая гравий. Тот самый джип, который был припаркован в конце дороги воскресным утром, когда Питер пошел к почтовому ящику, чтобы привести Мрака. Волоски на шее Питера встали дыбом. Он отложил секатор и перепрыгнул через забор. Пора выяснить, почему парень околачивается поблизости.

Марк Уильямс не мог поверить в свою удачу. Мало того что прямо у дороги, рукой подать, появился вервольф, так к тому же это был один из рыжих. Один из молодых рыжих. А по его опыту, подростками можно легко манипулировать, сделать так, чтобы они повели себя импульсивно, безрассудно.

Даже в джинсах и кроссовках существо обладало волчьей грацией. На глазах у Марка оно перепрыгнуло через забор, а когда направилось к машине, он удостоверился, что это – другая ипостась того животного, которое он видел вчера у почтового ящика. Посадка головы, выражение настороженного любопытства были одинаковыми, если учесть разницу человеческого и волчьего обличий.

Марк опустил окно, уже решив, как воспользоваться случайной встречей. Он всегда верил, что лучше всего у него получается импровизировать.

– Ты один из Хиркенсов?

– Да. И что с того?

– Возможно, в последнее время ты замечал меня поблизости.

– Да.

Марку была знакома такая поза. Существо хотело быть героем.

«Ладно, не выпрыгивай из штанов, ты получишь свой шанс».

– Я, э-э, обратил внимание на вашу маленькую проблему.

– Интересно, какую?

Уильямс нацелил палец на парня и сказал:

– Бах. Слышал, в этом месяце вы потеряли двух членов своей семьи. У меня, э-э…

Внезапный шум испугал его, особенно когда он понял, что слышит. Существо рычало, звук зарождался глубоко в его горле, недвусмысленно означая угрозу.

Марк опустил руку и положил палец на кнопку управления стеклом. Не стоило рисковать понапрасну.

– У меня есть информация, которая может помочь вам поймать виновника. Интересует?