Таня Фоозен – Аллея ловушек (страница 16)

Ребята не стали возражать. Им нужно было многое обдумать.

Дружно убрав тарелки, девочки попрощались с господином Шноттером и Робином – он всё-таки жил чуть дальше на той же самой улице. По дороге домой Элина ненадолго забыла о своих тревогах, потому что Чарли, чтобы поднять настроение, всё время отпускала дурацкие шуточки. Но, оказавшись одна в своей комнате, Элина опять призадумалась. Она выдвинула ящик письменного стола. Там лежала конфетная обёртка, которую Вивьен Алдрич оставила как предостережение. Девочка положила рядом с ней записку с предсказанием оракула и задвинула ящик.

Она очень надеялась, что в будущем магия принесёт им только хорошее.

Глава 12

Возвращаясь после школы домой на автобусе, Чарли без конца мелодраматично вздыхала. Элина прекрасно понимала отчего. Их учительница английского госпожа Зайдель вернула сегодня контрольные, и оценка Чарли, в отличие от Элины, оказалась низкой.

– И что я творю? – ворчала Чарли. – Мама ведь только что позволила мне перейти в художественную студию. Спорим, из-за этой дурацкой отметки будет огромный скандал?

Элина легонько толкнула её:

– Твоя мама и до художественной студии знала, что ты не образцовая ученица. Она всегда хотела, чтобы я тебе помогала. Между прочим, неплохая идея. Скажи ей, что с этого дня мы будем заниматься вместе. Она обрадуется, увидев, что ты стараешься!

Губы Чарли тронула робкая улыбка.

– Спасибо.

Они вышли на следующей остановке, и вскоре Элина увидела, что к их садовой ограде прислонён велосипед Робина. Он явно ждал их в домике на дереве. Что же ему понадобилось?

– Через пять минут в домике? – спросила Элина, указав на велосипед Робина, чтобы Чарли обратила на него внимание.

– Договорились, – согласилась Чарли.

Открыв входную дверь, Элина услышала раздававшиеся из гостиной голоса. Пит спорил с мамой о том, может ли он немного поиграть на игровой приставке, прежде чем сделает уроки, но мама была категорически против. Брат, не замечая Элину, с воплями потопал наверх, ругаясь на дурацкие домашние задания.

– И тебе привет! – крикнула она ему вслед.

– Элина, это ты? – спросила мама.

– Нет, твоя другая дочь Эмма! Кто же ещё? – отозвалась Элина, оставив рюкзак у вешалки.

– Есть хочешь? – спросила мама, выглянув из гостиной. – Минут через двадцать будет готова лазанья. Папа ещё на работе. Сейчас к нам на обед заглянет дедушка.

– Да, хочу. Но… в домике на дереве Чарли с Робином.

– Они могут пообедать с нами, – предложила мама.

– Спасибо! – отозвалась Элина уже на бегу к двери.

– Через двадцать минут! – ещё раз напомнила мама.

В саду Элина направилась прямиком к домику и вскарабкалась по лесенке наверх. Домик давно стал местом их встреч с Чарли и Робином. Здесь они разработали множество планов, а в последние недели бесконечно болтали обо всём на свете.

Когда Элина пролезла в люк, Робин, подняв глаза, закрыл книгу о растениях. Он выглядел несчастным.

– Всё хорошо? – спросила Элина.

Робин покачал головой:

– Я не хотел ничего говорить сегодня в школе, но на обратном пути всё время размышлял об этом, поэтому развернулся и приехал сюда. Родители всё равно думают, что сегодня я вернусь позже.

Встревоженная Элина присела рядом. Нехорошее начало…

Наверху показалась Чарли.

– Эгей! Без меня не начинать! – Она плюхнулась на пол напротив Робина с Элиной.

– С моим поном что-то не так, – без обиняков выложил Робин.

Элина пригладила волосы.

– Что ты имеешь в виду?

– Мортимер же его починил, – прибавила Чарли.

Робин удручённо взглянул на них:

– Вчера у нас снова были сладкомаговские занятия, и мама собиралась продолжить работу над рецептом, который мы начали несколько недель назад. Пон у меня в руках был совершенно холодным, – он вздохнул. – А ведь вообще-то за счёт магии, проходящей по пону при изготовлении сладостей, он всегда тёплый. Вчера всё было не так, как обычно.

– Что-нибудь произошло, когда ты его использовал? – спросила Чарли.

– Я сразу же сказал, что у меня болит живот, чтобы уйти, – неохотно признался Робин. – Говорю вам: творится что-то странное!

Элина сочувственно взглянула на друга:

– Ну конечно, мы тебе верим. Но, может, этому есть какое-нибудь разумное объяснение?

– Ведь чемоданчик для экстренных случаев тоже проявлял собственную волю, – напомнила Чарли. – Так может, твой пон вчера праздновал какой-нибудь День мага-ворчуна или ещё что-нибудь такое чокнутое?

Робин страдальчески скривил лицо:

– Я, правда, не знаю…

– А к твоему пону нет какого-нибудь… э-э-э… руководства? – спросила Элина.

Её слова вызвали у Робина лёгкую усмешку.

– Ты имеешь в виду руководство по эксплуатации, как у телевизора, куда можно заглянуть, если что-то не так?

– Да, звучит действительно глупо, – улыбнулась она. – Когда я держала пон в руках, мне он тоже казался холодным, но я не владею магией.

– По словам господина Шноттера, этот Мортимер такой крутой мегаизобретатель, но, может, и он что-то напортачил при починке? – предположила Чарли.

– Эм-м, – промычал Робин. – Возможно. С тех пор как господин Шноттер рассказал нам, что Мортимер восторгается взглядами Союза Иных, мне стало не по себе. В любом случае репутация у него далеко не безупречная.

– Мне тоже как-то не по себе, – согласилась Элина. – Он с таким презрением назвал меня бесталанной! Надеюсь, мы его больше никогда не увидим.

– Поверить не могу, что некоторые сладкомаги до сих пор допускают мысли о своём превосходстве… – Робин нахмурился. – По-моему, ужасно несправедливо, что обычные люди не могут быть частью магического мира, как до Великой Распри. Только вообразите волшебный мир, в котором мы можем дружить открыто!

Элина уселась поудобнее, скрестив ноги по-турецки.

– Это и правда было бы суперски! Мы могли бы часто отправляться на Аллею горькой сладости и вместе переживать столько приключений! – Она бросила быстрый взгляд на Чарли. – Разумеется, в обычной жизни тоже есть много классных вещей…

– Ладно-ладно. – Чарли заправила прядку волос за ухо. – Этот другой, магический, мир тоже увлекательный. Такое ощущение, что до появления Союза Иных плохой магии не существовало…

– Жаль, что родители ничего о них не рассказывали, – вздохнул Робин. – Конечно, они намекали на что-то такое и пару раз упоминали группу сладкомагов, восставших против магистров. Но разве я мог представить, что это было настоящее тайное общество?! Вечно какие-то секреты!

– Ну, ты ведь тоже не всё рассказываешь родителям, – напомнила Элина.

– Потому что иногда сказать правду слишком трудно, – еле слышно пробормотала Чарли. – Даже самому себе.

Элина удивлённо посмотрела на неё. Неужели у Чарли есть какой-то секрет?

– Ты о чём? – осторожно поинтересовался Робин.

Элина придвинулась чуть ближе к Чарли:

– Не хочешь рассказать нам?

Чарли, сцепив пальцы, нервно заламывала руки. Закусив губу, она, казалось, боролась с собой.

– Я… мне иногда снится Вивьен. Это нехорошие сны. В них она находит нас и… творит с нами всякую жуть. Поэтому иногда мне бывает не по себе из-за магии. С её помощью можно делать ужасные вещи…

– О, Чарли… – Сердце у Элины сжалось. Глядя на подругу с состраданием, она взяла её за руку. – Мы всегда рядом. Что бы ни случилось.

Робин взял другую руку Чарли: