Таня Денисова – ( Не)нужная истинная генерала (страница 8)
— Ну что вы? Мне от вас скрывать нечего. Я — открытая книга.
— Открытая книга? Тогда ты не будешь против, если сначала я тебя просканирую драконьим зрением?
— Ну, смотрите, — отвечаю с милой улыбкой.
Ох, лучше бы я не соглашалась…
Глава 11
— Только сначала пусть твоя служанка покинет покои, — говорит Дэймон, кивая в сторону ванной комнаты.
— Почему?
— Не хочу, чтобы она услышала лишнее. В этом замке я не доверяю слугам. И тебе советую держать рот на замке.
Последние слова он говорит мне на ухо, вызывая на коже стаи мурашек. Я отклоняюсь от него и удивлённо смотрю в его глаза. Дэймон говорит, что не доверяет собственным слугам, но никого не увольняет. В чём логика? Неужели это — тоже часть его плана.
— Почему не поменять слуг? — спрашиваю прямо, на что он усмехается и качает головой.
— Нужно, чтобы пока они оставались на своих местах.
— Кому нужно?
— Мне. Олли, ты закончила в ванной комнате? — громко спрашивает у моей служанки.
Она заходит в комнату, видит, как близко мы стоим с Дэймоном, чуть краснеет от смущения и кивает.
— Я могу идти, Ваша Светлость?
— Иди.
— Спасибо за помощь, Олли, — говорю ей с мягкой улыбкой.
— Рада помочь, госпожа.
Олли кланяется и выходит из покоев, тихо прикрывая за собой двери.
— Готова? — спрашивает Дэймон, хитро подмигивая.
— А… у меня вопрос. Это прилично, что мы остались одни?
— Меня сейчас приличия волнуют в последнюю очередь, Алисия, — говорит прямо, и я возмущённо вскрикиваю, когда он притягивает меня к себе за талию.
— Может, вы рассчитываете, что я как Астрид подниму скандал и потребую свадьбы? — спрашиваю у него, чуть склонив голову.
Дракон хмурится сначала, а после его губы растягиваются в лукавой улыбке.
— Хорошая идея.
Не успеваю моргнуть, как он подаётся вперёд и целует. Вот же…
Ох, как он целует…
Под таким напором сложно устоять. Его губы чуть грубо сминают мои, но вскоре становятся более мягкими, когда не встречают сопротивления. Я настолько под впечатлением, что даже отвечать начинаю. А когда робко провожу кончиком языка по его губам, будто слышу утробное рычание.
«Моя» — в голове будто звериное рычание.
Именно оно заставляет меня отшатнуться, разорвав поцелуй. А ещё я чувствую жгучую боль в месте, где находится та самая метка истинности. Я прикладываю немало усилий, чтобы не посмотреть на неё сейчас. Не хочу привлекать внимания Дэймона.
Он смотрит на меня с довольной улыбкой и медленно слизывает с губ остатки влаги. Ничего не могу сказать. Выглядите это чертовски соблазнительно. И не буду отрицать, что поцелуй мне понравился.
Но если уйти немного в сторону, то я подмечаю две вещи.
Во-первых, Дэймон, очевидно, не понял, что я услышала рычание его дракона. А интуиция мне подсказывает, что это именно дракон и был. Вторая ипостась Дэймона. Вопрос: почему он этого не понял, почему не услышал?
Во-вторых, генерал явно не чувствует мою метку. И это странно. Поскольку книги, которые Алисия изучила в поисках информации об истинности, говорят о том, что дракон связан со своей парой через метку. И если эта самая метка на него реагирует, он это должен почувствовать. А что Дэймон? А ничего! Он даже не смотрит на мою руку. Он не чувствует метку. Почему?
Вопросов становится только больше. А где искать ответы?
Наверное, тоже в библиотеке, где и проводила время Алисия последние дни пребывания дома. Что-то мне подсказывает, что у Дэймона здесь намного больше полезных книг. Причём я смогу найти информацию не только о метке истинности, но и о перемещении душ.
Мне нужно понять для себя — насколько опасно в этом мире признаваться хоть кому-то, что ты очнулся в чужом теле.
— Неожиданно, — говорит Дэймон, опуская взгляд на мои губы. — Не думал, что ты умеешь целоваться.
— А я тренировалась, чтобы не опозориться, — говорю с милой улыбкой и делаю шаг назад, но цепляюсь за что-то и лечу назад спиной.
Дэймон не даёт мне упасть. Ловко подхватывает на руки и несёт к кровати.
— Поставьте меня на ноги немедленно! — требую я.
— Тренировалась целоваться? — спрашивает с хитрой улыбкой. — А чему ещё тренировалась, м?
От этого вопроса, мне становится обидно за Алисию. Я в своём теле и в своём мире кое-что пробовала, а вот она абсолютно невинна. Не буду же я говорить этому индюку самовлюблённому, что для меня — это первый поцелуй. Он не поверит. И будет прав. Но намекать, что Алисия могла позволить себе что-то ещё…
— Поставьте! — кричу так, что он морщится.
Как только оказываюсь на ногах, замахиваюсь с целью влепить пощёчину, но не успеваю. Дэймон ловит мою руку за запястье. Я морщусь, потому что его пальцы нажимают на метку, которая болит просто адски.
Генерал замечает это, убирает свои пальцы и в шоке смотрит на метку, которая после нашего контакта начала светиться красным.
— Это что ещё такое?..
Глава 12
Дэймон рассматривает метку, а я не могу понять — он разозлён, удивлен или рад? И чем больше он молчит, тем тревожнее мне становится.
— Вы мне скажите, что это такое, — решаю сыграть в дурочку.
Вдруг это поможет разобраться в ситуации. Он поднимает на меня хмурый взгляд.
— Глазами я вижу, что метка истинности отвечает на наше взаимодействие, но мой зверь не чувствует ничего.
— Ваш зверь, вообще-то, меня признал.
— Повтори! — требует он, снова сжимая мои запястья.
— Когда мы с вами целовались, он сказал: «Моя».
— Я не слышал.
— Это нормально, что вы не слышите своего зверя? — спрашиваю осторожно.
— Естественно, нет.
— Не нужно ехидничать. Я — не драконица. У меня зверя нет, и я не знаю, как вы там друг с другом общаетесь. Вот и спрашиваю.