Таня Денисова – Миссия дракона: вернуть невесту (страница 12)
- Софийка полностью здорова, - говорит барсия. – Я не против принять твою помощь, но среди моих друзей ещё остались те, кто боится подпускать тебя. У нас есть маленький фурион. Знаешь о таком существе?
- Знаю, он создаёт драгоценные камни, - быстро вспоминаю я. – И от него отказались?
- Да.
- Но почему?
- Потому он перестал создавать эти самые драгоценные камни, а его прошлая хозяйка продавала их ювелиру.
- Какой ужас… Фурионы – они же такие милые существа, они привязываются к хозяину и готовы хоть целую вечность ему эти камни дарить.
- Готовы, если чувствуют отдачу. А вот если хозяин только берёт, то…
- Он лишается силы.
- Вот именно. Ему нужна подпитка. Наша магия ему не подходит. А вот твоя может быть. Излечить его за один раз у тебя не получится. Он совсем маленький, поэтому нужно действовать осторожно. Если у тебя получится ему помочь, то ни у кого не останется сомнений в твоих целительских способностях.
- Я готова попробовать, - говорю уверенно.
А ещё мне не терпится посмотреть на живого фуриона. В Академии я видела его только на изображениях в книгах. Он ещё тогда показался мне очень милым. Уверена, что вживую он ещё лучше.
- Ты уже здесь? – раздаётся от двери голос Фунтика. – Подготовила для Эмили очередное испытание?
- Финальное, - фыркает барсия, - если бы я решала одна…
- Я понимаю, Боа. Эмили, Бетти ждёт нас на завтрак.
- Я не тороплю. Ситуация с фурионом не критическая. Приходи, когда сможешь.
С этими словами барсия растворяется в воздухе. Я же отправляюсь в ванную комнату, привожу себя в порядок и надеваю синее платье, которое для меня приготовила Бетти.
Она ждёт меня на кухне с ароматным чаем и румяными булочками. На её лице мягкая улыбка, и мне сразу становится уютно и тепло. Впервые за долгое время мне так хорошо. Будто рядом мама. И в этом доме мне хорошо, спокойно.
Очень надеюсь, что смогу помочь фуриону, и тогда у меня появится возможность остаться в Плентоксе.
В голову закрадывается мысль, что Генри согласится предоставить мне защиту, даже без работы в приюте для фамильяров. Улыбаюсь про себя. Уже и название придумала. Забавно получилось.
Если судить объективно, то мне стоит только включить женское обаяние и попросить Генри о защите. Уверена, он не устоит. Тем более, и Бетти, и Фунтик заметили его симпатию ко мне. Это ведь как ему польстит, что милая, беззащитная графиня придёт к нему с такой просьбой. А он как сильный, благородный мужчина не сможет отказать.
Да только я не из тех девушек, что пользуются своей внешностью и обаянием, чтобы достичь желаемого.
Но! Я категорично не отказываюсь от такого варианта. Кто меня осудит?
Я присаживаюсь за стол и рассказываю Бетти о визите барсии.
- Я даже не знала, что в том доме живёт фурион! – восклицает она. – Хотя понимаю, почему Боа скрывала его. Желающих заполучить драгоценные камни появится немало. Фуриона могут и выкрасть. Поэтому ты тоже молчи. Никому не говори.
- У вас в Плентоксе живут воры? – удивляюсь я.
- Эмили, люди бывают разные. Сегодня человек – добрый и хороший, а завтра, узнав о сокровище, будет сбивать всех на своём пути, чтобы добраться до него первым. И не забывай, что в Плентоксе останавливаются разные личности с других поселений. Я не могу уверенно заявить, что все они – добропорядочные.
Позавтракав, мы вместе с Бетти выходим из дома. Ей пора открывать пекарню, а меня сопровождать к дому фамильяров будет Финик.
У фонтана на площади мы видим Генри. Я приветливо улыбаюсь и машу ему рукой, он отвечает тем же. Генри явно хочет подойти к нам, но в этот момент перед ним появляется Луиза. В руках у девушки небольшая корзинка.
- Опять ему пирог принесла, - усмехается Бетти. – Неугомонная девица. Я жду тебя здесь, как справишься.
- Хорошо, - отвечаю я и направляюсь вверх по улице.
Барсия уже ждёт меня на крыльце дома. Мы с Фиником проходим внутрь и заходим в ту же комнату, что и вчера. На столе стоит коробочка, а в ней на мягкой подстилке сидит фурион. Я подхожу к нему, наклоняюсь и протягиваю раскрытую ладонь.
- Разреши тебе помочь, – мягко говорю я.
Он смотрит на меня настороженно, а после делает первый нерешительный шажок. Когда его лапки касаются моих пальцев, по телу проходит волна тепла.
- Я тебе доверяю, - едва слышно говорит этот малыш и ложится на мою ладонь.
Мне так грустно за него становится. Он ведь, наверное, точно так же раскрыл свою душу и сердце для прежней хозяйки, а она его предала. И вот сейчас он, несмотря на это предательство, вновь готов открыться. А я… я сделаю всё, чтобы ему помочь и найду хорошего хозяина!
Глава 18
Я направляю магию на кончик пальца и осторожно вожу им по мягкому животику фуриона. Он лежит на спине, чуть покалывая многочисленными иголками мою ладонь, и издаёт что-то похожее на урчание. Его веки закрыты, кончик носа шевелится, будто он пытается уловить все запахи вокруг, и лапки, наконец, расслабляются, перестав дрожать.
Я сижу с фурионом на ладони в мягком кресле у окна. Я бы вышла с ним на улицу, как с софийкой, но Боа против. Она не хочет, чтобы редкого фамильяра увидел кто-то посторонний.
Барсия соглашается только открыть окно, чтобы в комнату поступал свежий воздух. Я не совсем понимаю таких мер предосторожности, поэтому она присаживается рядом со мной на пол и рассказывает одну не очень приятную историю.
- Я появилась здесь первой. Не сразу поняла, что произошло. В наших легендах говорилось, что маг может отказаться от фамильяра, но я не думала, что такое случится со мной. Я верно служила Лиониру. Я была ему не только надёжной помощницей, но и другом. Так мне казалось. Но он отказался от меня, когда рядом появилась ведьма. Она была из тёмных. Жуткие вещи творила, а рядом с Лиониром представала в образе невинного ангелочка. Он ей верил, а я видела её истинное лицо. Ведьма побоялась, что я расскажу её возлюбленному правду, поэтому она меня подставила. Разыграла ситуацию, где я якобы напала на неё. Лионир даже слушать меня не стал. Он сказал всего одного слово, и я очутилась здесь, на поляне перед этим домом. Двери оказались не заперты, поэтому я вошла. Мне хватило пары минут, чтобы понять, почему именно сюда меня перенесло. Здесь живут исключительно люди, а значит…
- У тебя не появится нового хозяина, - договариваю я.
- Именно. Потом появилась софийка. Потом ещё одна софийка. Потом фурион. Периодически к нам приходил Финик. Он был частым гостем Плентокса. Полюбилась ему выпечка Бетти. Мы с другими фамильярами много времени проводили на улице. Я надеялась, что это поможет им скорее восстановиться, но ошиблась. Однажды рядом с домом проезжал всадник. Он заметил фуриона. А тогда наш маленький друг ещё мог создавать небольшие камушки, поэтому на его иголочках красовались свершающие капельки. Всадник решил заполучить его. Он вернулся ночью с подмогой.
- Какой кошмар… - выдыхаю я.
- Я приняла боевой образ, и Финик прибежал на мой призыв. Мы вдвоём отбили нападение на дом. Пострадали немного, но нас быстро излечила местная травница. Фурион очень испугался, и его искра потухла. С тех пор он не смог создать ни одного драгоценного камня, и от этого он грустит всё больше.
- Бедный малыш, - шепчу я и с моей щеки скатывается слеза, которая падает фуриону прямо на животик. – Я видела в учебнике, какую красоту они создают. Потерять такой дар… Это, наверное, очень больно.
- Больно.
- Скажи, Боа, а вы ведь можете обрести нового хозяина?
- Можем, только процесс будет сложнее.
- В чём именно?
- Если раньше связь между фамильяром и магом возникала при первой встрече, то сейчас после возникновения этой связи фамильяр должен дать согласие на службу. Если согласия не будет, связь разрушается.
- И сколько раз вы можете отказаться?
- Три.
- А потом?
- А потом мы исчезнем.
- Как так? – вскрикиваю я.
- Такова воля Богов, - отвечает Боа и выходит из комнаты.
Я поворачиваю голову к Финику. Смотрю на него с надеждой, что он опровергнет эти страшные слова, но он молчит.
- К сожалению, это случится, - говорит он, наконец. – И я знаю несколько таких случаев.
- Это ужасно!
- Удивительно…
- Что именно?
- Как ты сохранила доброту в своём сердце несмотря на ужасные условия жизни с мачехой.
- Ну, она ведь не всегда была рядом со мной, - усмехаюсь я, продолжая осторожно напитывать магией фуриона. – А что там Дамиан?
- Мне послышалось?
- Нет.