Тан Ци – Разрушение кокона (страница 113)

Богиня света объяснила, что хотя она и способна поворачивать время вспять, но не может просто взять и отправить кого-либо в прошлое. Если Сяо-Гуньгунь и Сяо-Фэнцзю смогли переместиться, то это скорее воля небес, а не ее заслуга. Раз уж владыка настаивает на том, чтобы последовать за ними, она приложит все усилия, но сможет ли он действительно вернуться на двести шестьдесят тысяч лет назад – зависит от того, будет ли это угодно судьбе. К тому же, поскольку в том времени уже существует Верховный владыка Дун Хуа, он заменит себя из прошлого. В отличие от Фэнцзю и Гуньгуня, он не сохранит воспоминаний из настоящего, поэтому его путешествие в прошлое не имеет особого смысла.

Однако владыка не считал это бессмысленным.

В том времени он действительно не помнил событий, которые произойдут через двести шестьдесят тысяч лет, и был таким же, как и подобало владыке той эпохи. Но когда Фэнцзю коснулась нефритовой шкатулки Цзу Ти, судьба дала знак – и они вместе с Гуньгунем, находившимся в Лазурном море, как не принадлежащие тому времени, вернулись обратно вместе с озарившим мир серебряным светом.

Выслушав объяснение владыки с начала и до конца, Фэнцзю не могла прийти в себя от изумления:

– Неужели так все и было? Досточтимая Цзу Ти говорила, что, когда мы с Гуньгунем вернемся, все следы нашего пребывания в том времени исчезнут и никто о нас не вспомнит!

Ее круглые глаза засияли от радости:

– Я думала, как жаль, что ты не вспомнишь те дни, которые мы провели вместе. Но теперь мне кажется, что нам невероятно повезло!

Фэнцзю обняла его за пояс и еще долго сидела, просто радуясь, как вдруг, словно что-то вспомнив, отстранилась от него и подняла голову. Улыбка сошла с ее лица, она посмотрела на Дун Хуа, потянула за руку и усадила рядом.

– Но у меня есть вопрос. – На ее личике, нежном, как цветок лотоса, появилось недоумение. – Если ты не помнил меня, то почему так быстро полюбил? Ведь, как ты говоришь, когда я попала в прошлое, ты вообще меня не знал, только услышал, что я твоя будущая жена. Но с самого начала ты относился ко мне так хорошо… – Она нахмурилась, искренне не понимая. – Почему ты был так добр ко мне и так быстро полюбил? – Фэнцзю слегка прикусила губу. – Ведь в действительности все было не так. Я очень-очень долго добивалась твоей любви, владыка.

Он постучал пальцем по ее лбу.

– В действительности ты четыреста лет служила в Рассветном дворце, а я тебя даже ни разу не увидел. Ты говоришь, что очень долго добивалась моей любви, вот только я об этом ничего не знал. Когда судьба дала нам шанс встретиться, ты предстала передо мной как владычица Цинцю, и я, впервые тебя увидев… – Он вдруг замолчал.

Фэнцзю, сидя на коленях рядом, потерла лоб и с любопытством спросила:

– И ты, впервые меня увидев, что?..

Впервые он увидел Фэнцзю, когда она явилась из озера Возрождения – ее волосы были черны, как ночь, а одежды белы, будто снег. Легкая и изящная, она стояла на гребне волны и ярко улыбалась всем прибывшим встречать невесту, ее тетушку Бай Цянь. Ее длинные волосы водопадом ниспадали по спине. Влажные темные пряди липли к щекам, отчего ее и без того крошечное лицо казалось еще меньше. Ни у одной из небесных дев не было такой живой улыбки, такой изящной красоты.

Дун Хуа всегда думал, что при первой встрече у озера Возрождения Фэнцзю не произвела на него особого впечатления. Но теперь, когда он вспомнил тот день, понял, что ее образ встает перед глазами во всех подробностях. Владыка надолго задумался.

Лишь когда Фэнцзю снова дернула его за рукав, требуя ответа, он очнулся и, сам не замечая, как смягчились черты его лица, ответил:

– Разве я не был очарован, впервые тебя увидев?

Ее рука, потирающая лоб, замерла. Фэнцзю широко раскрыла глаза и лишь через мгновение прошептала:

– Правда?

Владыка улыбнулся и сам принялся тереть ее лоб, подумав, что, возможно, стукнул по нему слишком сильно.

– Поэтому, даже если мы не будем знакомы, стоит мне тебя увидеть – и я полюблю тебя вновь. И так будет всегда. Сколько бы раз это ни повторилось.

Фэнцзю очень долго смотрела на него в каком-то оцепенении, затем вдруг глаза ее покраснели, она бросилась к нему, крепко обвила его шею руками и прижалась щекой к плечу.

Вскоре Дун Хуа почувствовал, как плечо стало мокрым.

– Почему ты снова плачешь? – тихо спросил он.

Но Фэнцзю только крепче его обняла, еще сильнее прижалась щекой и проговорила сквозь слезы, глуховато, но с очаровательной нежностью:

– Сама не знаю. Я так счастлива, но мне все равно хочется плакать. Владыка, не смотри на меня!

– М-м, не смотрю.

Он погладил ее по голове и поцеловал в макушку.

Деревья прозрения и возрождения цвели на гребнях дворцовых стен – и цвели так густо, что казалось, будто те укутаны одеялом из облаков.

На ветру изящно танцевали цветы колокольчиков Будды.

Эта ночь была чудесной.

Глоссарий

Измерение времени в Древнем Китае

Один древнекитайский большой час равен двум современным часам. Сутки делились на 12 часов – «стражей», каждая из которых называлась в честь животного восточного гороскопа.

Также использовались следующие способы измерения времени:

1 ЧАШКА ЧАЯ – по «Правилам служителя Будды», чашка чая длится зимой 10 минут, летом – 14,4 минуты. Считалось, что этого времени достаточно, чтобы подать чашку, дождаться, пока она остынет, и медленно, распробовав вкус, выпить до дна. Со временем стало устоявшимся выражением, обозначающим «около 15 минут».

1 КУРИТЕЛЬНАЯ ПАЛОЧКА – горение одной курительной палочки (благовония) составляет около получаса. Завязано на традиции медитации, изложенной в каноне «Правила служителя Будды»: каждая медитация длилась 30 минут, столько же времени горела стандартная палочка благовоний.

Измерения длины и веса в Древнем Китае

ЛИ (кит. 里) – мера длины, используемая для измерения больших расстояний. Примерно равна 500 м.

ЛЯН (кит. 两) – мера веса, равная примерно 50 г.

ЦЗИНЬ (кит. 斤) – мера веса, равная 500 г.

ЦУНЬ (кит. 寸) – мера длины, равная примерно 3,33 см.

ЦЯНЬ (кит. 钱) – мера веса, равная 1/10 ляна.

ЧЖАН (кит. 丈) – мера длины, равная 3,33 м.

ЧИ (кит. 尺) – мера длины, равная примерно 33,33 см.

Термины

БЕССМЕРТНОЕ НАЧАЛО (кит. 仙胎) – бессмертный зародыш, зародыш дао или истинное семя – бестелесное соединение жизненности и духа белого и золотого света. Оно не имеет ни формы, ни величины и не похоже на обыкновенный зародыш, возникающий в результате соития мужчины и женщины.

ВРЕДОНОСНАЯ ЦИ (кит. 戾气) – вредоносный тип жизненной энергии ци, которая постоянно окружает человека и находится в его организме. Всегда должен быть баланс здоровой и вредоносной ци. Но если происходит перевес вредоносной, человек ослабевает и начинает болеть.

ДАО (кит. 道) – важная этическая категория китайской философии, нравственный путь человека, достижение гармонии.

ДУШИ ХУНЬ И ПО (кит. 三魂六魄) – древние китайцы считали, что души человека многочисленны и делятся на три эфирные (хунь), отвечающие за эмоции и мыслительные процессы, и шесть животных (по), отвечающих за физиологические процессы и двигательную функцию.

ИЗНАЧАЛЬНЫЙ ДУХ (кит. 元灵) – сферическое энергетическое «тело». Несет в себе часть сознания, памяти и энергии. Телесное проявление изначального духа – биение сердца.

СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ (кит. 修仙) – духовное преображение в контексте даосских практик.

ЭНЕРГИЯ ЦИ (кит. 气) – жизненная сила в китайской философии и медицине. Выражает идею фундаментальной, пространственно-временной и духовно-материальной субстанции, которая лежит в основе устроения Вселенной, где все существует благодаря ее видоизменениям и движению.

ЭНЕРГИЯ ИНЬ (кит. 阴气) – в китайской философии и медицине женская темная энергия. Считалось, что наиболее сильна по ночам.

ЭНЕРГИЯ ЯН (кит. 阳气) – в китайской философии и медицине мужская светлая энергия. Считалось, что наиболее сильна днем.

Цветы и деревья

АЛЬБИЦИЯ (кит. 合欢树) – символизирует верность, супружеское согласие и взаимную привязанность.

АШОКА (кит. 无忧树, Беспечальное дерево) – дерево, под которым по легенде родился будда Гаутама (Шакьямуни). Питье воды, которой были омыты листья дерева, в Индии считается защитой от горя.

БАМБУК (кит. 竹子) – символ непреклонности характера и высокой нравственности. Подобно бамбуку благородный муж должен не прогибаться под вышестоящих, а служить образцом праведности. Ассоциируется с летом.

БЕГОНИЯ (кит. 秋海棠) – символизирует тоску в разлуке, безответную любовь, которая ранит душу.

БЕЛОЕ АГАРОВОЕ ДЕРЕВО (кит. 白奇楠) – особая разновидность ароматной древесины агарового дерева. Считается, что аромат белого агарового дерева снимает стресс, успокаивает разум и способствует сну. Символизирует освобождение души. Буддисты и даосы верят, что аромат агарового дерева способен проходить через три мира, то есть прошлое, настоящее и будущее.

БЕЛЫЙ ДУРМАН (кит. 曼陀罗, мандара) – чрезвычайно ядовитое растение. Священное и лечебное растение Индии, которое также именовалось «цветком Шивы» (согласно «Вамана-пуране», этот дурман вырос из груди Шивы). Один из четырех видов священных цветов, которые согласно «Сутре Лотоса» полились дождем с неба после того, как Будда закончил проповедь. В то же время является одним из цветов, приносящих несчастье.

БОЖЕСТВЕННЫЕ ЦВЕТЫ (кит. 紫薇花) – одно из названий цветка лагерстремия индийская или индийская сирень, хотя с ботанической точки зрения сиренью не является. Растет в Китае, но получило распространение в Индии.