Тамора Пирс – Боевая Магия (ЛП) (страница 22)
— И не только Живой Круг, — сказала ещё одна из их сотрапезников.
Это была одна из погонщиков мулов наморнского купца.
— Многие зарубежные храмы закрыты или под стражей. Открыты только храмы богов Янджинга, а если кто поклоняется другим — очень жаль. Можно только надеяться, что они слышат нас, так далеко от дома.
— Жаль, что вы не могли поехать в Гьонг-ши, — сказала женщина из другой группы путников. — Говорят, что даже если у твоего бога нет храма, то всё равно есть возможность оттуда дозваться его своей молитвой.
— О? — спросил наморнец. — Это как?
— Это Гьонг-ши, — сказала женщина, будто это всё объясняло.
Когда наморнцы уставились на неё, она тихо засмеялась, и пожала плечами:
— Именно поэтому столь многие строят там свои храмы, даже если у их веры дом в другом месте. Поэтому текущие оттуда реки священны. Ближе, чем Гьонг-ши, ты при жизни к богам не приблизишься. Все это знают. Дримбаканг, все три гряды, они — колонны, подпирающие небеса.
— Ха! — сказала Эвви, тыкая Браяра. — Я же говорила, что эти горы были важными! А теперь я никогда не увижу их вблизи!
— Ай, — возразил Браяр, зыркая на неё. — Разве ты не насмотрелась уже на горы?
Девушка, которая занималась мулами, подтянула Браяра к себе:
— Я защищу тебя от тощих девчонок, которым нравятся горы, — заверила она его.
— Думаю, пора убирать со стола и идти спать, — объявила Розторн, вставая. — Мне жаль слышать ваши новости, — сказала она наморнцу. — Мы были в Гьонг-ши перед тем, как приехать сюда, и они там об этом ничего не слышали.
— Возможно, он снова потеплеет к зарубежным религиям так же быстро, как и охладел к ним, — ответил купец. — Мы все можем об этом молиться.
Зевая, Эвви принялась собирать чаши и столовые приборы, но Браяр её остановил.
— Мы этим займёмся, — сказал он, забирая их у неё. — Ты, иди спать.
Судя по взгляду, которым он одарил погонщицу мулов, Эвви не была уверена, сколько именно времени они уделят мытью посуды, но то было не её крысячье дело, как говорил Браяр. Она поспешила внутрь, передвинула заградительные камни, чтобы кошки могли спать со своими излюбленными людьми, затем приготовилась ко сну. Прежде, чем закрыть глаза, она вознесла ещё одну молитву Хэйбэю, за Парахана.
Она спала, и ей снилось, что Парахан бежал впереди неё. Она неслась так быстро, как только могла, но догнать его не получалось, как бы она ни старалась.
Ещё долго после того, как услышала размеренное, сонное дыхание Браяра и Эвви, Розторн лежала без сна, рассеянно поглаживая тощую Абрикос, лежавшую у неё под боком. Она завидовала кошке. События и откровения дня не выходили у неё из головы. Долг и желание терзали её сердце.
«Мила Зерна, что мне делать?» — в отчаянии гадала она. «Я просто хотела поехать в места, о которых мне всё время рассказывала Ларк, пока я ещё не слишком состарилась для таких путешествий. Я хотела увидеть растения, деревья и цветы, чьи имена я не знала наперечёт — и увидела. Я везу домой семена и заколдованные саженцы, которые займут меня на годы, если я смогу их довезти!»
«Если я смогу их довезти. Когда Эвви рассказала мне о вторжении, вынуждена признаться — я струсила. Я думала, что местные храмы как-то пошлют весть в Гьонг-ши. Кто-то из них должен иметь какие-то способности к дальней связи. Но если их уже несколько месяцев держат под замком, под стражей, то я не могу быть уверена, знают ли о том, что император тайно помирился с Иншией, заполучил открытый путь в Гьонг-ши. Я не могу быть уверена, что храмы к северу от Дохан видели собиравшиеся армии и поймали слухи о том, что их новой целью был Гьонг-ши. И если я не уверена…»
«Мила, богиня моя, я хочу домой. Я хочу увидеть мою возлюбленную. Я хочу свою еду, и воздух, которым мне не трудно дышать. Я хочу увидеть Крэйна, и Нико, и девочек. Я хочу мой сад».
«Но есть и долг. Я должна как-то покинуть караван и убедиться, что Гьонг-ши знает. Что наш Первый Храм Круга готов. Я им понадоблюсь и тогда, когда придёт война. Я пошлю детей с караваном. Браяр поедет, если я скажу ему, что он должен присматривать за Эвви. Я думаю».
Она ещё долго так лежала, уставившись в темноту.
Когда караванщики пришли будить их в серый предрассветный час, они обнаружили, что Розторн, Браяр и Эвви уже встали, оделись и сложили вещи. Большая часть их вещей, включая
Солнце только оторвалось от горизонта, когда Раджони, вожатая каравана, подняла свой посох. Её голос взвился в заливистом кличе, сигнализируя отправку. Всё больше и больше голосов Торговцев послышалось из их собственных фургонов, и от ехавших верхом охранников, когда караван выехал через открытые ворота.
Глава 8
Розторн с таким облегчением оказалась за городом, получив возможность время от времени покидать караван, чтобы исследовать новое растение, что миновали два дня пути и три обыска имперскими солдатами, прежде чем она осознала, что её молодые спутники странно себя ведут. Ей пришлось подождать и остаться с караваном, чтобы убедиться, что инстинкты её не подвели. Большую часть времени Эвви и Браяр вели себя так, как было для них обычно во время путешествия. Они бродили вдоль каравана, знакомясь с Торговцами и купцами. Они помогали с лошадьми, едой и уборкой. Свободное время Браяр проводил в фургоне, готовя семенные бомбы. Это были смеси смертоносных растений с длинными шипами, которые они с Розторн создали так, чтобы они росли очень быстро, когда содержавшая их ткань падала на землю. Эвви работала над своим собственным магическим оружием, скалывая круглые куски кремня, чтобы обнажить острые края. Всё это было вполне нормальным.
Во время второго обыска имперскими солдатами, искавшими Парахана, Розторн показалось, что дети выглядели слишком уж бледными. Пока солдаты допрашивали остальных путников, Браяр приобнял Эвви, хотя ни он, ни она не любили выказывать привязанность в присутствии незнакомцев. На вопросы солдат они отвечали довольно радостно, но что-то было не так. Потом Розторн заметила янджингский вариант травы, с помощью которой она очищала раны, и ушла с дороги, чтобы её собрать. К тому времени, как она вернулась, солдатам оставалось допросить только её саму.
«Нет», — говорила она, гораздо более вежливо, чем говорила бы в дружественной стране. «Я не видела никаких беглых рабов или пленников. У меня и так руки полны вон теми двумя детьми». Она указывала на Эвви и Браяра, наблюдавшими за ней с сидения фургона. Обычно, вместе с ними наблюдал большой кот Монстр, сонно щурясь на солнце. «Нет, я не получала никаких посланий ни от кого, кто хотел, чтобы я его спрятала в моём фургоне. К тому же, Торговцы такого не одобряют. Мы закончили? Мне нужно завернуть эти растения во влажную ткань, пока они не завяли».
Это не было правдой — её магия могла сохранить растения столько, сколько ей хотелось, — но допросы её утомляли.
Солдаты отпускали её.
На третью ночь, после ещё двух обысков, Розторн договорилась, что они поужинают у своего собственного костра, укрывшись за своим фургоном. Браяр и Эвви взяли свои порции ужина, а она привязала их лошадей цепочкой рядом с их фургоном. Если кто-то думал, что может их подслушать, то лошади их предупредят.
Поев и помыв посуду, они устроились у костра, чтобы немного поработать перед сном, Розторн отпила своего чая, и сказала на чаммурском:
— Знаете, чего мне не хватает?
Браяр поднял взгляд от своего нынешнего набора семенных бомб, слегка озадаченный. Эвви, которая тёрла ушки Тайне, покачала головой.
Розторн продолжила:
— Всё время, пока мы были во дворце, я не думаю, что проходило хотя бы пол дня без «Парахан сказал то» или «Парахан рассказал мне это».
Эвви вздёрнула голову. Розторн сказала, будто не заметив этого:
— Я слышала это в основном от Эвви, но ты с ним тоже вёл интересные беседы, Браяр.
— Нам его не хватает, вот и всё, — сказал Браяр, но смотрел на неё слишком уж пристально.
Она хорошо знала этот взгляд. Он ждал, чтобы посмотреть, насколько много она знает. Дело могло быть в украденном винограде или в пропавшем принце; но её мальчик увяз в этом по уши.
— Когда мы покинули Гьонг-ши, вы оба так говорили про Докьи и про Бога-Короля, что мне подумалось, будто вы хотели, чтобы я их усыновила. Сейчас же мы уже четыре дня как уехали из дворца. Ваш добрый друг — наш добрый друг — на самом деле сумел сбежать. Ясно, что его не нашли. Но вы двое не вымолвили и слова. Разве вы не беспокоитесь? Разве вы не гадаете о том, как он сумел выбраться из цепей и из клетки?
Эвви бросила взгляд на Браяра, который оставался абсолютно неподвижным. Всё больше гневаясь, потому что внезапно отчётливо прояснились несколько вещей, Розторн прошептала:
— Это действительно чудесно, не так ли? Можно подумать, только магия могла бы помочь ему сбежать, но если бы это было так, то солдаты не продолжали бы его искать до сих пор. Маги бы его нашли. Так что это не магия помогла ему выбраться из оков.