Тамара Шатохина – Хочу домой! Нагулялся (страница 28)
- Ты тоже так сможешь поступить? С Ксюшей? - ровно поинтересовалась я.
- Не перекручивай! - рявкнул он, - она угрожала разводом, когда укус пчелы на моей шее за засос приняла. Я не рискну налево, даже если припекать будет…
- А ты такого не исключаешь, получается? - сочился из меня яд.
- Я ничего не исключаю, но никогда не сделаю такой глупости, потому что научен своим и чужим опытом. Потому что дети, потому что на мне ответственность и потому что я ее знаю. И она мой шанс на самую замечательную жизнь, потому что лучше всех других - со всеми ее проблемами... и одетая в домашку, и ненакрашенная, и с этими ее тихими психами. Но я начал к тому, Марина… просто подумай - он понимал те свои походы совсем иначе и точно не придавал им такого… страшного значения, как придаете вы. Не считал предательством, раз мимо сердца.
- Ты сейчас предлагаешь мне простить Слава? - вкрадчиво поинтересовалась я.
- Я предлагаю тебе попытаться понять и возможно занизить планку его вины. Я не отрицаю ее совсем, но мужик справил надобность, которая на тот момент похоже была не просто нужна, а необходима. Это не значит, что он перестал тебя любить. Послушай же! - остановил он меня опять, - у нас похоже по-разному устроен мозг... или связи в нем - у вас и у нас. У вас секс и любовь связаны напрямую.
- Не всегда, - огрызнулась я, вспомнив Барка.
- Я не об исключениях - они есть всегда и во всем. Я о том, что мы -
- Да за-адра-ал, - прошептала я, глядя ему в глаза.
- Короче… - криво усмехнулся Лешка, но продолжил: - Мы тогда поговорили с Ксюшей - после пчелы… И теперь всегда говорим друг с другом - важные вещи, глупости разные и незначительные мелочи тоже. Но это позволяет «держать руку на пульсе», быть в курсе состояния твоего человека - любимого человека. Я движения ее читаю, взгляды понимаю без слов, а она - мои. Почему ты не поняла тогда насколько ему плохо? Как ты могла не увидеть этого, Мариш? Если он был на грани срыва - настоящего, тяжелого, как он его понимал. Но почему ты этого не увидела? Значит не на пустом месте у вас дерьмо все это полезло? Вот о чем подумай. И еще… - помолчал он, - вот сейчас он зачем-то хочет прийти. Что-то же сказать? А для тебя просто выслушать его проблема. Почему так?
- Потому что мне нельзя его видеть. Потому что мне больно его видеть, представь себе. Потому что не прошло и не отболело. И никогда не пройдет, похоже, потому что каждый раз, когда я вижу его - умираю опять внутри! - прорычала я.
- Тихо… так выслушай, если еще не безразличен. Если настолько бесит - выслушай. Какого черта вы, красивые, делаете проблему из ничего? Как можно заявлять о разводе на основании пчелиного укуса, не разобравшись толком? И не желать просто выслушать - вот как ты… когда человек просит тебя об этом. Значит ему есть что сказать? Я никогда этого не пойму! Извини, если влез не в свое, но у тебя на лбу написано - готовлюсь к стрессу, психам, черному скандалу, убить, четвертовать! Выпей ромашки и успокойся сейчас, прекрати накручивать себя - вопрос может быть грошовым.
- Поняла, - сопоставила я эту беседу по времени и темам: - не переживай так, я выживу, Леш. Не стоит меня так откровенно пристраивать. Открой пожалуйста и выпусти меня из машины.
- Да срал я на твоего Слава, я даже не знаю его! - щелкнул он фиксатором, выпуская меня: - Я, как человеку разумному, пытаюсь объяснить тебе реальную разницу в способе мышления, оценки ситуаций и что такое для нас секс, в конце концов! В тебе гормоны сейчас бесятся - понятно. И никто не заставляет тебя мириться с ним, а я не оправдываю измены. Я вообще удивляюсь тебе и Ксюше… по-хорошему, честно - я ведь тоже учусь, у меня не было опыта отношений с девочками. У Ленки был мужской склад ума и характер, которому каждый второй мужик позавидует. А больше никого у меня и не было, так что все считай с нуля. И не без ошибок тоже, как без них?
- В смысле - у тебя не было? - перебила его я. Чертов врун!
- В том самом. Секс был, а отношений и всего им сопутствующего - нет. Ксюша не просто та, кого я хочу и могу защищать, жалеть, холить и нежить, она еще и нуждается в этом, во мне, понимаешь? Она - девочка, настоящая.
- Ты хоть любишь ее, а то что-то не прозвучало, Леш? - отвернулась я к окну. Кивнула, здороваясь с соседкой.
- Я все уже сказал, - отрезал он, - если ты не поняла, это только подтверждает то, что видим мы жизнь по-разному. И соображаем тоже. И тот твой страх, Мариш, он нерационален. В тех двадцати процентах, я уверен, случаев со смертным исходом - единицы, но ты уже накрутила себя…
- Я собираюсь выжить. А над твоими словами обязательно подумаю - обещаю, - повернулась я на выход.
- Сиди, я помогу - у меня высокие колеса, а прыгать тебе нельзя, - вышел Лешка и помог выйти мне. Постоял еще, посмотрел…
- Ну и…? Езжай уже, все, что мог, ты уже сказал. Советчик... - пошла я к подъезду.
- Выслушай его, Мариш - спокойно и… достойно тоже, - тихо донеслось вслед, - попытайся поймать рацио в том, что он скажет. А вдруг оно есть? Послать всегда успеешь. И не сердись - обидеть тебя я не хотел, просто оратор из меня тот еще. Сама собери как-то в кучу то, что я наговорил - только правду и от сердца, честно!
- Все хорошо. Спасибо, Леш, не переживай и Ксюшу не грузи - у меня все нормально.
- Да вижу я! Как у тебя нормально... - отмахнулся он.
В квартире я разделась и сразу прошла в гостиную. Села в кресло - самое удобное в доме. Через три часа должен подъехать Слав. Я действительно накрутила себя за день так, что отменила бы нашу встречу. Теперь не стану. Ну Леша! Собери как-то… сам-то соберешь в кучу все, что нагородил?
Послушно попила ромашкового чая, дала на Авито объявление о продаже кресла-лифта и занялась ужином. Хотелось чего-то легкого и обязательно вкусного. Остановилась на цветной капусте в кляре…
Глава 25
И все думала - почему случилось такое… неприятное послевкусие от нашего с Лешей разговора?
Потому что они говорят обо мне? Но это нормально - говорить о друзьях и их делах. И глаза на секс в мужском его понимании он тоже мне не открыл.
Да, общеизвестно, что для них это проще, нам - сложнее, потому что всегда есть риск привязаться к человеку, который доставил тебе удовольствие. А еще они могут быть очень милыми, когда хотят… Я вот привязалась к Сане. Не случился бы у нас секс - ничего бы дальше и не было. Я допустила его - слегка потерянная и хорошо так изуродованная… слишком нужен был хотя бы крохотный заряд оптимизма. Саня справился.
Так что то, что секс для мужчин не означает «любовь», не новость. Сопутствующая, составляющая...
И Лешка хороший, конечно, спасибо ему за все… Но в первую очередь хороший он для своей семьи. И в первую очередь думает о ее интересах, и это правильно. А неблагополучная подруга жены и хорошо пристроенная - разные вещи. Я ведь уже долгое время - повод для Ксюши сопереживать, помогать, беспокоиться… так теперь еще и это.
И я даже верю, что можно было не просить его принять эту ношу - они действительно взвалят на себя моих детей и потащат их на себе, если что... И в память обо мне, и просто по доброте и в силу своей порядочности будут стараться не обделить их и не обидеть не дай Бог. Но каждый ребенок нуждается не просто… а в родительском внимании.
И пускай там будет хоть десять нянь - Ксюша не оставит на них детей полностью, она всегда будет рядом с каждым. Ей нужно видеть - как они, что они, подмечать вначале всё, связанное с малышовым здоровьем, потом с возрастным развитием. Она будет бережно выискивать в них зачатки интереса к какому-то занятию, выявлять склонности и нетерпимости, развивать навыки. Это же Ксюша! Кто-то скажет - погрязла в пеленках, обабилась… но только так и можно вырастить этих самых детей развитыми во всех отношениях, а в итоге - умными и счастливыми. К тому же, Леша полностью разделяет ее взгляды на воспитание.
И он обязательно должен был задуматься - четверо детей… или их станет шестеро? Что ждет в этом случае его ответственную и небезразличную жену? Нервное истощение, как минимум… Потому что дело не в нянях и деньгах - душу нужно будет рвать, решая их проблемы и вытаскивая из детских болезней уже шестерых. И сердце тоже, потому что оно болит за каждого, а со взрослением детей - все сильнее.
Нет, они не откажутся от моих детей, но Леша сразу четко увидел всю картину. Я - только сейчас, после нашего разговора. И конечно, для их семьи было бы лучше, будь мои дети устроены, а в идеале и я жива. И я постараюсь, ребята! Я и сама этого хочу.
Что касается того, что я не видела состояния Слава… видела, конечно. Да вот только с детства не приучена лезть в душу, считала - то, что нужно, человек скажет сам. Мы с мамой только в сентябре… совсем незадолго до ее смерти стали выворачивать себя друг перед дружкой наизнанку, скажем так… А до этого молча заботились и помогали чем могли. Ни она, ни я не приучены выспрашивать или жаловаться - отец отучил. И как-то подразумевалось, что это норма, особенно для мужчины. То, что Слав сам решает свои рабочие проблемы, не жалуясь на трудности - норма, я делала так же.