Тамара Шатохина – Фрейлина. Предотвратить (страница 7)
- Раньше не замечала, а теперь и не вспомнит? – усмехнулся Фредерик.
- Вот же ш… странные люди! - констатировала я на русском, - просто удивительно. Не расстраивайтесь только, Фредерик, я вот спокойна. Но удивлена, признаюсь… Пойдемте тогда? Адрес постоялого двора знаете, это далеко?
- Не так, чтобы… почти рядом, - отстраненно отметил муж, - прошу вас… - увел он меня обратно по каменному мостику и подсадил в экипаж.
И блин! Лучше бы ему сесть в мою карету - я бы забила уши и мозг... да чем угодно! Так нет же... один сходит там с ума сейчас. Глупый... глупый Фредерик. Да пошли бы они все!
Лошади тронулись понурым шагом, тоже устали.
- Не пустили что ли в дом, барышня? – уточнила Дарья.
- Что-то там связано с… потерей памяти. Даша, а почему я и вдруг – барышня? Замужняя ведь дама… барыня тогда, что ли? – пыталась я отвлечься.
- Как скажете, барышня, - зевнула та.
- Ла-адно… - понимала я и сама, что на барыню не тяну.
Еще одна ночь на постоялом дворе прошла привычно. Я попросила не будить меня утром – совсем, сколько бы ни спала.
Проснулась ближе к обеду, судя по солнцу. Какое-то время и немало, заняли гигиенические процедуры. Хотелось уже полноценно вымыться, а не ограничиваться подмыванием и обтиранием. И голову пора бы привести в порядок.
Одевшись просто и скромно, спустилась в обеденный зал и нашла там мужа – видимо тоже встал поздно, но уже поел. Кормили в неметчине неплохо – просто, но сытно и порции полноценные. Я попросила овощного супа и какую-нибудь кашу с ножкой каплуна. На тарелке мужа стекал жир с заскорузлой шкурки недоеденной рульки. Но сытым он не выглядел, печальным - да.
- Давайте держать совет, - предложила я, потому что он так и молчал: - Понятно, что у вас с семьей давние разногласия. Решайте сами – стучаться опять в запертую дверь или не стоит этого делать. Но, мне кажется, следовало сразу сказать, что вы не один, а с женой. Тогда нас пригласили бы просто из любопытства. Понимаю… - заспешила я, увидев, как меняется выражение его лица: - Это не то, чего вам хотелось бы. Но по щелчку пальцев редко что меняется, к этому следует приложить усилия. Я готова попытаться еще раз. Вашему отцу ведь уже доложили, что при вас жена, Фредерик.
- Из замка никого не было, - доложил он отстраненно, - хотя уже полдень.
- И не трагедия! – подхватила я, - а где, собственно, вы жили до поездки в Россию?
- В казармах.
- Не вариант для семьи, я так полагаю? А снять жилье возможно?
- Безусловно! Именно так я и намереваюсь сделать.
- Тогда и флаг вам в руки, а я спокойно подожду вас здесь. Обоих Степанов отпустите?
- Я предлагал им службу при вас, но согласия не получил. Экипажи и лошади будут проданы. Получив расчет и сдав деньги в банк, они намереваются отъехать обратно.
- Разумно… а купить для себя ту – маленькую каретку?.. Кажется, она довольно удобна, - решила я обзавестись личным транспортом.
- Сейчас это невозможно, - встал муж из-за стола и... сел опять, будто вспомнив еще что-то.
А я с опозданием поняла, что действительно… И впредь нужно вначале думать, а потом открывать рот. Карету нужно где-то держать, лошадей чем-то кормить, и кучер же тоже… Бестолочь я, к жизни неприспособленная.
- Я распорядился о ванне для вас, постой оплачен на два дня вперед, если со съемом дома затянется. Окрестности постоялого двора безопасны, по улицам можно гулять, но лучше в светлое время. Давайте поднимемся к вам, я передам некую сумму – мало ли… вы что-то увидите в лавках.
- Без чего жить не могу? А чем вы будете заниматься дальше, Фредерик? Служить, как и раньше?
- Вероятнее всего. Это пехотный полк, один из полков 25-й вюртембергской дивизии, которая с самой лучшей стороны показала себя в сражениях с русскими в двенадцатом году, - грустно усмехнулся он, встретив мой удивленный взгляд: - Вы этого не знали?
- К своему стыду…
- Не стоит так говорить. Женщине и не нужно о таком знать.
- То есть… нет – странно, уж я-то знать должна бы – Вюртемберг был союзником Франции?
- Именно так. Во время катастрофического отступления из Москвы почти уничтоженная дивизия продолжала сохранять порядок и шла в арьергарде отступающей армии, прикрывая ее от атак русских казаков. От дивизии осталось чуть меньше батальона – не более трехсот пятидесяти человек. Из более чем пятнадцати тысяч.
- Вероятно, вы гордитесь историей своего полка, - прикинув потери, сглотнула я – сильно мы их...
- Несмотря на высокие боевые качества вюртембержцев, наша армия не особо надежна, Таис – правители Вюртемберга всегда отличались «острым политическим чутьём» и умели вовремя переметнуться на более сильную сторону, не стесняясь предательством вчерашних союзников, - спокойно отметил Фредерик.
- Это не мешает восхищаться солдатским мужеством, - возразила я. Вот тебе и союзника заимел Ольгин папа…
- Истинно так. А если бы решение зависело от военных, то войн и вовсе не случалось бы, - еще раз взглянув в сторону двери, мой муж поднялся: - А вам, Таис, теперь есть о чем отписать мадам Нессельроде, - хитро и нахально усмехнулся он, - Пора. Ехать мне не так далеко, но и не слишком близко – полк расположен в окрестностях Штутгарта.
- Непременно напишу, но думаю - это только я не в курсе дел. Не в самом Штутгарте, значит... тогда и дом следует искать вблизи места вашей службы.
- Вероятно, вы забыли, что почти уже являетесь фрейлиной или же статс-дамой кронпринцессы. Это подразумевает постоянное присутствие подле нее, - смотрел на меня муж с легкой снисходительностью.
- Статс-дамой – это вряд ли, - задумалась я, - если Анна Алексеевна приняла предложение Ольги Николаевны, то быть мне фрейлиной и не больше. А эта должность предполагает э-э… денежное вознаграждение?
- Вероятнее всего, - заклинило его на этой фразе, что ли?
Но она же помогла понять... человек пока еще сам не знает – что и как будет дальше и что делать сейчас. Было жаль его – похоже, наша сделка оказалась выгодна только мне. Семья не спешила поворачиваться к Фредерику лицом, упорно демонстрируя фасад.
Это я ему и высказала, добавив:
- Чувствую себя виноватой, будто специально обманула вас, - водила я ногтем по чисто выскобленной столешнице, - столько хлопот и неудобств, связанных со мной, а пользы для вас на выходе - ноль.
- Вы так забавно изъясняетесь, Таис… - улыбался муж, следя за моими пальцами: - Пока еще рано о чем-либо говорить. Я сниму дом подле места службы, представлю вас командованию полка, а далее жизнь покажет. Постараюсь поспешить с этим, выеду уже сейчас. Вам же следует терпеливо дожидаться меня. Жить в Штутгарте веселее, конечно… также там имеется банк, где будут расположены или уже находятся ваши средства. Доступность этих денег не так важна сейчас - средствами я располагаю, но это всегда придает уверенности.
- Я дождусь вас, Фредерик. Не до покупок и развлечений – отдохнуть бы от дороги. Спокойно делайте то, что должны, - обсуждать денежные вопросы и распределение трат именно сейчас казалось мне чем-то диким – будто еще добить мужика сверху.
И выспрашивать о том, что там с каретами и Степанами, тоже не стала. Попрощалась с ними, поблагодарила. Мужские дела…
Городок, в котором мы остановились, был небольшим и очень живописным, как и многие города будущей Германии. Чего стоил один только фахверковый стиль.
Основа фахверка - особый тип каркасной конструкции, состоящий из деревянных брусьев и досок, напиленных из хвойных пород дерева. Пространство между ними заполнялось очень разными материалами, тут зависело от достатка.
Здесь же был самый доступный из возможных – саман. Такая смесь глины, воды и соломы… иногда камыша, хвои, льна – того, что было под рукой и могло выполнять армирующую функцию. Особенность и красота фахверковой архитектуры в балках, перекрытиях и стойках, которые выполняют несущую и сразу же декоративную задачу. Деревянные стойки видны на фоне наполнителя, а если расшивка сделана со вкусом, то и замечательно украшают дом снаружи.
А уж внутри! Я с большей радостью жила бы в таком вот доме, а не каменном замке, - ласково провела я рукой по теплой и чуть волнистой поверхности стены.
- Грязно же руке, барышня, - скривилась Дарья.
- Не так, как может казаться, - не согласилась я, - в Европе немного другие грунты, большей частью каменистые. Ты заметила – здесь в разы меньше грязи и пыли?
В лавочки мы не заходили, вначале я хотела просто осмотреться. Хотя устоять оказалось тяжеловато - от дома с говорящей вывеской плыл аромат свежеиспеченного хлеба. Если бы сдобы - я бы не справилась.
Тротуаров здесь не было – мощеная брусчаткой дорога доходила до стен домов центральной улицы. Вход в них располагался прямо с улицы, а дворики – с внутренней стороны. Небольшие, они все-таки составляли какой-то участок. В больших городах, которые мы проезжали, дома стояли вплотную друг к другу, касаясь стенами – такой массивный сплошной каменный конгломерат с вкраплениями разномастной отделки. Самый центр города, жилая зона и, как правило - каменный мешок совсем без озеленения. Здесь же просто небольшой городок, который скоро закончился. Мы вышли на окраину.
С невысокого холма открылся вид на небольшую долину, порезанную на участки – поля, огороды, виноградники? Внизу грунт более плодородный и строения вынесли на каменистый склон? Похоже было на то.